Дерево растет в Бруклине - Бетти Смит

– Перестаньте! Перестаньте! – кричала Кэти.

Она трясла Нили до тех пор, пока рыдания не затихли.

– Сбегай за отцом. Разыщи его, где бы он ни был.

Нили отыскал отца в баре Макгэррити. Джонни как раз настроился на долгую неспешную выпивку. Услышав рассказ Нили, он опрокинул залпом стакан и выбежал вместе с ним. Пройти в дом они не смогли. У дверей стояла «скорая помощь», а четверо полицейских прокладывали доктору путь сквозь толпу.

Джонни и Нили вышли через соседний подъезд во двор, помогли друг другу перелезть через забор и вскарабкались по пожарной лестнице. Когда Кэти заметила котелок Джонни за окном, она вскрикнула и побежала за пистолетом. К счастью для Джонни, у нее вылетело из головы, куда она дела пистолет.

Джонни подбежал к Фрэнси и подхватил ее на руки, словно она была маленьким ребенком. Он укачивал и убаюкивал ее. Фрэнси упорно требовала, чтобы ей отрезали ногу.

– Что он ей сделал? – спрашивал Джонни.

– Ничего, зато я с ним разделалась, – мрачно ответила Кэти.

– Ты выстрелила в него из пистолета?

– Из чего же еще?

– Ты попала?

– Как смогла. Но она все твердит про ногу. Он своим… – Кэти взглянула на Нили. – В общем, этим самым коснулся ее ноги, вот здесь.

Кэти указала место. Джонни посмотрел туда, но ничего не увидел.

– Очень плохо, что такое случилось именно с ней, – добавила Кэти. – Она такая впечатлительная. Вдруг теперь не выйдет замуж, под впечатлением.

– Мы приведем в порядок твою ногу, – пообещал папа.

Он положил Фрэнси обратно на кушетку, взял банку с карболкой и протер ногу Фрэнси. Обжигающая боль от кислоты принесла Фрэнси облегчение. Она почувствовала себя очищенной после мерзкого прикосновения.

В дверь постучали. Ноланы затаились и не ответили. Не хотелось в эту минуту пускать в дом посторонних. Голос с сильным ирландским акцентом произнес:

– Откройте. Именем закона.

Кэти отворила дверь. Вошел полицейский в сопровождении фельдшера «скорой помощи» с сумкой. Полицейский указал на Фрэнси:

– Этого ребенка пытались изнасиловать?

– Да.

– Доктор должен осмотреть ее.

– Я не позволю, – возразила Кэти.

– Таков закон, – спокойно ответил полицейский.

Кэти с фельдшером увели Фрэнси в спальню, и перепуганному ребенку пришлось подвергнуться унизительному осмотру. Фельдшер проделал все быстро и деликатно. Закончив, он выпрямился и стал укладывать инструменты в сумку.

– Все в порядке, он ничего не успел, – сказал фельдшер и указал на распухшее запястье Фрэнси. – Как это произошло?

– Мне пришлось ударить ее пистолетом, чтобы она выпустила перила, – пояснила Кэти.

Фельдшер заметил синяк на колене Фрэнси.

– А это что такое?

– Я тащила ее по коридору на коленях.

Фельдшер обратил внимание на пылающее пятно на ноге Фрэнси.

– А это что, бога ради?

– Это отец протер ей кожу карболкой в том месте, где мерзавец коснулся ее.

– Боже правый! – взорвался фельдшер. – Вы пытались вызвать у нее ожог третьей степени?

Он снова открыл сумку, наложил охлаждающую мазь и забинтовал ногу.

– Боже правый! – снова повторил он. – Вы причинили своему ребенку больше вреда, чем преступник!

Фельдшер поправил платье Фрэнси, погладил ее по щеке и сказал:

– Все будет хорошо, девочка. Я сделаю так, чтобы ты заснула. А когда проснешься, скажи себе – мне приснился дурной сон. Дурной сон, и больше ничего. Поняла?

– Да, сэр, – сказала Фрэнси с благодарностью. И снова увидела острую иглу. Ей вспомнилось что-то из прошлого. Она заволновалась. Чистая ли у нее рука? Может, он сейчас скажет…

– Ты смелая, – сказал он, вводя иглу.

«Значит, он ничего не имеет против меня», – сквозь туман подумалось Фрэнси.

После укола она заснула мгновенно.

Кэти с фельдшером прошли на кухню. Джонни и полицейский сидели за столом. Полицейский сжимал в ручище огрызок карандаша и делал пометки в записной книжечке.

– Девочка в порядке? – спросил он.

– В полном, – кивнул фельдшер. – Если не считать шока и следов родительской заботы.

Фельдшер подмигнул полицейскому и обратился к Кэти:

– Помните, когда проснется – нужно говорить, что ей приснился дурной сон. Больше ничего не обсуждайте.

– Сколько я должен вам, док? – спросил Джонни.

– Нисколько, приятель. Я из муниципальной службы.

– Спасибо, – прошептал Джонни.

Фельдшер заметил, что у Джонни трясутся руки. Он вынул из кармана пинтовую фляжку и протянул Джонни.

– Глотни!

Джонни недоуменно посмотрел на него.

– Давай, приятель.

Джонни с благодарностью сделал большой глоток.

Фельдшер передал фляжку Кэти:

– И вы тоже, мадам. Похоже, вам тоже не помешает.

Кэти тоже сделала большой глоток. Полицейский протянул руку:

– А я, что не в счет? Сирота, что ли?

Когда фельдшер получил свою фляжку обратно, в ней оставалось на донышке. Он вздохнул и допил. Полицейский тоже вздохнул и повернулся к Джонни:

– Итак, продолжим. Где вы храните оружие?

– Под подушкой.

– Принесите. Я должен сдать его в участок.

Кэти, совершенно позабыв, куда она бросила пистолет, метнулась в спальню и подняла подушку. Вернулась с пустыми руками, озабоченная.

– Его там нет!

Полицейский рассмеялся:

– Разумеется! Вы же его достали, чтобы выстрелить в подонка.

Кэти потребовалось немало времени, чтобы восстановить в памяти события. Она извлекла пистолет из корыта с бельем. Полицейский вытер оружие, вынул пули и спросил Джонни:

– А разрешение у тебя есть, приятель?

– Нет.

– Непорядок.

– Это не мой пистолет.

– А чей? Кто тебе его дал?

– Не знаю. Никто, – Джонни не хотел втягивать приятеля-охранника в неприятности.

– Откуда же он у тебя?

– Нашел. Да, нашел в сточной канаве.

– Смазанным и заряженным?

– Именно.

– Это все, что ты можешь сказать?

– Все.

– Ну ладно, меня это устраивает. Держись этой линии и дальше.

Водитель «скорой помощи» крикнул из коридора, что отвез раненого в больницу и готов забрать их.