Мартин не плачет - Линор Горалик

– Если это розыгрыш… – сказала Ида и выдержала паузу. – Если это хоть в какой-то мере розыгрыш, Мартин…

– Слушай, докажи им, что ты есть, а? – попросил Мартин. – Только не обижайся. – С тех пор, как Эразм был представлен остальным обитателям Дома с Одной Колонной, которые, разумеется, не могли его видеть, Мартин неожиданно испытал потребность защищать бедного мертвого хомячка.

Эразм пожал плечами:

– А что обижаться? К господу Богу, небось, каждый день с такими вопросами пристают. – Он на секунду задумался, а потом сделал какой-то хитрый жест лапкой – и газета, которую пятнадцатью минутами раньше читала Ида, медленно поползла по столу и с тихим шорохом слетела на ковер. Ида ахнула.

– Этого достаточно? – ядовито поинтересовался хомячок.

– Эразм интересуется, достаточно ли этого, – спросил Мартин голосом оскорбленной невинности.

– Что он собирается делать? – слабо поинтересовалась Ида.

– Жить тут, – немедленно ответил Эразм.

– Он собирается тут жить, – повторил Мартин.

– Я фамильное привидение, – гордо сказал Эразм. – Теперь, когда вы обо мне знаете. Это больше не дом, это замок с привидениями. О, я теперь развернусь! Я буду выть и громыхать цепями, и…

– Мы уже обсуждали цепи, – напомнил Мартин.

– Неважно, – махнул лапкой Эразм, – я найду, как себя проявить. Я креативен и ассертивен, я буду нести свои обязанности с честью, вот увидите. Где здесь у вас зеркало? Для начала я сделаю что-нибудь символическое – трещину, там, на зеркале, воду в вино… Могу кактус съесть. На слабо.

– Обещает съесть кактус, – сообщил окружающим Мартин.

– Зачем? – поинтересовался Лу.

– В качестве фамильного привидения. У нас теперь замок с привидениями. С небольшими, но ассертивными, – грустно сказал Мартин.

– Если я правильно понимаю, – сказал Джереми, поправляя очки, – с привидениями все всегда более или менее однообразно. Они убираются восвояси, если сделать то, чего они хотят.

– Ты чего хочешь? – спросил Мартин у Эразма.

– Рррразвернуться, – кровожадно сказал хомячок, окидывая комнату широким взглядом мясника на бойне. – А так, вроде, больше ничего.

– Он сам не знает, чего хочет. – сказал Мартин.

– Кое с кем бывает, – усмехнулся Лу и ткнул ботинком Дину.

– Сам дурак, – немедленно отозвалась Дина. Чувствовалось, что эти двое привыкли вести друг с другом долгие задушевные беседы.

– Это неважно, чего он хочет, – сказал Джереми, – Если сделать что-то определенное, то он должен исчезнуть. Привидения удерживает на земле страшная тайна, которой они не успели поделиться. Иногда они умирают, не закончив какого-нибудь важного дела. Или совершив преступление, в котором им надо сознаться. Или, наоборот, испытывая потребность в мести. Твоего хомяка часом не придавили дверью?

– Он утонул в поилке, – вздохнул Мартин.

– А то обычно их давят дверью, – заметил Джереми. – Еще иногда на них случайно ставят диван. Не замечают, что они забрались в мясорубку. Сливают воду, когда они плещутся в унитазе. Разное интересное, словом.

– Мне кажется, что беседа принимает оскорбительный оборот, – заметил покойный Эразм.

– Ты не слушай их, – сказал Мартин. – Ты лучше думай. У тебя была страшная тайна?

– Я знал, случилось с проводом от холодильника, – задумчиво заметил мертвый хомячок. – Но это дело давнее и незначительное…

– Как насчет незавершенных дел?

– Я все съел прежде, чем заняться научными изысканиями, – сказал Эразм, – я никогда не работал на голодный желудок.

– Преступление? – спросил Мартин, потихоньку теряя надежду. – Месть? Неуплаченные налоги? Что-нибудь?

– Ничего не приходит в голову, – сказал Эразм. – Натурально, ребята, смиритесь. Я тут. Мы подружимся. Дайте мне только добраться до газового вентиля…

– Ему ничего не приходит в голову, – грустно повторил Мартин. – Он рвется к газовому вентилю.

– Вот урод, – Лу хлопнул ладонью по тому месту, на которое смотрел Мартин, обращаясь к мертвому хомячку. Мартин увидел, как ладонь Лу прошла сквозь хомячка, ничуть его не задев. Хомячок пожал плечами.

– Лу, помни, пожалуйста, что ты говоришь о мертвом, – строго сказала Ида. – Мертвые не могут защитить себя, поэтому о них надо говорить хорошо.

– Щас глаз выкушу, – сказал Эразм, повернувшись к Иде. Мартин предпочел не озвучивать эту реплику остальным.

– Будь вежливее, Лу, – продолжила Ида. – Мартин, поинтересуйся, пожалуйста, как Эразм оказался в нашем доме.

– И в самом деле, – удивился Мартин, – ты откуда взялся?

– Я здесь жил, – сказал хомячок, – до вас. До переезда вашей семьи здесь жили Томпсоны. Я был куплен в подарок мальчику Патрику. Тогда ему было пять лет.

– Я полагаю, что мальчик Патрик может что-нибудь помнить, – задумчиво сказал Мартин. – Марк, мы сможем найти тех, кто жил в этом доме раньше?