Плащ душегуба - Крис Эллиотт

– Да заткнись ты, выскочка, и сядь на место, – скомандовала она, однако я не повиновался.

– Почему меня? – спросил я. – Почему вы решили посадить именно меня?

– Да, почему его? – спросила Лиза, выскакивая в первый ряд.

– Лиза, назад! – приказал Калеб, выдав тем самым свое местоположение – всего в каком-нибудь метре от Твида. Тот резко обернулся и наставил пистолет на Калеба.

– Фтой где фтоишь, Фпенфер, или я буду фтрелять!

– Что я такого вам сделал? – спросил я великаншу в мерцающем зареве.

– Да, скажи ему, почему! Правда, скажи нам всем – почему! – произнес новый голос откуда-то из темноты зала. А затем из сумрака вышел лже-Рузвельт. – Расскажи им всё!

– Ой, да посмотрите только, кто у нас тут есть! Это тот самый поддельный я! – воскликнул Тедди. – Молодой человек, мне придется вас наказать и задать вам хорошую трепку.

– Вы и его клонировали? – спросил я Кампиона.

– Так-так… Кто-то клонировал Рузвельта? – спросил сконфуженный профессор Кампион. – Уж я этого точно не делал.

– Что до меня, то я не клон. – Фальшивый Рузвельт завел пальцы за уши и принялся стаскивать свою маску.

Мне потребовалось лишь одно мгновение, чтобы сообразить, кто это.

– Венделл!

– Кто такой Венделл? – спросила Лиза.

– Мой наилучшайший друг во всей Вселенной. Однако скажи мне – что ты здесь делаешь? Я думал, ты торчишь у своей новой подружки.

– Крис, позволь представить тебе мою новую подругу – госпожу Флаттер.

Возникла неловкая пауза. Госпожа Флаттер явно была смущена.

– Ох ты, да что ж такое… Все равно все пошло ко всем чертям.

И она тоже стянула маску, обнаружив еще более обезоруживающее хладнокровие, скрывавшееся под нею.

– Йоко?

– Кто такая Йоко? – спросила Лиза.

– Моя соседка. Живет в «Дакоте» рядом со мной.

– Ну объясни ему, Йоко! – сказал Венделл.

Йоко выглядела озабоченной, словно у нее не было времени на подобную чепуху.

– Скажи ему!

– Потому что мне нужна была более просторная студия звукозаписи, ясно? – объяснила Йоко.

Я молчал, пытаясь переварить новую информацию.

– Секундочку. То есть, вы говорите, что все это… ВСЕ ЭТО… только из-за твоего желания заполучить мою квартиру?!

Надоедливый тик, от которого Калеб избавился много лет назад, вновь объявился в уголках его глаз.

– Ну да, а ты… ты все никак не мог убраться оттуда! – ответила Йоко. – Не умираешь… не переезжаешь… ничего не делаешь! Пришлось придумывать что-то еще… Мне нужна твоя квартира!

– Видишь ли, Крис, – сказал Венделл. – Немногие избранные ньюйоркцы знают о машине времени Кампиона.

– Но, Венделл, ты-то зачем в это впутался?

– Она втянула меня, чувак. В тот самый день, в лифте. В тот день, когда я предложил тебе попробовать разгадать дело Джека Крушителя. Родился план отправить тебя назад во времени и арестовать за эти убийства, чтобы она смогла заполучить твою берлогу… а потом я бы жил с ней долго и счастливо.

Йоко хихикнула.

– Но ведь ты был моим лучшим другом! – сказал я дрогнувшим голосом.

– Да, но ты никогда меня не слушал! Тебе всегда было не до того. Вдобавок ты вечно наводил на меня это дурацкое видение кавалер-кинг-чарлз-спаниеля, лакающего из бутылки рутбир… Доходило до того, что это становилось единственным, о чем я мог думать даже в свое личное время.

– Но…

– Ты должен понять, Крис… Я любил ее!

Йоко засмеялась:

– Ну и дурень!

– Так было, пока Твид не рассказал мне, что на машине времени можно переместиться только в одну сторону; тогда-то я и понял, что она пытается избавиться от меня – так же, как пыталась избавиться от тебя.

Калеб вздохнул и прижал веки пальцами, пытаясь унять подергивание.

Йоко обратилась к кому-то «за кадром» (так оно и было):

– Нет! Не клади его туда! Идиот! Это шампунь, а не заправка для салата! Вон! Ты уволен! Убирайся!

Воцарилось тягостное молчание, и первым, кто нарушил его, был профессор Кампион. Казалось, он размышляет вслух.

– Но… поскольку моя машина действует лишь в одном направлении…

– Ну и?… – нетерпеливо встряла Йоко.

– …тогда зачем вам нужны были такие выверты, чтобы посадить этого невиновного парня, Эллиота? Он и так застрял бы в 1882 году.

Йоко смешалась.

– Верно, об этом я и не подумала, – призналась она. – Возможно, потому, что он мне не нравился. И вообще, я все равно получила эту квартиру, так что пошли вы все, видала я вас… в комиксах.

При этих словах ее лицо исчезло, сменившись разноцветным миганием в центре портала.

– Ну и подлюка, – сказал я.

– Мне очень жаль, Крис. Меня просто использовали против тебя, – сокрушенно всхлипнул Венделл. – Можем ли мы по-прежнему оставаться друзьями?

– Конечно, Вен. Мне же нужна будет компания тут, в девятнадцатом веке, правда? – И мы обнялись.

– Что ж, я рад, что вфе довольны. Фчафтливого пути вфем и каждому. Я отбываю в грядущее! – и Твид шагнул к порталу.

– Эй, толстяк, никуда ты не пойдешь, разве что в преисподнюю!

Мы все обернулись и увидели Нянюшку. Она стояла в проходе, целясь в Твида воронкообразным дулом пистолета Мальчика-С-Пальчик.

– Это за Чарли, – сказала она. – И во славу Организации Воинствующих Лилипутов!

– Берегись! – заорал Калеб.

Блям!

Нянюшкин пистолет выстрелил.

Инстинкт Калеба «служить и защищать» – даже если защищать нужно было совершенно никудышного гражданина – сработал. Спенсер прыгнул к Твиду.

– Калеб, нет! – закричала Лиза.

Пуля миновала обоих, но Калеб и Твид повалились в пульсирующий провал и исчезли.

Лиза вскрикнула и закрыла лицо руками.

– Черт, – выругалась Нянюшка. – У нас, коротышек, одни обломы, не одно, так другое.

Она заковыляла назад по проходу, бормоча, что, мол, эти дылды вечно изгадят всю малину.

– Он пропал! Пропал! – кричала Лиза, молотя кулачками по отцовской груди. – Верни его! Верни сейчас же!

Кампион попытался успокоить дочь.

– Не могу, дорогая, прости.

Очевидно, он был не силен в утешениях.

– Тогда я тоже ухожу! – заявила Лиза.

– Ты знаешь, что это значит, дитя мое?