Сыны анархии. Братва - Кристофер Голден

– Отнюдь не спорю.

– Мистер Темпл ждет вас на кухне, – указал он куда-то в глубь дома.

– На кухне? – эхом отозвалась Тринити.

Никто не проронил ни слова. Карни последовал за Аароном, а девушка со своими русскими вынуждена была к ним присоединиться. Поначалу ей показалось странным, что этот человек примет их в кухне, а не в кабинете или гостиной, но, разумеется, кухня более интимна, более уютна… и в каком-то смысле более гостеприимна. Должна создать иллюзию, что все они друзья и могут говорить без экивоков.

Оскара Темпла они застали за шинкованием овощей на кухонном островке с гранитной столешницей. На бедре у него висел большущий пистолет «Кольт», будто у шерифа на Диком Западе; кожаный ремень и кобура поблескивали, любовно, с заботой смазанные маслом, чтобы не теряли эластичности, словно драгоценная бейсбольная перчатка подростка. На шикарной плите исходила паром кастрюля, и в желудке у Тринити заурчало от дивных ароматов, наполняющих кухню.

– Привет, Джон! – тепло сказал Темпл. – И привет твоим друзьям.

– Добрый вечер, Оскар, – ответил Карни.

– Неужто уже вечер? – Темпл бросил взгляд в окно над раковиной. – Что ж, он подкрался незаметно, не правда ли?

На второй разделочной доске лежала целая курица, которую хозяин дома только что выпотрошил и порезал, сложив мясо горкой на блюде. Когда он положит мясо и овощи в пряный бульон, кипящий на плите, блюдо получится исключительное.

– Пахнет славно, не так ли, мисс… – Темпл посмотрел в ее сторону.

– Данфи, – подсказала Тринити. – Кейтлин Данфи.

Темпл вытер руки кухонным полотенцем и поприветствовал ее рукопожатием. Он явно сосредоточил внимание исключительно на ней – быть может, Карни сообщил ему, что говорить будет она, – не потрудившись протянуть руку кому-либо из ее спутников. Тринити пережила мгновение всеохватной паники, сообразив, что, вместо того чтобы оставаться просто подружкой Олега, приняла участие в покушении на преступление, работая на русскую мафию.

«Господи, да что же я творю?» – подумала она, не в силах даже вздохнуть.

Потом, бросив взгляд на Олега, вспомнила ответ: «Стараюсь остаться в живых. Оберегаю жизнь Олега». Теперь это ее семья.

Из другого коридора в дальнем конце кухни послышались легкие шаги, и, обратив туда взгляды, все увидели вошедшую брюнетку – загорелую, с обветренным лицом, одетую в собственную вариацию спортивного пиджака Аарона в комплекте с оттопыривающимся короткоствольным оружием. «Сколько ж их тут?» – задумалась Тринити.

– Антуанетта, вот и ты! – просиял Темпл. – Не могла бы ты устроить мисс Данфи досмотр, будь любезна? А когда закончишь, Аарон проделает то же самое с ее друзьями.

– Они оставили свое оружие у двери, – возразила Тринити. – А я не вооружена.

– Может статься, это и правда, – согласился Темпл. – Но Антуанетта обыщет вас на предмет камер и прослушивающих устройств…

Он помедлил, разглядывая Олега, прежде чем перейти к Гавриле.

– Впрочем, судя по вашим спутникам, ничуть не сомневаюсь, что вы в полном ажуре. Нашим федеральным друзьям нипочем не добиться такой убедительности, – проговорил он, заканчивая на Феликсе. – Вы ведь русские, правда?

Тринити велела им помалкивать, и они следовали ее совету, набрав в рот воды.

Поглядев на нее, Темпл поднял руку и похлопал себя по шее сзади:

– Наколки, милая моя.

Она поглядела на Олега, подумав об аляповатых картинках на коже задней стороны его шеи, вспоминая, сколько раз гладила эту кожу.

– Русский гулаг – единственное место, где могут сделать что-то подобное, – поведал Темпл. – Их еще так кличут, гулагами? Или теперь просто тюрьмами?

Гаврила медленно двинулся на него. Угроза пробегала по его телу волнами.

– Ты что-то имеешь против русских? Может, принципы? Ты не делаешь с нами бизнес?

Тринити хотелось накостылять ему по башке, но она не позволила себе выказать раздражение.

Оскар Темпл широко развел руками, демонстрируя, что все они друзья.

– Вовсе нет, tovarisch. Я в политические игры не играю. Я бизнесмен. Всякий желающий заплатить мне валютой США – достаточно полноценный американец для меня.

Гаврила кивнул – вероятно, уже пожалев о том, что раскрыл рот. Поглядел на Олега и Тринити. Феликс держался позади, как можно ближе к усатому телохранителю Темпла.

– Тогда валяй, Антуанетта, обыскивай меня, – произнесла Тринити, уповая, что окажется дружелюбнее, чем чувствовала себя на самом деле.

Женщина занялась этим делом настолько основательно, что Тринити сочла это своим первым лесбийским опытом. Покончив с этим, Антуанетта удалилась в тот же коридор, из которого вышла, и настала очередь Аарона обшаривать русских. Олег и мальчики неуютно поеживались, пока Аарон тщательно и неспешно занимался своим делом.

– А как насчет старика? – осведомился последний, кивнув в сторону Карни.

– Ты при оружии, Джон? – лучезарно улыбнулся Темпл.

– Оно конечно, – насупился Карни. – У меня та старая «беретта», что ты подарил, когда мне стукнуло семьдесят.

– Иного ответа я бы и не принял, – одобрил Темпл.

– Тогда ладно, – пожал плечами Аарон. – Никаких проводов и других стволов. Но у этого есть нож, – указал он на Олега.

Темпл расплылся в своей дьявольской ухмылке:

– Разумеется. – Он посмотрел на Олега: – У тебя вид ножевого бойца, Иван.

Олег негромко хмыкнул.

Маска Темпла на миг соскользнула:

– Я сказал что-то смешное?

– Никто больше не зовет нас Иванами. Рональд Рейган покинул пост уже давно, – сообщил Олег.

Тринити вздохнула. Ладно, Темпл козел, но если чего-то хочешь от козла, позволь ему распустить хвост и разыгрывать из себя короля Говнище. Она бросила взгляд на Карни, стоящего в паре футов от нее. Мандраж у старика прямо-таки адский.

– Вы в моем доме, – предупредил Темпл, положив ладонь правой руки на рукоятку, торчащую из кобуры у него на правом бедре. – Полагаю, я могу звать вас, как заблагорассудится, тем более что вы мне своих имен не выкладывали.

Карни шагнул прочь от Тринити, подчеркнуто держась от нее и ее друзей как можно дальше.

– Послушайте, я свое дело сделал, – с усталой хрипотцой прошелестел его голос. – Я вас познакомил. Но вы все чуточку чересчур на взводе для меня, так что я уж пойду себе.

У Тринити по коже побежали мурашки, словно в комнату влетел нечистый. Она не верила в злых духов так, как всегда верила бабушка, но ни капельки не сомневалась, что дурные намерения обладают весом, аурой, которую можно ощутить.

– Не дергайся секундочку, Карни, – возразил Темпл. – Это же ты привел сюда этих людей.