Мужские игры - Семен Данилюк

- Извини, сынок! - Забелин ласково обнял за плечи жену, та в свою очередь обхватила мужа за талию, и теперь они вдвоем, тревожно улыбаясь, смотрели на улетающего сына.

- Жду в гости! Как обещали! - оглянувшись еще раз, припомнил сын.

Возле стойки регистрации билетов толпилось с десяток человек. Мальчик со снисходительным лицом обогнул их и подошел к соседней - пустующей, с табличкой "Бизнес-класс".

- Места для курящих! - протягивая билет, буркнул он и, еще раз махнув рукой застывшим в прежней позе родителям, скрылся в зоне паспортного контроля.

- Даже сына не мог проводить по-человечески. - Жена поспешно освободилась от обнимающей руки.

- Кончились его каникулы, а стало быть, и наша каторга,- не слишком огорчился Забелин. - А может, разбежимся официально?

- Договорились же, - когда ребенок окончит колледж. Нечего раньше времени психику травмировать. Ты уж потерпи, Забелин.

- Дотерплю, раз обещал. Тогда, с вашего позволения, сегодня же возвращаюсь к себе на Ленинский.

- С чем нас обоих и поздравляю, - жена изобразила желчный поклон. - Хорошая хоть квартира?

- Отделать все руки не доходят. А по месту - то, что доктор прописал. Думаю выкупить. Тебя подвезти?

- Спасибо, не надо.

К ним приближался бородач лет сорока пяти. Мужчины преувеличенно вежливо раскланялись.

Жена эффектно махнула ручкой, подхватила бородача под руку и повлекла к выходу, прижимаясь сильнее, чем следовало, и что-то преувеличенно нежно шебеча в ушко.

"Вот и все. Познакомился с любовником женщины, рядом с которой провел шестнадцать лет, когда-то казавшейся ближайшим на все годы существом. И ничего, кроме облегчения, что на этот раз удалось избежать обычных сцен, не чувствую".

- Лешка, черт! - на Забелина накатывались два округлых шара: маленький на большом. Оба - и голова, и тело - принадлежали заместителю председателя Центробанка Борису Гуревичу.

- Привет, пузырь! - громко, как прежде, откликнулся Забелин и тут же пожалел, - из-за Гуревича появилась эффектная молодая дама в длинном, лайковой кожи пальто. Распахнутые полы позволяли оценить дополнявшие гарнитур сапожки. Крупные жемчужные кольца в ушах чуть покачивались в такт плавной походке. Она словно выступила из окутывающего ее флера тончайших духов.

- Вот видишь, - с ласковой подначкой она погладила Гуревича по курчавым, отдающим рыжиной волосам. - Человек тебе сказал то же, что и я твержу: нельзя столько жрать на ночь.

- Познакомьтесь, - Ирина. Главная моя доставала, - скорбно представил Гуревич. - Пилит так, что другой бы от одного этого отощал. Но - увы! - гены!

Борис сокрушенно хлопнул себя по животу. Получилось гулко.

- Ну вот, пожалуйста, опять налопался перед отлетом! - пожаловалась Ирина. - Какие ж гены выдержат пиво с селедкой в прикуску с кусманом мяса.

Глаза Гуревича на секунду затянуло пеленой: он представил себе добрый шмоток сырокопченой свининки.

Забелин меж тем всматривался в новую знакомую. Это была женщина, в которой все было настолько закончено, что нельзя было определить, что дано ей от природы, а что - результат макияжа, стараний кутюрье и совершенного вкуса. Лишенная одежды и косметики, она могла остаться красавицей, но могла и оказаться дурнушкой.

Впрочем важно было другое: насмешливо-снисходительные глаза светской, очень умной женщины. На тусовках таких называли - "не вдруг". Женщин такого типа трудно соблазнить, - слишком быстро находят они недостатки в других и слишком умеют выставить их на осмеяние. А потому они сами отбирают себе мужчин.

Под неприкрыто-оценивающим ее взглядом Забелин слегка смутился.

- Слушай, Борька, а ты легок на помине. Только что Второв по тебе прошелся! - неестественно бодро припомнил он.

- Второв! - Гуревич насупился. - Совсем такт потерял!.. Извини, Ириш!

Он подхватил Забелина под руку и откатил в сторону:

- Чего добивается? Ворвался в приемную. И прямо при секретарях, при посторонних залепил, знаешь чего?.. А то: если берешь, надо отрабатывать! Ну, каково тебе! Я - и не отрабатываю. Да кто еще в ЦБ на вашей стороне? Естественно, теперь все счета в "Возрождении" закрою. Вот сейчас летим с Ириной в Женеву на межбанковский конгресс, а тут думай, кто и что из приемной Самому стуканет. Или он всерьез думает, что другие банки меня не обхаживают?! Только я-то помню, откуда вышел. А мог бы и запамятовать, как прочие.

Полные влажные губы Гуревича вытянулись в обиженную трубку.

- Так Вы Забелин! - Ирина шагнула вперед. - Припоминаю, припоминаю... Точно, в последний раз по телевидению Ваше выступление смотрела. И, вопреки ожиданию, вполне дельное. Послушайте, Вы ведь мне очень интересны... Может, представишь наконец как следует?

Гуревич сконфузился: - Так я думал...Ирина Холина, журналистка.

Она дала ему легкого пинка под зад.

- А! - сообразил Гуревич. - Моя младшая сестренка.

- Ну, то-то, - смилостивилась Ирина. - Просто слово из этих цэбэшников не выдавишь. Если б так же скупо деньги транжирили, страна давно б по внешним долгам рассчиталась.

Она, а вслед за ней и Забелин, рассмеялись. Забелин рассмеялся не столько шутке, сколько тому, что Ирина оказалась известной в банковских кругах журналисткой. А главное - что оказаласьона сестрой.

Ирина смотрела на стоящего напротив мужчину и видела слегка прищуренный, теплый, очень спокойный взгляд. "От которого делается неспокойно другим", - с легким томлением сформулировала она.

- Мне очень интересен Ваш банк, и я бы хотела взять у вас интервью, - произнесла она.

"Мне интересен ты", - услышал он.

- Всегда буду рад, - охотно согласился он.

"Видеть вас", - расслышала она.

По радио объявили окончание посадки до Женевы. Пора было торопиться в vip-зал.

- По возвращении звоню, - Ирина протянула руку.

- Увидеться бы, - Боря Гуревич ласково приобнял Забелина. - Тебя, да и всех наших. Завалиться куда в кабак и - надраться как прежде. Да разве эта должностенка позволит! Вмиг стуканут, собаки! Одна надежда - еще годик-другой покантуюсь, подберу площадку побогаче и -десантируюсь. А уж тогда!...

Он сладко подмигнул и покатился следом за сестрой.

Забелин постоял задумчиво и поспешил на выход.

Предстояло еще объяснение с гаишниками. Как-то в похожей ситуации он попал на усталого пожилого капитана, и водительские права ему возвращала служба безопасности банка аж через заместителя начальника ГАИ МВД.

Впрочем, с молодыми таких проблем не возникало. Вот и на сей раз обошлось без недоразумений. Едва вышел он на улицу, закрывшись шарфом от колющего ветра, как тут же подле него очутился один из двух гаишников.