К западу от смерти - Луис Ривера

Ты был победителем. Величайшим из всех, когда-либо живших на земле. Но ЧТО побеждал ты?

Ты был храбрецом. И смелость твоя требовала вызвать на бой самых древних и мрачных богов. Но ЧЕГО не убоялся ты?

Ты был разрушителем. И одной лишь волей своей превращал города в пепел. Но во имя ЧЕГО разрушал ты?

Ты хотел лишь царствовать над погонщиками верблюдов. Ты был одним из них. И имя твое стерлось из памяти народов так же, как стираются имена других погонщиков.

Ты побеждал погонщиков, не убоялся погонщиков и разрушал во имя власти над погонщиками.

Но становится ли даже самый сильный и храбрый верблюд львом, пусть даже царствует он над тысячами верблюдов?

Неважно, кто ты — червь, копошащийся в прахе, или венценосец, у ног которого лежит весь мир. Это лишь вопрос количества нитей, идущих от твоей души. Ты остаешься рабом своей паутины.

А раб, властвующий над другими рабами, — вдвойне раб.

Твоя рука сжимала меч, но дух страшился свободы. Конь твой был царем коней, но плелся верблюжьей тропой. И огнем горела на твоем щите надпись: «Да смирится сердце мое!» И на каждой пластине твоих доспехов сверкали слова: «Да спит спокойно дух мой!»

Жизнь твоя была борьбой. Каждый новый день — подвигом.

Но забыты твои деяния. Ибо ни одного слова не выбил ты на скрижалях. А лишь читал те, что выбили до тебя другие.

Но вечной жизни достоин лишь тот, кто сам созидает новые скрижали!

Сказав это, замолчал Танцующий, и стих на мгновение ветер, словно чтя память того, кто шел к величайшей победе, а пришел к величайшему поражению.

И в этой тишине услышал вдруг Танцующий громкое шипение. У ног его свернулась клубком черная змея и подняла свою голову, глядя в глаза человеку.

— Я много слышала о тебе, Танцующий. Говорят, что язык твой так же ядовит, как мои зубы. Но изливая лишь яд, ты скорее превратишь землю в пустыню, чем в цветущий сад. Мало пропалывать сорняки. Должно бросить в землю семя и полить его родниковой водой. Где же твоя мудрость, Танцующий? Неужели жалить — твоя мудрость? Или разрушение — высшая истина Танцующего?

— Нет, змея, — грустно ответил Танцующий. — Речи мои — яд только для слабых духом. Для сильных — это противоядие.

— Кого же ты считаешь сильным, Танцующий? — спросила змея. — Если величайший из воинов слаб для тебя?

— Того, кто прошел через три превращения духа.

— Много лет живу я на этой земле, но ни разу не слыхала о трех превращениях. Впрочем, ваши человеческие дела меня не касаются. Одно могу сказать тебе Танцующий: беги от людей. Они желают слышать лишь ту истину, которая ласкает их слух. Со всем остальным они поступают, как ребенок с нелюбимой игрушкой. Но здесь достанется не только игрушке, но и дарящему ее.

Беги от людей, Танцующий! Ты зрячий среди слепцов. И хочешь открыть глаза другим. Но ХОТЯТ ли они видеть свет, который видишь ты? Темнота скрывает много безобразного. Захотят ли они сбросить это покрывало?

Много лет ползаю я по этой земле, успела понять: куда легче зайцу одолеть тигра, чем человеку — прозреть. Тьма для него благо. А посягнувший на нее — враг. Не будь врагом человека, Танцующий. Это говорю тебе я, змея, зубы которой источают яд. Для человека я лютый враг. И знаю, как он поступает с врагами, не понаслышке. Но хоть мой род ненавистен человеку, ненависть к тому, кто несет свет, стократ сильнее. Беги от людей, Танцующий. Или беги от своей истины.

— Ты самое мудрое существо на земле, змея. Но поистине плохо ты знаешь Танцующего, если призываешь его отказаться от истины! У меня нет дюжины верблюдов, змея. Я не погонщик. Все, что у меня есть — это истина, которая переполняет меня. Я сам есть истина. Как же можно отказаться от самого себя?

— Не знаю, чего больше в твоих словах — мудрости или наивности. Но и то и другое приведет тебя к смерти.

Танцующий запрокинул голову и из горла его вырвался звонкий веселый смех.

— Если ты знаешь дорогу, которая не ведет к смерти, покажи мне ее! Каждый прожитый мною год уже принадлежит этой старухе. Смерть не только впереди, но и за плечами у каждого. Как можно ее обойти?

Нет, змея, Танцующий еще не сошел с ума, чтобы жить так, как живут те, кто рядит его в сумасшедшие. Это они пусть встречают каждый новый день так, словно это будет продолжаться вечно. Я же буду готов каждую секунду спуститься в долину теней. Только приняв неизбежность смерти, можно найти силы для великих деяний. Она хороший помощник. Так что не пугай меня ее косой.

Дела того, кто лежит сейчас в этом кургане, были делами человека, уверенного, что будет жить вечно. Теперь не осталось даже памяти о нем.

Мой путь будет короток. Но я высеку на скрижалях и в душах людей свою истину.

Прощай, змея. Ты была бы хорошим товарищем Танцующему. Но ты тоже думаешь жить вечно. Поэтому нам с тобой не по пути. Прощай!

И Танцующий пошел, не оглядываясь, к темнеющим на горизонте скалам.

* * *

Утро я начал со звонка в полицию. Сначала никто не отвечал, потом в трубке раздался щелчок и усталый голос следователя. Я подумал, что не один я провел ночь без сна.

— Доброе утро, — сказал я. — Вы меня помните? Мы разговаривали три дня назад. Я друг того парня, который повесился… на дверной ручке… Или его повесили. Вы мне оставляли свой телефон.

— Да, припоминаю. Извините, но ничего нового я пока сообщить не могу. Мы работаем.

— Я не совсем по этому поводу… Вернее… Может, это как-то связано…

— Говорите яснее. Что у вас случилось? Вы что-то вспомнили?

Я представил, как он придвинул к себе блокнот и аккуратно снял колпачок с ручки.

— Да, случилось. Не знаю, как сказать… Может, лучше я приеду?

— У меня, к сожалению, много дел. Скажите, что у вас стряслось, а потом подумаем, стоит ли вам приезжать.

— Кто-то проникает в мою квартиру, когда меня нет дома, — выпалил я.

— Вас обокрали?

— Нет. Просто кто-то приходит ко мне домой… Я не знаю, что он делает. Все вещи на месте. Вообще все в порядке…

— Вы говорите, приходит… Это было не один раз?

— Да. Точнее — два. Стоит выйти из дома — кто-то забирается в мою квартиру.

— Вы уверены? Если все вещи на месте… Словом, почему вы так думаете?

— Потому что чувствую, — раздраженно сказал я. В трубке послышался тяжелый вздох. Наверное, следователь решил, что у меня не все в порядке с головой. Поэтому я добавил: — Он курит. И стряхивает пепел где попало.

— Может, это ваш пепел?

— Я бросил курить два года назад.

Трубка помолчала.

— Хорошо. Я свяжусь с вами, когда хоть немного разгребу тут все… Старайтесь не выходить лишний раз на улицу. Записывайте все звонки. Если что, сразу звоните мне. Вы все поняли?