Карьера - Дуглас Кеннеди

На рассвете я уже летел в Майами. Перед посадкой отключил телефон. В ближайшие двадцать четыре часа я должен быть недоступен, неуследим…

В Ла-Гуардии заказал на дневной рейс два обратных билета до Нассау, через Майами, затем арендовал автомобиль. До Оулд-Гринвича добрался к десяти. Проезжая по главной улице, Саут-Бич-авеню, пригнул голову — на случай, если в городе окажется детектив Флинн… или если улицу перейдет Марти Альгар из ресторана при «Хъятт-Редженси».

Десять часов. Если мой безумный план сработает, то Мэг Петерсон должна быть еще дома. И если вдова мне не поверит, то выбора не останется: придется бежать. Ведь если я действительно появлюсь на опознании, то отправлюсь оттуда прямиком в камеру.

На Прибрежной дороге свернул вправо. На полпути к дому Петерсона мимо проехал «форд-эксплорер», направляющийся в город. Через секунду дошло: за рулем машины сидела Мэг Петерсон. Ударив по тормозам, немедленно развернул автомобиль на сто восемьдесят градусов.

Одно какое-то ужасное мгновение мне казалось, что «эксплорер» я упустил. Но тут же увидел, как автомобиль сворачивает в переулок. Проехав на красный, смог нагнать вдову, как раз когда ее машина выехала на дорогу среди домов, называющуюся Парк-авеню. Затем «форд» пересек узкую улочку и въехал в паркинг, расположенный за банком. Я добрался до места как раз в тот момент, когда Мэг Петерсон выбиралась из салона автомобиля. Женщина выглядела измученной, невыспавшейся. Завизжали тормоза, и я выскочил из автомобиля.

— Миссис Петерсон?! — крикнул я. Женщина обернулась и с презрением оглядела меня.

— Если вы из журналистов, то я не хочу с вами говорить, — сердито сообщила она.

Я подошел, подняв обе руки и стараясь своим видом успокоить ее:

— Поверьте, миссис Петерсон: я — вовсе не журналист.

— Ну да, тот ублюдок из «Пост» так же врал.

— Мы встречались раньше.

— Никогда в жизни вас не видела.

— В декабре прошлого года, рано утром перед вашим домом, помните? Я — Нед Аллен. Когда-то работал в журнале «Компу-Уорлд», вы еще застали меня спящим за рулем автомобиля…

— Да-да, припоминаю. Тед говорил, что вы охотились за ним из-за какого-то рекламного разворота… и что он решил выручить вас, после того, как оказалось, что от этой сделки зависела ваша работа.

— Верно. Ваш муж поступил очень благородно, когда…

— Чушь собачья. Тед никогда, ни разу в жизни никому не помогал. За пару последних недель я вдоволь наговорилась с копами, журналистами, адвокатами, и прежде всего со своими перепуганными и расстроенными детьми. Так что разговорами я сыта по горло.

Вдова прислонилась к припаркованной машине и попыталась сдержать рыдания.

— Миссис Петерсон…

Я допустил ошибку, когда успокаивающе положил ей на плечо руку.

— Не смейте ко мне прикасаться!..

— Простите я не хотел…

— Убирайтесь или вызову полицию!

— Миссис Петерсон, да послушайте же!

— Вон!

Несколько прохожих в паркинге остановились, разглядывая нас. Нужно как можно быстрее найти убедительный довод.

Я не могу рисковать.

— Я знаю, кто убил вашего мужа, — чуть слышно прошептал я.

Сперва женщина не поняла:

— Вы… что?

Я старался не повышать голос:

— Я знаю, кто убил вашего мужа.

Мэг Петерсон внимательно изучала меня. Во взгляде — полнейшее недоверие:

— И откуда же вы знаете?

— Я был на месте преступления.

Вдова опустила взгляд, рассматривая землю.

— Послушайте, — предложил я, — можно угостить вас кофе?

— Уходите, — мягко произнесла она, — я не хочу знать…

— Уделите мне всего лишь десять минут времени, не более.

— Чем докажете?

— Что?

— …что вы — не из этих…

— Каких «этих»?

— Людей, что обыскивали мой дом. Дважды.

— Просто я… я на «этих» работаю. И они пытаются повесить убийство вашего мужа на меня.

Вдова вздрогнула. Я попросил:

— Десять минут — больше мне и не требуется. Место беседы выбирайте сами.

Женщина огляделась, я заметил, как трудно ей принять решение.

— Мне сейчас надо в банк, — сообщила она, уходя. Проделав десять шагов, обернулась и сообщила: — На Саунд-Бич есть кафе. Через пять минут.

Слава богу, заведение пустовало. Я устроился за столиком, расположенным прямо в глубине. Прошло десять минут. Я подумал: «Пошла в полицию…»

Но пять минут спустя появилась вдова. Одна.

— В банке такие очереди, — произнесла женщина, усаживаясь.

— Я так признателен…

— Вот что, мистер, я не знаю, кто вы такой, вашу мать, а после того, что мне пришлось пережить, не верю ни вам, ни кому бы то ни было еще на этой планете, за исключением родных детей. Так что давайте ближе к делу. Быстро.

Я заговорил. Постепенно выложил всю историю. Без утайки. Проблему с рекламным вкладышем в «Компу-Уорлде». То, как запаниковал Тед, когда я упомянул Каймановы острова, и как он принялся мстить, когда понял, что я просто блефовал, обвиняя его в попытке изнасилования (лицо вдовы сильно омрачилось, когда я рассказал об инциденте с Джоан Глейстон). Объяснил, как по вине покойного лишился места в «Компьютер Америка», как Петерсон подтолкнул Айвана к самоубийству, как я оказался на дне и как меня спас старина Джерри Шуберт, совершенно случайно оказавшийся человеком Баллентайна, на которого работал и ее муж. Женщина перебила мой рассказ:

— Джек Баллентайн? — прошептала она. — Тот самый?

Я рассказал про аферу с фондом «Эскалибур» и как я разузнал о мошенничестве. Поведал о разработанной незаконной схеме манипуляций изрядными суммами в наличных сомнительного происхождения. О том, что в этом каким-то образом оказался замешан Тед, как Джерри подстроил нашу ссору на приеме СОФТУСа, за которой последовал упомянутый ужин примирения в «Хъятт-Редженси», после чего…

Когда я рассказывал об убийстве, вдова опустила голову.

Ничего не сказала, пока я разъяснял, как Джерри меня подставил, как угрожал меня сдать, если не стану челноком.