Искушение Дэвида Армитажа - Дуглас Кеннеди

— Ли Яккока[5]… И не смей ржать, мать твою.

— Кто ржет?

— И не только Яккока, но и Тома Питерса[6], и Адама Смита, и Джона Мейнарда Кейнса, и Дональда Трампа[7]…

— Ничего себе культурная смесь. Бобби, как ты думаешь, Трамп когда-нибудь читал Кейнса?

— Не-а, но этот парень знает, как нужно строить казино. И он очень серьезно «мать твою, как богат». Как только я прочел его книгу, я решил, что хочу быть таким же.

— Тогда почему ты не занялся строительством?

— Потому что там нужно всех знать: ты знаешь, что у дяди Сэла есть дядя Джо, у которого есть племянник Тони, который может как следует надавить на еврейчика, владеющего пустым участком, который ты хочешь купить… Срисовал картинку?

— Звучит очень изысканно для меня.

— Послушай, корпоративные мудаки играют в те же игры, только они делают это в костюмах от братьев Брукс. Так или иначе, мне вся эта практика не по душе, к тому же я сознаю, что на Уолл-стрит не понравятся мои гласные и моя биография — из грязи да в князи. Подумав, я решил, что для такого парня, как я, скорее подойдет Лос-Анджелес. Ведь, как ни крути, это город, где за деньги можно все. Здесь всем насрать, насколько чиста твоя речь. Чем больше счет в банке, тем больше член.

— Как когда-то заметил сам Джон Мейнард Кейнс.

Надо отдать должное Бобби. Он заплатил за свое обучение в Калифорнийском университете, работая на Майкла Милкена по принципу «куда пошлют» в последние дни его аферы с «мусорными облигациями»[8]. Затем, после колледжа, его нанял тип с весьма сомнительной репутацией, Эдди Эдельштейн, который имел свою небольшую биржу в Сенчери-сити (в конечном счете Эдди попал в тюрьму по обвинению Комиссии по ценным бумагам и биржевым операциям). Бобби всегда с теплотой вспоминал о нем:

— Эдди был моим гуру — лучший гребаный брокер по западную сторону континента. У него был нюх, как у питбуля. А что касается маржи… уж поверь мне, он был настоящий художник. Но, понимаешь, этому тупому поцу понадобилось все похерить, прикарманив сто тысяч, после того как он скинул одному южноафриканскому брокеру — черт бы побрал этого нацистского африканера! — внутреннюю информацию насчет некой компании по переплавке и очистке цветных металлов. Это потом уже выяснилось, что африканер был переодетый агент промышленной безопасности. Я посоветовал Эдди вопить, что его подставили, но без пользы. От трех до пяти. Тюрьма была ничего — одна из тех, где разрешают даже играть в теннис, — но она все равно его убила. Рак простаты, и всего-то в пятьдесят три года. Ты чистишь зубы зубной нитью, Дэвид?

— Прости? — переспросил я, слегка озадачившись столь резкой сменой темы разговора.

— Умирая, Эдди дал мне два совета: никогда не доверять мужику, если он говорит, что африканер, но, если судить по акценту, вырос все же в Нью-Джерси… и, если хочешь избежать рака простаты, всегда пользуйся зубной нитью.

— Я что-то не совсем понимаю.

— Ты не пользуешься зубной нитью, и вся эта зараза попадает тебе в горло и заканчивает свой путь в простате. Именно это и случилось с бедным Эдди: брокер ас, парень люкс… но он не пользовался зубной нитью.

После этого разговора с Бобби я начал чистить зубы зубной нитью. Еще я часто задавал себе вопрос: какого черта мне так нравится с ним тусоваться?

Ответ на последний вопрос я знаю: а) как брокер, он начал зарабатывать для меня некоторые деньги, б) с ним никогда не было скучно.

Бобби появился в моей жизни во время первого сезона сериала. После того как в эфир вышла третья серия, он прислал мне письмо на официальной бумаге своей компании, в котором писал, что мой сериал — самый приличный из всех выходивших в последние годы, и предлагал свои услуги в качестве брокера.

«Я не из тех уродов, которые обещают достать звезду с неба, и я далек от того, чтобы посулить сделать вас богатым к тому времени, как вы покончите с завтраком. Но я самый умный брокер в городе и со временем смогу заработать для вас солидные деньги. К тому же я абсолютно честен, а если вы мне не верите, то позвоните…»

И дальше следовал список самых знаменитых людей в Голливуде, которые якобы были клиентами Бобби Барра.

Я еще раз пробежал письмо глазами. Прежде чем выбросить его в мусорную корзину, я все же улыбнулся. Потому что из двух десятков или больше писем, которые я получил с момента выхода сериала на экран от продавцов машин, агентов по продаже недвижимости, консультантов по налогам и обычных зазывал, поздравлявших меня с успехом и предлагавших свои услуги, письмо Бобби было самым наглым, самым откровенно нескромным. Последнее предложение особенно меня позабавило:

«Я не просто хорош в том, чем занимаюсь. Я великолепен в своем деле. Если вы хотите, чтобы ваши деньги делали деньги, позвоните мне. Если вы этого не сделаете, будете жалеть об этом всю оставшуюся жизнь…»

На следующий день после этого письма я получил его копию с припиской:

«Подозреваю, что вы выкинули полученное вчера письмо. Поэтому посылаю его повторно. Давайте зарабатывать деньги, Дэвид».

Что же, оставалось только удивляться настырности этого парня… хотя мне порядком надоели его ежедневные звонки в офис (я велел своей помощнице Дженнифер запомнить, что я перманентно на совещании, когда бы он ни звонил). Не поколебал меня и присланный им ящик отличного сухого вина. Проявив вежливость, я отправил ему коротенькую благодарственную записку. Но уже через неделю прибыл ящик шампанского «Дом Периньон». С карточкой:

«Вы будете пить это пойло, как «7 Up», если позволите мне заработать для вас настоящие деньги».

Когда принесли шампанское, в моем офисе сидел Брэд Брюс.

— Что за поклонница… и есть ли у нее номер телефона? — спросил он.