Выбор всей жизни - Юрий Корчевский

Все чувства и переживания Николай Васильевич пытался держать в себе – он мужчина. Но Оксана как-то интуитивно почувствовала состояние мужа.

– Коленька, на работе что-нибудь нехорошее стряслось?

– Нет, нормально всё.

– Какой-то ты в последнее время… – Оксана подбирала нужное слово… – угнетённый, что ли?

– Устал, – пожал плечами Николай.

– Надо летом на море съездить всем: отдохнуть, позагорать, фруктов поесть. У Лёшеньки тоже год напряжённый выдался.

– До лета ещё дожить надо, – буркнул Николай.

После недельных раздумий Николай решил позвонить частному сыщику – видел он такие объявления в газетах. Вроде – «Ищу пропавшую собаку», или «Ищу угнанный автомобиль». Позвонил, попросил о встрече. Договорившись, после работы приехал на встречу.

Небольшая комнатка, стол и два стула – обстановка более чем скромная. И сыщик сам – вылитый мент, только бывший, скорее всего – на пенсии. Они рано уходят, по выслуге лет. Лет в сорок – сорок пять, в самом расцвете мужских сил.

Жёсткое лицо, ёжик с проседью, голос прокуренный, хриплый.

– Присаживайтесь, слушаю вас.

Стыдновато было Николаю Васильевичу начинать, но тем не менее надо. Он вздохнул:

– Я бы хотел, чтобы вы последили за моей женой.

– Не совсем мой профиль. Я не «топтун» – бывший опер.

Николай растерялся. Он и так переступил через себя, придя в эту контору. И стыдно, и неудобно, а теперь вот ещё и оказывается – зря.

– Простите. – Он поднялся, собираясь уходить.

Сыщик взглянул снизу вверх на его расстроенное лицо:

– Что же вы уходите?

– Вы же сами сказали – не ваш профиль.

– Я хочу помочь. Может, и не сам – друзья в других службах есть.

– Я подозреваю жену в неверности, – с ходу бухнул Николай.

– Серьёзно. Есть основания?

– Есть, иначе бы не пришёл.

– Что вы хотите увидеть в результате? Фото, аудиозапись? Прослушку телефона?

– Всё! Мне надо твёрдо знать – да или нет?

– По закону прослушивать телефоны запрещено.

– А изменять разрешено?

– В Уголовном кодексе об этом ничего нет.

– Так вы мне отказываете?

– У вас есть при себе её фотография?

– Нет, я не знал, что она нужна.

– Привезите фото, желательно – лицо крупным планом. И ещё ваш адрес, номер стационарного телефона и мобильного – вашего, и вашей супруги.

– Мой-то зачем?

– Для связи. И аванс – пять тысяч. Сами понимаете: машина, бензин, аппаратура – всё денег стоит.

Николай Васильевич отсчитал деньги, продиктовал адрес и телефоны.

– Надеюсь, всё будет конфиденциально?

– Само собой.

– До свиданья. Завтра я заеду, завезу фото.

– До свиданья.

Николай сел в машину. Его терзали сомнения – правильно ли он сделал, обратившись к сыщику? То, что сын не его, уже доказанный факт. Так стоило ли вмешивать в семейные неурядицы чужого человека, ворошить грязное бельё? Нет, всё-таки он должен идти до конца. Пусть неприятно, постыдно – но надо выяснить. Когда-нибудь этот гнойник должен лопнуть, и лучше, если это произойдёт раньше. Хотя какое «раньше», если он двадцать лет в дураках ходил? Вот простофиля! Сейчас он чувствовал себя обманутым, ничтожным, оскорблённым в лучших чувствах – даже зло появилось в душе на супругу. И он хорош – верил ей безоглядно.

Дома Николай делал вид, что всё хорошо – даже, пересилив себя, улыбался. Когда супруга уселась смотреть бесконечные сериалы, перелистал фотоальбом и выбрал фото посвежее, где Оксана снята крупным планом анфас.

На следующий день после работы он отвёз фото сыщику.

– Хорошо, – сыщик повертел фото в руках. – Если будут какие-то новости по вашему делу, я вам позвоню.

– Уже и дело есть?

– Не цепляйтесь к словам, Николай Васильевич. Всего доброго.

И действительно, чего язвить? Сам же пришёл, помощи попросил.

Прошёл день, два, неделя. От сыщика не было никаких известий. Николай извёлся в ожидании. Известное дело, ждать и догонять хуже всего.

На восьмой день, когда он, закончив работу, уже переодевался, зазвонил мобильник. Номер был незнакомым.

– Да, слушаю.

– Николай Васильевич? – Николай сразу узнал голос сыщика.

– Есть новости?

– Ещё какие! Когда сможете приехать?

– Через четверть часа буду.

– Вот и ладненько.

Николай пересчитал наличность в бумажнике – должно хватить.

Домчался он быстро: час пик ещё не начался, и пробок не было.

– Здравствуйте, Пётр Иванович! – поздоровался он, входя в кабинет сыщика.

– Здравствуйте, садитесь. Есть новости, иначе не просил бы приехать.

Сыщик выдвинул ящик стола, извлёк оттуда небольшой плотный пакет и протянул Николаю:

– Ознакомьтесь.

Николай Васильевич взял пакет и высыпал на стол его содержимое. Это были фотоснимки – много. Он стал их перебирать. Снимали явно издалека, хорошей оптикой. Вот Оксана выходит из подъезда, вот садится в такси. На фото в левом углу дата и время – вчера, в девять двадцать две.

Вот жена входит в подъезд незнакомого дома. Следующий снимок – изображение как в тумане.

– Этот снимок делали через тюлевую занавеску, из подъезда дома напротив – на фотографии угадывались две фигуры.

– Кто тут изображён?

– Дальше смотрите.

Видимо, в темноте зажгли свет, поскольку снимок чёткий. Обнажённая жена, спина мужчины – лица его не видно.

А вот другой кадр: оба на кухне, что-то пьют из бокалов. И всё бы ничего – но оба голые. Хороши дела! Адюльтер!

Николаю стало нехорошо. Он почувствовал, как к лицу прилила кровь, ощутил духоту, ослабил узел галстука.

Сыщик заметил:

– Вам валерьянки накапать или коньяку?

– Коньяку.

Сыщик разлил по стаканам золотистую жидкость. Щедро плеснул, до половины.

Мужчины выпили.

– Это единственный эпизод? – охрипшим голосом спросил Николай.

– За неделю слежки – да.

Николай стал перебирать снимки.