Клуб худеющих стерв - Акулина Парфенова

– Желаем, – ответил новый генеральный.

Настя толкнула ему бумаги через стол. Генеральный не стал их читать, а попросил секретаря пригласить в кабинет юриста. Сам же с видом полового и умственного превосходства сквозь стекла очков в золотой оправе иронически смотрел на Настю.

– Предположим, что с вашими бумагами все в порядке, что вы хотели нам сообщить?

– Ну, во-первых, – Настя встала и принялась расхаживать по комнате, загибая пальцы, – перекрасьте кабинет в розовый цвет. Этот мерзкий бежевый наводит на меня тоску. Во-вторых, чтобы этой кривоногой секретарши к ноябрю здесь не было. Наймем мальчика по кастингу. В-третьих, в компании слишком много директоров, надо будет почиркать штатное расписание.

– И на каком же основании вы намерены требовать от нас все это?

– Это основание держит в руках ваш юрист. Его мы тоже уволим, галстук совершенно безобразный. Через ч етыре месяца я стану безраздельной собственницей 51 процента акций. В тот же день мы проведем собрание акционеров, на котором я большинством голосов, – Настя, как бы голосуя, подняла обе руки, – буду избрана новым директором этого предприятия. Или вы против?

– А вы в курсе, что, если в течение трех месяцев в должности директора вы совершите действия, которые приведут к потере компанией 25 процентов оборотных средств, вы будете лишены права быть директором?

Генеральный гневно посмотрел на сказавшего это юриста, он не хотел, чтобы Настя об этом узнала.

– Три месяца? Я не смогу так долго работать, милый, у меня трое маленьких детей. Я в первый же месяц приму решение о слиянии нашей фирмы с какой-нибудь другой, например с «Аресом» или «Титаном». Какие красивые, мужественные названия! Они не станут возражать. Наши клиенты придутся им по вкусу. Директор имеет право принять такое решение, не так ли? – Настя посмотрела в сторону юриста.

Ответить ему было нечего, потому что директор действительно имел такое право.

– Чего ты хочешь?

– Пансионат.

– Его рыночная стоимость выше суммы, которую мы готовы предложить, – вмешался финансовый директор.

– Зато балансовая – смехотворная. И не просто, мальчики, пансионат, а реконструированный пансионат, причем реконструкция к ноябрю должна быть уже завершена и не отражена в официальной документации, то есть балансовая стоимость должна остаться прежней. Какая именно нужна реконструкция, я сообщу на следующей неделе. Если не будет пансионата – будет слияние, а затем поглощение. – Настя торжественно вышла из кабинета.

– Придется ее заказать, – сжал кулаки директор по кадрам.

– Перестань, – ответил финансовый, – отдать этот сарай гораздо проще, чем собрать и обналичить двести тысяч. Вот только что за реконструкцию она хочет, надеюсь, не золотые унитазы. А заказывать бесполезно, не она, так дед придет – там еще дед и две бывшие жены, не мочить же всех.

– В таких случаях эффективен пожар, – гнул свое директор по кадрам.

– Посмотрим, посмотрим… – примирительно проворчал генеральный.

* * *

Люся толстела, снова становилась злобной и совсем не нравилась сама себе. От стройного и красивого Люсиного мира, в котором раньше были два полюса – Люс я и весь остальной враждебный мир, ничего не осталось. Вторым полюсом в ее новом изменившемся мире стал случайно увиденный ею пенис. А все остальное аморфно колыхалось вокруг. Такое положение было для Люси неестественным. Люсе хотелось совершенства: она и пенис на одном полюсе – на другом весь остальной мир, при этом она была готова сменить враждебное отношение к миру на индифферентное. Ей стало казаться, что она скучает по Карме, а не только по массажу. Но все-таки, кроме красивого пениса, в его облике не было ничего мужественного. Но ведь именно вульгарные признаки мужественности – табак, перегар и щетина – всегда внушали Люсе наибольшее отвращение. Для нее изящный, нежный, экзотичный и не знающий, что такое мужской шовинизм, Карма был не просто приемлемым – единственно возможным вариантом. Это был не просто случай – это был подарок судьбы. С ним было не о чем поговорить, но разве Люся когда-нибудь нуждалась в собеседнике? А слушателем он был хорошим.

Люся приняла решение. Она набрала Юлин номер. Юли не было дома. Ответил Карма.

– Возвращайся, – сказала Люся. – Я буду твоей женщиной.