Директор - Джозеф Файндер

Отныне Ник боялся появляться в общественных местах.

Это не касалось его работы, он уже привык надевать маску уверенного, вежливого и дружелюбного генерального директора Ника Коновера, в то время как его снедала непрерывная внутренняя тревога. В первую очередь это касалось тех мест, где собирались незнакомые ему или малознакомые люди, например, у детей в школе, в магазине или в ресторане за обедом. В таких местах Нику было очень тяжело делать вид, что с ним все в порядке.

Ему и раньше было нелегко видеть уволенных им людей, вежливо и дружелюбно произносить дежурные слова, зачастую подвергаясь при этом бойкоту с их стороны. Но теперь все это стало просто невыносимо. Куда бы Ник ни шел, с кем бы он ни встречался, ему казалось, что у него на лбу написано огромными красными буквами: «УБИЙЦА».

Так же он чувствовал себя и сегодня вечером на концерте у Джулии. Его дочь долго и со страхом ждала этого концерта, который проходил в одном из старых, пропахших плесенью городских театров. На желтую сцену поставили большой рояль «Стейнвей», раздвинули красный бархатный занавес, а гостей усадили на такие же красные бархатные кресла с неудобными деревянными спинками.

Мальчики в маленьких фраках с бабочками и девочки в белых платьицах возбужденно сновали по фойе театра. Бросались в глаза двое маленьких негритят в пиджачках с галстуками. Они сопровождали свою старшую сестру в белом платье и с большим бантом в волосах. Для Фенвика с его небольшим негритянским населением это было необычное зрелище.

К своему удивлению, Ник увидел Эбби, старшую сестру Лауры. Эбби была на несколько лет старше Лауры, у нее тоже было двое детей. Ее муж имел постоянный доход от средств, вложенных в банк и был абсолютно ничем не примечательной личностью. Он называл себя писателем, но большую часть времени играл в теннис или гольф. У Эбби были такие же светлые голубые глаза, как у Лауры, такая же лебединая шея, но у Лауры были вьющиеся кудри, а волосы Эбби были прямыми и ниспадали ей на плечи. Она была замкнутее покойной сестры и выглядела недоступной. Ник не очень ее любил, и она, кажется, отвечала ему тем же.

– Здравствуй, – сказал Ник, взяв Эбби за локоть. – Очень мило с твоей стороны прийти на концерт. Джулия приятно удивится.

– Это со стороны Джулии было очень мило пригласить меня на концерт, – парировала Эбби.

– Так это она тебя пригласила?

– А разве не ты сказал ей меня пригласить?

– Джулия многие вещи уже решает самостоятельно… А как у тебя дела?

– У нас все нормально. А как твои дети?

– Иногда ничего, – пожал плечами Ник, – а иногда и не очень. Они по тебе скучают.

– Да? Но ты-то, надеюсь, без меня не скучаешь? – язвительно проговорила Эбби.

– Будет тебе, – сказал Ник. – Мы все рады тебя видеть. Почему ты к нам никогда не заходишь?

– Ну потому… – начала Эбби, – потому… Нет, мне трудно об этом говорить…

– О чем?

– Видишь ли, Ник, – пробормотала Эбби. – С тех пор как…

– Ладно, ладно, – поспешил перебить ее Ник. – Но ты все равно заходи к нам, мы все будем рады.

– Нет, Ник, – еле слышно прошептала Эбби и опустила глаза. – Дело в том, что, когда я вижу тебя… – Эбби подняла на Ника глаза, потом снова уставилась в пол и наконец выговорила: – Мне очень тяжело видеть тебя, Ник.

Нику показалось, что ему нанесли удар в солнечное сплетение. Он вспомнил, как одевал набальзамированное тело Лауры, покоившееся на металлическом столе. Он упросил директора салона ритуальных услуг разрешить ему самому одеть покойную жену, но не мог в тот момент смотреть на ее лицо.

– Ты думаешь, она погибла из-за меня?

– Давай не будем об этом говорить, – оборвала Эбби. – А где Джулия?

– Да где-то здесь.

Почувствовав чью-то руку у себя на плече, Ник повернулся и, к своему огромному удивлению, увидел Кэсси.

– Кэсси! – воспрянув духом, воскликнул Ник. – Откуда ты?

Кэсси приподнялась на цыпочки и быстро чмокнула Ника в губы.

– Как же я могла пропустить такое событие!

– Неужели Джулия и тебе приказала сюда явиться?

– Она рассказала мне о своем концерте. И этого было достаточно. Близкие просто обязаны ходить на такие концерты. Ты так не считаешь?

– Я… э…

– Брось ты! Ведь мы же с ней почти родные. Кроме того, я обожаю классическую музыку. Ты не веришь?

– Что-то сильно в этом сомневаюсь.

Кэсси исчезла так же внезапно, как и появилась.

– Это твоя подружка? – с плохо скрываевым презрением в голосе спросила Эбби.

У Ника похолодело внутри.

– Это… Ее зовут Кэсси, но она…

Кто она? Не подружка? Кто же тогда? Может, я просто с ней сплю? При этом я убил ее отца. Забавное совпадение, не так ли? Расскажи об этом своему мужу. Писатель он или не писатель! Пусть напишет об этом роман!