Плащ душегуба - Крис Эллиотт

– Черт побери ваши выдумки, Рузвельт, – пробормотал он.

Поток голубого лунного света вливался сквозь стеклянную крышу, освещая некий высокий объект, стоящий посреди оранжереи. Подойдя ближе, Калеб разглядел фигуру в длинном одеянии с капюшоном, застывшую с низко опущенной головой, словно изваяние.

– Кампион?

Ответа не последовало.

– Кампион?!

– Пистолет не понадобится, начальник. По крайней мере пока, – тихо произнесла фигура на редкость унылым голосом.

– Ну, это уж мне судить.

Человек в плаще поднял голову и длинными костлявыми пальцами откинул капюшон. Это был худой мужчина с глубоко посаженными глазами, высокими угловатыми скулами и грязной седой шевелюрой. Он выглядел измученным, а в его печальных карих глазах едва теплилась жизнь. Вокруг рта пролегли глубокие складки, явно вызванные многолетними страданиями – и физическими, и душевными. И все же что-то потаенно-доброе крылось в его внешности – в уголках губ, вокруг глаз и за громадными ушами.

– Что вы думаете о времени, начальник Спенсер? – спросил он.

– Полагаю, у меня его немного. Так что лучше говорите быстрее.

– Время и вера – близнецы-братья. Они неуловимы, неосязаемы, однако могучи и способны исказить действительность.

– Я не за проповедью пришел, профессор.

– Мне нужно, чтобы вы поверили в то, что я собираюсь рассказать вам, Калеб, поскольку поверить будет весьма нелегко. Но понять это жизненно необходимо, чтобы спасти Элизабет.

– Я жду.

Расхаживая взад-вперед, Кампион принялся рассказывать, стараясь не наступить на змей, игуан и прочую живность, ползавшую по кафельному полу.

– Несколько лет назад – или несколько лет вперед, это как посмотреть, – я отправился в путешествие во времени: из двадцатого века в девятнадцатый.

Калеб вытаращил глаза.

– Моей целью была – или должна была стать – разработка метода воссоздания клеток человеческого организма в надежде вылечить многие из тех болезней, которые продолжают косить человечество и в будущем. Для этого мне требовалась помощь – точнее, финансовая поддержка. Потому я и обратился к Тайному обществу Ряженых, членом которого имею честь состоять. Я входил в Математическую Бригаду. Эта организация уже финансировала мои проекты в прошлом – я имею в виду в двадцатом веке. Однако они отказались содействовать мне в том, что я намеревался сделать – воссоздать, или клонировать (так это называется, точнее, будет называться) реальный человеческий организм, сотворить дубликат, точную копию оригинала.

Калеб вздохнул. «Чего еще можно было ожидать от сбежавшего психа?» – подумал он, но затем припомнил странное поведение Рузвельта.

– Видите ли, в мое время клонирование человека запрещено, – продолжал Кампион. – А Математики – весьма консервативная часть Ряженых, они настороженно относятся к этически неоднозначным вопросам. Я понимал, что единственный способ изыскать средства для столь сомнительных исследований – это найти какое-нибудь сообщество, обладающее немалым состоянием и менее трепетным отношением к простонародью. И я подумал: а что если представить клонирование как новомодное изобретение в те времена, когда крупные промышленники и капиталисты вкладывали состояния в любые новации, которые мог предложить мир будущего? С такой поддержкой моя затея имела шансы на успех.

– Продолжайте.

– Поэтому в планетарии, где я работал, я построил себе машину времени – что, кстати, оказалось не так уж сложно – и отправился назад, в девятнадцатый век, где мои исследования по клонированию были поддержаны богатыми и влиятельными патриархами Нью-Йорка, известными также как Щегольская Бригада Тайного общества Ряженых.

Калеб извлек свой эдисоновский диктофон и несколько раз крутанул ручку завода.

– Никто этому не поверит! Вы, стало быть, путешествующий во времени доктор Франкенштейн? И вы будете мне говорить, что создали человеческое существо из ничего? И как же именно это делается, а, профессор?

– Переносом ядра соматической клетки. На самом деле все просто. Ядра клеток… Видите ли, человеческое тело, как будет открыто, состоит из миллионов крошечных простых организмов, называемых клетками, и у каждой такой клетки есть ядро. Берете у донора обыкновенный волос, извлекаете из него клетки и их содержимое внедряете в яйцеклетку…

По озадаченному виду Калеба профессор заключил, что тот по-прежнему не догоняет.

– Понимаете, человеческая жизнь возникает, когда сперматозоид мужчины соединяется с яйцеклеткой женщины… гм… внутри женского тела. И там, и там содержится половинка ДНК… ax ты, господи, про это вы тоже не знаете. Так вот, обычно я брал чуток этой волшебной животворной субстанции у взрослого мужчины и помещал в женщину… ну, правда, не общепринятым способом. Я пользовался иглой и микроскопом.

– Вы просто свихнувшийся неудачник, Кампион!

– Ну и ладно. Зато вот что действительно важно: в результате реакции появился эмбрион… – Профессор нахмурился, его голос помрачнел. – Зародыш, в котором был ОН.

– Он?

– Крушитель.

– Профессор…

– Умоляю вас, поверьте мне!

Калеб внял пылкой мольбе и решил не перебивать.

– Года шли, я женился, у меня появилась дочурка. О, это были счастливые дни, добрые времена. Так продолжалось до тех пор, пока я не обнаружил, что Ряженые попросту пользуются мной и что я нечаянно клонировал живого человека из двадцатого века, человека, на которого они и собирались свалить злодеяния Крушителя. Видите ли, Босс Твид вступил в сговор с одной ужасной женщиной из будущего, так вот она-то и хочет подставить этого бедолагу.

– Она? И кто она такая?

– Смотрительница Музея естественной истории… по крайней мере в будущем. В двадцатом веке она была моей начальницей… Госпожа Флаттер.

– Но зачем?

– Понятия не имею.

– Знаете, все, что вам пока удалось, – это убедить меня, что вам стоит вернуться в вашу камеру в Бельвю.

– Увы, моя способность убеждать иссякла, как и желание жить. Единственное, что меня еще волнует в сём презренном мире, – это моя дочь.

Голос профессора звучал настолько искренне, что это тронуло Калеба и он решил постараться быть непредвзятым.

– Значит, если рассказанное вами – правда, то именно госпожа Флаттер устроила так, что человек из будущего вошел в историю под именем Джека Крушителя?

Глаза профессора засияли.

– Да, так оно и есть, – сказал Кампион. – Наверное, она действовала из каких-то эгоистических соображений.

– А настоящие убийства совершал этот клон, то есть перенесшийся во времени двойник?

– Точно, господин начальник.

– А зачем это Боссу Твиду и Ряженым? Кампион вытянул руку, на нее села птица.