Инжектором втиснутые сны - Джеймс Роберт Бейкер

Рассудив, что Нил полетит следующим вертолетом, я позвонил в «Небесный аэропорт»,[469]взлетно-посадочная полоса которого была прорезана внутри холма. Мой план был таков: добраться до материка, раздобыть машину и отправиться к границе. Да, ответили мне, рейс на Лонг-Бич отправляется через тридцать минут. Я пулей вылетел за дверь.

Вот это был марш-бросок! Я прибыл как раз вовремя, чтобы увидеть, как самолет отрывается от земли. Блин.

— Когда следующий рейс? — спросил я парня за стойкой регистрации.

— На сегодня все, приятель. Если спешишь, попробуй успеть попасть на вертолет.

С ним разговаривал старик с бородой как у Стерлинга Хейдена. Он остановил меня:

— А куда тебе надо-то, сынок?

— На материк. — Я вспомнил его. В ту ночь, когда мы с Шарлен прибыли на остров, он летел тем же вертолетом, был пьян и все время что-то бормотал себе под нос. Сейчас он тоже особо трезвым не выглядел.

— Плохо, не пойдет. Вот сказал бы ты «в Мексику», тогда я б мог тебя выручить.

Он пошел разогревать свою «чессну», а я, повинуясь интуиции, позвонил напоследок с местного платного телефона Луизе.

— Алло, — ответила она.

— Господи, это ты!

— Нет, извините, Господь вышел сигарет купить. Это Дева Мария. Хотите оставить сообщение?

— Я уже не знаю сколько недель пытаюсь тебе дозвониться.

— Я была в Берлине. Записывала новый альбом с песнями «Большой Мамы» Торнтон.

— Слушай… — я даже не знал, что хочу сказать ей теперь. Все так изменилось. — Шарлен получила неприкосновенность…

— Знаю. Да, кстати, милый, а ты откуда звонишь? Ты в Мексике?

— Нет. Еще нет.

— Вот те на. Боюсь, тогда мне лучше закончить разговор.

Боже, ее телефон прослушивался?

— Луиза, подожди! Мне нужно знать, что происходит. Ты говорила с Шар?

— Деточка, мне правда…

— Луиза, давай встретимся. — Я бросил взгляд на «чессну». — Я перезвоню тебе и скажу, где, — и повесил трубку.

Старого хрена звали мистер Рэчет. Думаю, даже жена называла его именно так. Я выдал ему историю о ребенке, для которого нужны были деньги, чтобы его не отключали от искусственной почки, и он согласился сделать остановку на материке.

Я снова позвонил Луизе.

— Слушай внимательно. Я прибуду с группой Пола Маккартни.[470]То есть по воздуху, дошло? — Этот код был, наверное, самым тупым из всех, какие когда-либо изобретали. — В город, где ты вся открывалась для Джеффа Бека[471]в шестьдесят девятом. — Я намекал на зал аэропорта для штатских пассажиров в Санта-Монике.

— Вообще-то до него по дороге всего несколько миль. Я не очень хорошо помню…

— Ну же, Луиза. Думай!

Час спустя я стоял под навесом ресторана «Китти Хоук» и всматривался в дорогу к аэропорту Санта-Моника, гадая, будет ли за Луизой слежка. Были ли в компьютерах ФБР сведения обо всех ее случайных связях? Мистер Рэчет сидел внутри, в баре. В конце концов, на шоссе показался фиолетовый фаллоимитатор — ее «ягуар ХКЕ». Машина скользнула на ресторанную парковку. Я кинулся к ней и залез внутрь.

Луиза курила «Шерман»; вокруг распространялся мускусный запах. В машине было жарко — дальше некуда, но на ней был тяжелый меховой жакет (выглядел он как шкура чау-чау со светлыми полосками) поверх облегающего платья, длиной чуть выше промежности.

— Тебе давно надо было быть в Мексике, — сказала она.

— Ты с ней говорила?

Она выпустила дым. В небе над взлетно-посадочной полосой полыхнула похожая на вену молния.

— Тебе нужно срочно туда уезжать.

— Я уже в пути. Ты не ответила на мой вопрос.

— Все будет хорошо, — она приоткрыла окно; дым улетучился. — Если только ты ничего не испоганишь. Двигайся дальше в Мазатлан. Есть шанс, что самое позднее в воскресенье у тебя там будет компания.

Мое сердце пропустило удар.

— Ты о чем говоришь? В понедельник ей выступать перед судом присяжных.

— К этому времени она давно уже исчезнет, если все пройдет как надо.

— Что ты имеешь в виду?

Она поколебалась, словно считала, что в машине тоже могут стоять «жучки».

— Есть один адвокат, молодой, но хороший. Он поможет. Они с тем писателем большие приятели.

— Писателем?

Она назвала имя того самого рок-журналиста, который рвался ко мне, чтобы я свел его с Деннисом.

— Он взял у Шарлен интервью, еще в клинике. Деннис не в курсе. Он сам тогда еще не выписался. — Луиза выбросила окурок и развернулась на сиденье лицом ко мне. — Она все ему рассказала.

Во мне взметнулась волна безумного восторга:

— Что значит «все»?

— Обо всех случаях, когда Деннис ее избивал. О том, как ты приехал, чтобы спасти ее из огня. Как она выстрелила в него. И об Ангеле она тоже все рассказала, — при последних словах Луиза опустила глаза.

— А как она собирается отделаться от телохранителей?

— В пятницу они с Деннисом едут к адвокатам в «Сенчури Сити». Тот молодой адвокат все продумал, он дает ей возможность ускользнуть, пока телохранители будут ждать в приемной. Потом писатель отвезет ее прямиком в Международный аэропорт Лос-Анджелеса.

— Господи… а что там с интервью? — меня всего трясло от счастья. — Когда оно выйдет?

— На следующей неделе. В «Роллинг Стоун».

— Боже… Деннис весь говном изойдет.

— Еще хуже. — Я почувствовал нервозную дрожь, пробежавшую по ее телу. — Видишь ли, в этом интервью есть кое-что совсем жуткое.

— Это что же?

Она отвела взгляд.

— Лучше пусть она сама тебе скажет.

— Это что-то насчет спальни над гаражом. — Она чуть не подпрыгнула, но сдержалась. — Что именно? Что он делал там с ней?

— Послушай меня, — она положила ладонь на мою руку. — Ты должен понять. Шарлен была напугана. Из-за выкидыша. И из-за того, что случилось с Бобби.

— О чем ты? Блин, да что же такое на самом деле случилось с Бобби? Луиза, его смерть — действительно несчастный случай или нет?

— Ну… — она поколебалась. — Укололся он сам, и передоз был, тут все нормально. Но именно Большой Уилли подсунул ему дозу с отравой.