Биг-Сур - Джек Керуак

Но вот старина Бен Фэган хмыкает и пыхтит трубочкой, так какого черта вешать на взрослых людей, поэтов между прочим, свои проблемы – И мы с Беном и его дружком Джонси, таким же хмыкающим трубокуром, заходим в бар («Майкс Плейс») по пиву, поначалу клянусь не напиваться, мы даже отправляемся в парк и долго беседуем на солнышке которое в этих краях всегда сменяется восхитительными дымчатыми сумерками – Мы сидим в парке возле большой белой итальянской церкви, смотрим на играющих детей, на прохожих, меня почему-то поражает спешащая мимо блондинка: «Куда она торопится? ждет ли ее тайный любовник-матрос? или просто сверхурочная машинопись в конторе? представляешь, Бен, если бы мы знали куда идут все эти люди, к какой двери, в какой ресторан, на какое тайное свидание» – «Похоже сидя там в лесу ты накопил кучу энергии, сокровенной внутренней жизни» – Уж Бен-то знает, сам месяцами жил в лесах – Бен здорово исхудал за 5 лет, с тех веселых пор как мы были «бродягами Дхармы», но это все тот же старина Бен, что похмыкивая склоняется заполночь над «Ланкаватарой» и пишет стихи о дождевых каплях – Уж он-то меня знает, он знает что этой ночью я напьюсь и буду пить несколько недель как положено, пока не допьюсь до такой степени изнурения что уже ни с кем не смогу разговаривать, и тогда он придет и будет просто молча сидеть рядом и попыхивать своей трубочкой пока я сплю – Такой уж он человек – Я ему про Тайка, но некоторые люди любят кошек, а некоторые нет, хотя у Бена дома всегда какой-нибудь котенок водился – У него на полу соломенная циновка а на ней подушка, и Бен сидит на подушке скрестив ноги перед дымящимся чайником, а на полках сплошной Паунд, Уоллес Стивенс и Гертруда Стайн – Странный спокойный поэт в ком только-только начали распознавать большого тайного мудреца (у него есть строчки: «Когда я уезжаю из города, все друзья возвращаются в загул»). Вот и я сейчас собираюсь в загул.

Ведь все равно вернулся Дэйв Уэйн, так и вижу как он потирает руки в предвкушении очередного отрыва, как год назад когда он вез меня с западного побережья в Нью-Йорк с япошкой-хипстером Джорджем Басо, дзен-мастером, на матрасе в заднем отсеке джипа (по кличке «Вилли»), лихо мы прокатились, через Лас-Вегас и Сент-Луис, ночевали в дорогих мотелях и всю дорогу пили только лучший шотландский виски из горла – Насколько приятнее ездить вот так чем угрохать 190 долларов на самолет – Кроме того Дэйв еще не знаком с нашими великим Коди и мечтает познакомиться – И мы с Беном неторопливо идем из парка в бар на Коламбус-стрит, где я заказываю первый двойной бурбон с имбирным элем.

Снаружи мерцает огнями сказочная игрушечная улица, я чувствую как веселье растет в груди – Теперь я вспоминаю Биг Сур с пронзительно-ясной любовью и болью, и даже смерть Тайка как-то вписывается во все это, правда я еще не догадываюсь насколько чудовищно то что предстоит – Мы звоним Дэйву Уэйну вернувшемуся из Рено и он подъезжает к бару на своем джипстере, он великолепный водитель (когда-то работал таксистом), болтает без умолку и никогда не делает ошибок, на самом деле не хуже Коди, правда это трудно себе представить, назавтра я даже спрашиваю Коди так ли это – Но опытные водилы ревнивы, они всегда ищут друг у друга ошибки: «Да ну что там твой Дэйв Уэйн, он поворачивать не умеет, притормаживает вместо того чтобы пролетать поворот на полной скорости, их делать надо, повороты» – Между прочим кстати говоря мне столько надо сказать о последующих трех роковых неделях что я даже не знаю с чего начать.

Жизнь вообще на самом деле – До чего разнообразна! – «А как там старичок Джордж Басо?» – «Старичок Джордж Басо, в общем-то, помирает от тюбика в больнице под Тьюлером» – «Ох, Дэйв, надо же его навестить» – «Да-с сэр, давай завтра» – Дэйв как всегда без денег, но мне-то что, у меня их море, назавтра я иду и меняю чеки на 500 долларов, вот я каков, так что старина Дэйв отлично оттянется – Дэйв не дурак пожрать и выпить, да и я не откажусь – Еще он зацепил в Рено парнишку по имени Рон Блейк, симпатичный блондинчик мечтающий стать певцом, звездой, новым Чет Бейкером и щеголяет хипстерскими манерами, которые, может, прокатили бы 5, 10 или даже 25 лет назад, а сейчас это позерство, я врубаюсь что он разводила и пытается как-то развести Дэйва (непонятно только на что) – А Дэйв Уэйн такой длинный поджарый рыжий валлиец, вечно норовящий свалить на своем «Вилли» на рыбалку в Орегон на Рог-Ривер, где он знает заброшенный шахтерский лагерь, или пошляться по пустынным дорогам, а потом внезапно появиться в городе и устроить гулянку, при этом замечательный поэт и есть в нем что-то такое чему могут хотеть подражать хипстерствующие парнишки – Едва ли не лучшее трепло в мире, забавное невероятно – Вот увидите – Это они с Джорджем Басо открыли фантастически простую истину, что вся Америка разгуливает с грязной задницей, ибо современная гигиена отвергла древний ритуал омовения после сортира – говорит Дэйв: «Американцы возят с собой все эти вешалки с глажеными шмотками как ты верно заметил, обливаются с головы до ног одеколоном, носят подмышечные прокладки или что у них там подмышками, падают в обморок при виде пятнышка на рубашке или платье, белье и носки меняют наверное по два раза в день, ходят такие важные, думают что они самые чистые люди на земле, а задницы у них грязные – Скажи прикол? а ну-ка дай присосаться» – и тянет руку к моем бухлу, я заказываю еще два, я увлечен, Дэйв может заказывать все что угодно в любом количестве – «Президент Соединенных Штатов, епископат, министры-шминистры, большие шишки, все вплоть до распоследнего рабочего на заводе со всей его свирепой гордостью, кинозвезды, служащие, главные инженеры, президенты юридических и рекламных агентств в шелковых рубашках с галстуками, с дорогими чемоданчиками где хранятся всяческие дорогущие английские импортные массажные щетки, бритвенные приборы, помады и духи, – все они ходят с грязной жопой! А всего-то нужно мыть ее с мылом! и ни единому человеку в Америке это в голову не пришло! ничего смешнее быть не может! и при этом они называют нас грязными немытыми битниками – в то время как у нас единственных чистые задницы!» – Вся эта тема с мытьем задницы быстро распространилась от побережья до побережья, и все знакомые, мои и Дэйва, пустились в этот великий крестовый поход, и надо сказать неплохая идея – Я вообще у Монсанто в сортире учредил полку для мыла и каждый должен был приносить туда банку с водой – Монсанто об этом еще не знал: «Ты понимаешь, что пока мы не скажем бедному Лоренцо Монсанто, великому писателю, что он ходит с грязной жопой, он так и будет ходить?» – «Давай скажем прямо сейчас!» – «Конечно, промедление смерти подобно… кроме того ты знаешь, как это действует на людей? у них образуется зияющее чувство вины, причем они сами не понимают откуда оно берется, они едут на работу в электричке благоухая свежим бельем и одеколоном, но что-то их грызет, что-то не так, они чувствуют это и не знают в чем дело!» – И мы мчимся за угол, в лавку Монсанто.

К этому моменту мы уже здорово приподнялись – Фэган как всегда свалил: «Вы ребята давайте продолжайте, а я пойду-ка домой да залягу в ванну с книжицей» – «Домой» – это туда где живут в частности Дэйв Уэйн и Рон Блейк – Старая четырехэтажная меблирашка на окраине негритянского района Сан-Франциско, где в разных комнатах жили Дэйв, Бен, Джонси, художник Лэнни Медоуз, бешеный канадский француз пьяница Паскаль и негр по фамилии Джонсон – все со своими рюкзаками, матрасами, книгами и прочим скарбом, и каждый по очереди раз в неделю покупал продукты и готовил большой общий обед на кухне – все они сообща платили ренту и умудрялись жить – с вечеринками, девчонками, гостями приносящими бухло – долларов на семь в неделю – Отличное место, но несколько сумасшедшее, в частности потому что художник Лэнни Медоуз, меломан, выставил хай-фай-колонку на кухню, а пластинки ставит у себя в комнате, так что не успеет очередной повар сосредоточиться над своим маллигановским жарким, как ему на голову обрушиваются стравинские динозавры – А по ночам праздники битья бутылок, ими обычно заправляет псих Паскаль, душа-человек, пока не нажрется – Короче полный дурдом, ровно такими журналисты пытаются изобразить битников, но при всем том безобидное и приятное сборище молодых холостяков и вообще удачное воплощение хорошей идеи – В какую комнату ни заглянешь – найдешь специалиста, скажем заглянул к Бену и спрашиваешь: «Что сказал Бодхидхарма Второму Патриарху?» – «Он сказал: пошел на хуй, да уподобится ум твой стене, не гонись за внешним деланием и не доставай меня своими внешними планами» – «И тот пошел и стал на голову в снегу?» – «Нет, то был Му Дак» – Или зайдешь к Дэйву Уэйну, а он сидит скрестив ноги на матрасе читая Джейн Остин, и спросишь: «Как готовить бефстроганов?» – «Бефстроганов – очень просто, берешь мясо, тушишь хорошенько с луком, охлаждаешь, добавляешь грибов и сметаны побольше, сейчас спущусь покажу, только главу дочитаю, хороший роман, интересно что там дальше будет» – Или заходишь к негру и просишь одолжить магнитофон, потому что на кухне происходит любопытная беседа между Дулуозом, МакЛиром, Монсанто и неким газетчиком – Ибо кухня является также и гостиной где все сидят среди тарелок и пепельниц и принимают гостей – Например в прошлом году пришла 16-летняя красотка-японка брать у меня интервью, но ее сопровождал китаец-художник – Телефон звонит не умолкая – Даже соседи, крутые джазовые негры, захаживают с бутылками (Эдвард Кул и кое-кто еще) – Дзен, джаз, бухло, трава, все дела, казалось бы полное раздолбайство – а только глядишь, кто-то из «битников» аккуратно белит стены своей комнаты, а рамы и дверные косяки обводит красной красочкой – Или кто-нибудь возьмет да вымоет пол в гостиной. Для странствующих посетителей вроде меня или Рона Блейка всегда находится запасной матрас.