Послевкусие - Мередит Милети

За те месяцы, что он прожил у меня, я с удивлением обнаружила у него настоящую отцовскую жилку. Выздоравливая, Ричард уделяет Хлое все больше внимания; он млеет от удовольствия, когда читает ей книжку или купает в ванне, ему даже нравится менять ей подгузники. Я очень рада, что Ричард с гордостью сообщает мне о достижениях Хлои, хотя последние ее успехи, честно говоря, вызывают у меня сомнение. Звонит телефон, и Ричард кричит:

— Ответишь, Мира?

В этот момент я держу измазанную томатным соусом Хлою на руках, пытаясь отобрать у нее длинную макаронину зити. Когда я беру телефон и прижимаю плечом к уху, Хлоя теряет интерес к макаронине и тянется грязными руками к мобильнику.

— Алло, Мира? Привет, это Бен. Занята? Мне нужна твоя помощь.

— Я собираюсь купать Хлою, — говорю я, а Хлоя запускает липкие пальцы мне в волосы.

— Мира, не хочешь поработать пару часов? С моим приятелем произошел несчастный случай. Он сильно обжегся у себя в закусочной, когда загорелся жир на плите, и не может работать. Он только что открыл свое заведение в Блумфилде, и если ему никто не поможет с бургерами, то сегодня вечером ему придется закрыться. Сегодня суббота, он не хочет остаться без выручки. Я тоже приду ему помогать. Ну как? Неплохое предложение, а?

— Извини, Бен, у меня Хлоя.

— Об этом не беспокойся. Я уже все продумал. Позвонил тете Фи, и она согласилась отвезти Хлою к ним, а мы на обратном пути ее заберем. Ну, пожалуйста, соглашайся.

— А я и не знала, что у тебя есть друг, у которого своя закусочная, — говорю я. Странно, что Бен ни разу об этом не упоминал.

Слышится стук в дверь, и на пороге появляется Бен с мобильником в руках.

— Ага, есть, — говорит он, прижимая к уху телефон. — Брат моего приятеля, Дейв, работал помощником повара в «Бессене».

Мы отключаем телефоны, и Бен проходит на кухню, где рассеянно подцепляет из миски несколько макаронин.

В кухню входит Ричард с Хлоей на руках.

— Привет, Бен, — говорит Ричард и похлопывает его по руке. — Мира, я могу посидеть с Хлоей.

Вполне возможно. Хотя машину Ричард еще не водит, можно сказать, что он полностью выздоровел. Несколько раз в неделю его возят на работу, и он нанял себе помощника, который ведет дела в магазине. Ричард уже готов переехать к себе домой, но пока этого не делает; мне кажется, он не хочет оставлять меня одну — боится, что я к этому еще не готова. И может быть, он прав.

— Тетя Фи все равно хотела повидать Хлою, — говорит Бен. — Она шьет ей костюм к Хеллоуину.

Вот уже несколько недель Фиона шьет Хлое карнавальный костюм: кукурузный початок из фетра. Я ставлю Хлою на пол, и она топает в гостиную.

— Ричард, ты не мог бы ее умыть и надеть на нее пижаму, пока я буду переодеваться?

— Да ради бога, — отвечает Ричард. — Бен, ты не поможешь мне загнать в кораль этого постреленка?

Я облачаюсь в поварскую рубашку и штаны на резинке, иду на кухню и укладываю в кожаный футляр свои лучшие ножи. В это время из ванной выходят Ричард и Бен, ведя за собой Хлою, чистенькую, розовощекую и в свежей пижамке.

— Зачем это? — спрашивает меня Бен. — Парень держит закусочную. Там полно ножей.

— Шеф-повара выбирают ножи особенно тщательно. Если мне предстоит работать на незнакомой кухне, то хотя бы своими ножами. Мне так удобнее.

— Неплохой наборчик, — говорит Бен, бросив оценивающий взгляд на ножи. — Сразу видно, профессиональные. Ладно, нам пора, — говорит он, подхватывая футляр с ножами и сумку с подгузниками.

Мы с Хлоей прощаемся с Ричардом.

— Не жди нас и ложись спать, — говорю я ему.

«Делано» — небольшая забегаловка в Блумфилде, зажатая между итальянским супермаркетом и уличной кафешкой под названием «Пироги Паулы». В закусочной всего шесть столиков, большинство пустуют. Как видно, посетителей здесь бывает немного. Мы заходим в заведение с заднего входа, через дверь для доставки продуктов.

Кухня совсем маленькая, на одном из грилей видны следы недавнего возгорания. Молодой парень, совсем мальчишка, у которого только начинают пробиваться усы, в засаленном фартуке, сползшем на бедра, лениво оттирает с вытяжки над большой решеткой следы пены из огнетушителя. Увидев нас, он приветственно вскидывает руку в резиновой перчатке и говорит:

— У меня два заказа на бургеры. Я сказал, что придется подождать. Эта химия ни черта не оттирается.

— Оставь гриль в покое. Мы его вычистим, когда закроемся на ночь. Будем подогревать бургеры в духовке, а если пойдут заказы, то будем поджаривать на той плите, — говорю я, отгоняю мальчишку от гриля и наклоняюсь, чтобы заглянуть в духовку под ним.

Парень недоуменно смотрит на меня, очевидно пытаясь понять, кто эта ненормальная с футляром для ножей. Воспользовавшись его замешательством, я беру бразды правления в свои руки.

— Принеси мне пару противней и зажги духовку, — приказываю я. — Выброси это, и начинай делать отбивные.

Я смотрю на Бена, который уже раздобыл чистый фартук и сгребает в мусорную корзину испорченный салат и помидоры.

Парень, на поварской рубашке которого вышита эмблема местной кулинарной школы и имя Райан, тут же приступает к делу: быстро разжигает духовку и приносит мне противень с плоскими заготовками для бургеров.

Менее чем через десять минут бургеры вынуты из духовки, к каждому прилагаются кольца репчатого лука — по словам Райана, единственный фирменный гарнир: тонкие колечки, обвалянные в муке и обжаренные до хрустящей корочки. Этот лук да еще бургеры и замороженные куриные крылышки только и требуют приготовления, остальные блюда — готовые супы в пакетах и салат «Айсберг» в упаковках, ими забит весь холодильник.

Около десяти часов начинают поступать заказы. Люди сидят за столиками и пьют, и к тому времени, когда у них просыпается аппетит, Райан, Бен и я уже работаем более или менее слаженно. Я разделила кухню на части и выделила каждому свое место. Бен находит маленький CD-плеер, и мы готовим бургеры под песню Сантаны «No One to Depend on», при этом Бен то и дело громко подпевает, якобы по-испански.

Когда долго готовишь еду, в твоих движениях появляется некий ритм, даже если ты занят всего лишь бургерами. За это я и люблю кухню. Поскольку мы, повара, всегда находимся в движении, то привыкаем двигаться четко и размеренно, экономя каждое движение. Одной рукой размешивая соус, другой мы переворачиваем сотейник. Каждое движение отточено и выверено, мы точно знаем, сколько должна полежать на гриле булочка, чтобы приобрести правильный золотистый цвет, после чего одним легким движением кисти перекладываем готовый бургер на тарелку. Хотя Бен и утверждал, что умеет готовить, на профессиональной кухне он явно новичок. Двигаясь по кухне, он делает много лишних движений, каждый раз легонько отстраняя меня в сторону, чтобы пройти мимо, мне это мешает, поскольку сбивает с ритма, один раз булочки даже получились не золотистого, а недопустимого коричневого цвета.