Жил-был стул и другие истории о любви и людях - Е. Е.

…Я знаю… ну… может, догадываюсь, как больно тебе будет сегодня… завтра… НО Я НИЧЕГО НЕ МОГЛА ПОДЕЛАТЬ!!!.. Ты – мой родной… мой любимый…

Ну вот и всё, мой дорогой… Наберись сил… смелости и терпения… прости меня… я люблю тебя… Я очень-очень люблю тебя… Ты – мой воздух…

Мы слышим голос Антона: «Ну, вот и всё».

Он откладывает ручку. Закрывает последний, третий блокнот. Обводит взглядом стол – пепельницу, полную окурков, чашку недопитого кофе. Тут же бокал из-под коньяка, нарезанный лимон. Блокноты… Его взгляд скользит по кафе. По окнам, задерживается на улице.

Антон: – Ну вот и всё… И что теперь…

Мы видим его лицо, уставшее, с красными глазами. Ещё что-то подсказывает нам, что он прилично выпил. Может, что в движениях? ОН листает блокноты, не задерживаясь ни на одной странице. А перед нами вспыхивают кадры ранее увиденных картин. Кладбище. Ольга с Петровым. Её отец. Анна, улыбающаяся Петрову. Их танец. Петров в аэропорту. Снова с Анной. Целует Ольгу… и ещё что-то… и ещё!!! Антон допивает коньяк. Встает. Выходит в туалет.

Облокотясь на раковину, он долго смотрит в собственное отражение. То его лицо. То фрагменты его романа. Какие-то фразы его друга из реальной жизни, какие-то слова Петрова… Его лицо искажается. Слезы. Стон. Он прикрывает лицо руками. Всхлипывания. Включает кран.

Антон (сквозь плач): – И что? И кому это?.. Ты просил… я сделал… Как мог… Прости меня, если не получилось…

– Друг мой дорогой… может, это не совсем твоя… ваша история… но я думал о вас… простите меня…

– Дорогая моя… здесь не будет посвящения тебе… но если бы тебя не было… ничего бы я не написал… правда… я всё ещё люблю тебя… правда… и буду любить ещё очень долго… как же ты далеко…

– Деда… я не знаю, что у меня получилось… и, может, я правда как-то не так тебе сказал… Но… на самом деле… я не мог не написать этого…

Антон опускает голову. Плещет в лицо водой. Что-то шепчет. Кажется, «простите»…

Полутемная комната. Только настольная лампа да экран компьютера. Антон что-то печатает. Нам плохо видно, но, похоже, это почта. Мэйлы. Хлопает входная дверь. Что-то там такое происходит в коридоре, и в комнату входит его дочка. На вид лет тринадцать. Такая… как все тинэйджеры. Бухается на диван.

Дочка: – Привет, папсик.

Антон: – Привет, любимый ребенок. Как позанималась?

Он продолжает печатать.

Дочка: – Да чёт устала… Слушай, пап… нам сказали, что сделали диски с наших занятий в Болгарии. Мы же купим?

Антон: – Ну, конечно. Купим два. Один дедушке передадим. Сколько нужно?

Дочка: – Денег?.. Полторы тысячи… Много?

Антон, оборачиваясь: – Ну, для диска, конечно, немало. Но там же ты… твои занятия… Как же мы не купим?

Дочка радостно подскакивает с дивана к нему, обнимает, висит на нем, заглядывая через плечо.

Дочка: – Спасибо, папуля. А когда дашь?

Антон: – Ну вот сейчас допечатаю и дам…

Какое-то время дочка висит на нем, поглядывая на компьютер.

Дочка: – А что ты печатаешь?

Антон: – Письма.

Дочка отходит, снова садится на диван. Из чистого любопытства спрашивает:

– Что за письма? Кому?

Антон: – Дяде Сергею в Москву… ещё там… знакомым… хочу им отправить свой роман… пусть почитают.

Дочка: – Здорово. А мне дашь почитать?

Антон: – Тебе… рановато. Всё-таки там про взрослых людей и написано взрослым человеком. Устраивает?

Дочка: – Раньше ты мне всё давал прочитать.

Антон: – Странно было бы… раньше я писал для тебя вообще-то.

Дочка: – А подружкам моим?

Антон: – Слушай, ну им столько же, сколько и тебе?!

Дочка: – Почему? А София? А Настя? Они в одиннадцатом классе уже.

Антон удивленно оборачивается.

Антон: – Подожди, а откуда они знают?

Дочка: – Мама мне в Болгарию писала. Что ты целыми днями пишешь роман, всё забросил… Я им рассказала.

Антон: – Зачем?

Дочка: – Пап… вообще-то в школе все знают, что ты у меня писатель.

Антон: – Ну, я думал, это знают в твоем классе. Я писал. Ты приносила. Вы что-то там даже читали…

Дочка: – Да нет, все знают в школе… А в пятом классе даже обязательно читают твои сказки… Про стул и про дорогу… Как там?

Антон: – «Дорога оттуда».

Дочка: – Да, точно. И Роза Михайловна очень расстроена, что ты только один раз выступил перед нашим классом, а перед другими отказываешься… И всё время спрашивает, что ты пишешь сейчас.

Антон: – И что ты говоришь? Я давно уже ничего не писал.

Дочка: – Ну, зато теперь я говорю, что ты пишешь роман…

Уже позже. Дочка в постели. Наушники. Айфон в руках. Что-то там пишет. Антон стучит в дверь. Заходит, присаживается на кровать. Кладет на тумбочку деньги.

Антон: – Совсем забыл, а ты мне не напомнила… Спокойной ночи, любимый ребенок. И заканчивай болтать, ладно?

Дочка: – Спасибо, папочка. Уже сейчас. Соне напишу.

Антон некоторое время сидит задумавшись.

Антон: – А скажи… неужели в самом деле девчонкам твоим нравились сказки? А?

Дочка снимает наушники.

Дочка: – Очень. Правда… Я помню, кто-то даже сказал, что сказка «про стул» похожа на Маленького Принца.

Антон: – Ну, вот ещё…

Дочка: – А про что твой роман?

Антон: – Про мужчину и женщину… очень любили друг друга… хотели быть вместе…

Дочка: – А почему не были?

Антон: – Ну… как-то не угадали… со временем и с местом… Знаешь выражение – «место и время»? Нужно быть в нужное время в нужном месте… А они не попали… А он ещё и рано родился.

Дочка: – Это как?

Антон: – Долго объяснять. Спи.

Дочка: – Подожди. Ну мне же интересно… А чем всё кончилось?

Антон: – Ну… кончилось на том… что они где-то живут… далеко друг от друга… пишут друг другу смс… но всё реже и реже…

Дочка: – Снова грустно… Как все твои сказки.

Антон: – Ну, извини.

Дочка: – Кому ты отправил?

Антон: – Я же говорю – друзьям.

Дочка: – А маме? Маме дашь почитать?

Антон: – Маме некогда Гавальду прочитать… А ты говоришь…

Дочка: – А твой прочтет. Я слышала, как она Ире с Володей говорила… они приезжали… что ты пишешь роман. И что она очень волнуется за него и переживает.

Антон удивлен.

– М-м-м-м…