Ёдок. Рассказы - Виктор Мельников

И так получилось, что именно с Олегом, в которого влюбилась по-настоящему с первого взгляда, всё и произошло. Он отвечал взаимностью. И это пугало Светлану, потому что она ждала «кризиса», со дня на день. Но ничего не могла с собой поделать: женщина чахнет без любви, как цветок без воды и солнца, а мужчина без секса становится агрессивным… время идёт, но ничего, однако, не меняется. И она решилась, привязав тем самым его к себе.

Всё началось неожиданно в субботу, утром. Олег пригласил Свету к себе домой – они были в клубе. Ночь прошла так, как хотелось обоим. Но в тот момент, когда Света проснулась от некоего удушья и посмотрела на Олега в утренних лучах солнца, она увидела не своего мужчину и будущего мужа – она заметила самца! И это испугало её. Не сейчас и не с ним!

Покинув тихо квартиру Олега, девушка взяла такси. У неё были деньги, но она с удовольствием отдалась таксисту – это был узбек с маленьким членом, который быстро кончил, и Света испытала мимолётный оргазм, усилив тем самым своё желание.

Он привёз её в гостиницу бесплатно.

Девушка заплатила за одноместный номер и попросила портье доставить ей в номер иголку и нитки.

Когда портье вошёл в номер, он обнаружил в кровати красивую обнажённую блондинку. Привыкший выполнять все капризы клиентов, этот молодой человек с лицом Дауна, что не ускользнуло от зоркого взгляда Светланы, и с толстым длинным членом удовлетворил желание клиента, который, как его научили, всегда прав.

Портье ушёл. Света уже осознала до конца всю свою проблему, но осознала по-своему, она ещё не пришла в себя. Перед зеркалом раздвинула ноги – влагалище покраснело. Оно не болело и не пекло, как бывало раньше, – влагалище онемело! И это вызвало у неё не ужас, а впечатление какой-то нереальности происходящего: непрерывный оргазм за оргазмом, оргазм за оргазмом, за которым по идее должна появиться боль, а не онемение.

Рука уверенно взяла иглу и вонзила в половые губы. Да, боль отсутствовала, рассказывала она. И это придало девушке уверенности. Иголка с ниткой входила в плоть, стежок за стежком. Девушка, казалось, сошла с ума, но она знала, какими словами себя сможет оправдать…

– До свадьбы заживёт, – сказала она в моём кабинете. В больницу девушку привезли её родители. Ей недавно исполнилось двадцать четыре года.

– За эту шалость, – сказал я, – в добрые, старые времена с шалуном такую расправу учинили б – выгнали из дома, понимаете?

– Но, доктор, в моей голове столько разных мыслей, идей, опасений и желаний, что любой мужик, наверное, давно уже спился, а я лишь взялась за иголку с ниткой. Я вот сейчас с вами сижу, а мысли мои где-то далеко летают… Реальность такова, как о ней говорить, доктор?.. У меня создаётся впечатление, раз уж я здесь оказалась, что вы ничего хорошего не скажите.

Беседуя со мной, она не предполагала, что объявленная война самой себе не может закончиться миром. Уверенность в том, что она сражается за своё освобождение, наполняла её пылким энтузиазмом. И то, что она сейчас находится не в женском монастыре, куда однажды хотела уйти, как рассказывал её отец, а в психушке, не объясняло ей ничего.

– У человека, испытывающего восторг перед жизнью, возникают прекрасные видения, а не страшные картины. Отчасти это хорошо, если человек здоров. Но вы больны, а это плохо, – сказал я ей. – Я постоянно слышу пациентов – они так много говорят, что создают шум. И я их не слышу, ибо не понимаю. Вы сами отдаёте отчёт за свои действия и поступки, Светлана?

– Но, доктор, женщину вообще сложно понять, – пациентка усмехнулась, я ей нравился, однозначно, мужчина в возрасте, вежливый такой и внимательный. – Вот посмотрите на меня… я не принцесса – корона всё время спадает. Я не ангел – крылья в стирке, а нимб на подзарядке, – она замолчала, пристально всматриваясь в моё лицо. Она соблазняла меня. Я ждал продолжения монолога, и она сказала то самое, что говорят все больные, попавшие сюда: – Я не сумасшедшая – всё ещё сойти пытаюсь…

Он замолчал. Я спросил:

– Она ещё в больнице?

– Думаю, что да. Родители пациентки переехали в другой город, и дочь перевели в другое заведение.

Разошлись мы молча, неожиданно, как и встретились. Каждый допил свой коньяк. Рудольф отошёл от барной стойки первым.

Я огляделся вокруг. Хотелось выпить ещё. Но знакомых никого не было. Я подумал, какая польза от денег? Никакой! Потому что они имеют свойство заканчиваться в тот самый момент, когда срочно надо.

На улице было прохладно. Осень. Ветер бил в лицо. Моросил дождь. Я раскрыл зонтик, пошёл домой.

Перед тем, как лечь спать, написал на своей страничке в интернете: «Я не люблю врачей. Врачи в России – ветеринары».

Конечно, я был не прав, я был по-своему болен.

2014 год