Ленин и Керенский 2017. Всадники апокалипсиса - Александр Полюхов

«Товарищи, страна переживает исторический момент! «Левый поворот», о котором столько говорено, вот-вот станет реальностью. Но только в том случае, если мы – партия в целом и каждый партиец в отдельности – сможем повести народ за собой, – после приветственной овации начал Ленин. – А потому начать поворот надо с себя, с нас. И начать немедленно, не завтра, а прямо сейчас. Следует решительно искоренить буржуазные замашки и коррупционную заразу в наших рядах, избавиться от мздоимцев и жуликов разных мастей».

Делегаты затихли, как мыши в храме, заслышавшие грозный глас настоятеля. Напомнив о марксистских заповедях и перечислив смертные грехи, Ульянов, следуя христианской традиции, решил привести пример из жизни. Каждому понятный и от того вопиющий случай антипартийного поведения Завотделом идеологии и пропаганды. Сценическое искусство требовало присутствия не только Преступника, сидевшего в президиуме, но и Жертвы – Айтишницы. И она взошла по ступеням, потупив взор, и заклеймила греховодника, поведав о гнусном замысле соблазнения Вождя, о MINI Cooper, о своем корыстном искушении и бескорыстном раскаянии. Слеза сбежала по щеке, за ней вторая и третья, а язык (теперь уже без шарика пирсинга) сплетал паутину, из которой Завотделом не выбраться. Соседи по президиуму физически отодвинулись от злоумышленника, тем самым дистанцируясь политически. Потом показания давал Вальяжный, сухо, оперативно-грамотным языком. Про вербовку секс-шпионок, воровство партийных денег, создание тайных офшоров, покупку дорогих иномарок. Картина сложилась неприглядная, тишина стояла тотальная.

Желающих высказаться в поддержку Завотделом не нашлось, зато образовалась очередь из ораторов, спешивших осудить давно известные и вновь вскрытые пороки. Правдорубы, по чистому стечению обстоятельств, представляли главным образом ту массу большевиков, что ограничена в доступе к кормушке и желает отодвинуть от нее присосавшихся. Партийные бонзы замерли в ужасе: авторитет Олимпа поколеблен, известный небожитель низвергнут, другие под вопросом. Делать нечего – партийная дисциплина должна быть восстановлена, без потерь не обойтись. Дюбенин обменялся взглядами с Кораблевым, тот согласно приподнял брови. Оставалось похвалить Героя, пожалеть Жертву и поразить молнией Преступника. Драматургии устаревшая, почти древнегреческая, а в самый раз – публику проймет.

Сейчас надо вывести влиятельных делегатов из шока, дать им надежду на обновление и прощение. Конечно, потом к ним придет удивление: «Как такое возможно?». Сомнение: «Неужели замешан сам Завотделом?». Страх: «Вдруг и меня заклеймит?». Облегчение: «Про мои делишки не сказал!» Обреченность: «Ильич организует ЧК!». В данный момент важно локализовать процесс, кинуть кость Ленину и паче с ним, не допустить широкой дискуссии по проблеме и принятия принципиальных решений. А Завотделом? А что Завотделом? Был этот, будет другой. Сохранить контроль над партией – вот задача. Не допустить разгула страстей перед выборами, свести дело к банальному разоблачению отступника, причем разоблачению публичному, по инициативе большевистского руководства. Широко дать историю в СМИ, чтобы избиратели осознали, как истинные марксисты серьезно борются с нечистью. Сколь товарищ Дю честен и принципиален в данном вопросе: не стал заметать пыль под ковер даже перед самыми выборами.

– Таким не место в наших рядах! – встал во весь рост и крикнул во весь голос. – Кто за то, чтобы исключить провинившегося из партии?

Зал единодушно ответил вздыманием рук с мандатами. Ульянов с уважением смотрел на Дюбенина: «Недооценил я его! Стратег никудышный, с червоточинкой, но великолепный тактик! Ловко развернул ситуацию! Не безнадежен. Годный человеческий материал. В известных границах, само собой».

«Гостиный двор» вмещал больше кандидатов. Костюмы – дороже, питание – лучше, обстановка – строже. Как никак правящая партия проводила съезд, что случалось не каждый год – лидеры слишком перегружены государственными обязанностями. Кто лидер не совсем понятно: избранный народом Президент формально покинул ряды, а не избранный народом Премьер в них неформально влился. Отсутствие стройного порядка позволило использовать инновационные процедуры, забывая о старых, вводить нововведения, нивелирующие прежние нормы. Вот и теперь из кустов выпрыгивали имяреки, прежде не ассоциировавшиеся с «ЦР», чтобы пополнить избирательные списки. Генералы, бизнесмены, музыканты, спортсмены и прочая свежая кровь должна оживить правящую «элиту». Крупный бриллиант в партийной короне – господин Керенский, носитель демократических традиций из прошлого века, хранитель норм честности и благородства. Любимец публики, стоящий в центре (где таковой в российской политике?), а то левее или правее него. Телезвезда и король интернета. Мистер элегантность, мачо петербургский. Немало достоинств в костистом сухопаром теле, осененном ежиком и покрытым пиджаком а ля френч.

– Мы рады приветствовать в нашей дружине нового члена – Александра Федоровича! – объявил модератор заседания.

«Ну, член-то он старый! – прошептал соседу делегат, не переставая хлопать настолько энергично, что швейцарский хронометр ценой в 250,000 у.е. чудом не слетал с руки. – Небось, сточил пенис до мошонки: ведь ни одной юбки не пропускает». «Ходок! – одобрил сосед с нафабренными усами. – Говорят, уже дюжину баб оплодотворил». «Только постоянных любовниц у него две: Маршак и телка из Питера». «Ты, дружок, забыл про геев: датчанина и инструктора по фитнессу». «Видать, бисексуал», – не без зависти констатировал любитель часов. «Нынче это в тему! – согласился любитель усов. – У «голубков» мощная фракция в Думе, межпартийная!».

– Соотечественники и единомышленники! – трепетный голос Александра дополнял его лик политического страдальца. – Наконец в жизни настал день, когда мой корабль нашел свою гавань. Всегда мечтал быть вместе с большинством, чтобы совместно бороться за единство страны, за Цельную Русь. Горд и счастлив, что вы приняли меня как родного, оказали доверие, сразу выдвинув в «голову» избирательного списка. Поверьте, я не пожалею сил, чтобы воплотить идеалы партийной программы. Как начинающий думец – да-да, не смейтесь друзья – буду брать пример с ветеранов, создавших «ЦР» и возглавляющих ее и поныне. Весь свой опыт и знания обещаю посвятить возрождению экономики государства, повышению эффективности бюджетных расходов, росту благосостояния населения.

№ 1 благосклонно приложил ладошку к ладошке, пару раз – не более. «Молодец Чудов! Угадал: проходимца купить оказалось несложно. Как муха на дерьмо прилетел, как собака руки лижет, вернее, задницы. Надо полагать, угроза справа ликвидирована, а «ЦР» дешево заполучила ведущего игрока из либеральной среды. Сможет играть в правящей команде – хорошо. Не сможет – пусть протирает штаны в парламентском кресле. Сейчас главное – не раскачивать лодку». Лицо Чудова демонстрировало тотальное согласие с Президентом, курсом «ЦР» и Керенским. Опытный физиономист мог бы отметить чуть опустившиеся уголки рта, некоторую скованность плечевого пояса, жестковатую посадку нога на ногу. Но подобное, как говорят опера и следователи, к делу не подошьешь. А без документов остаются просто наветы и кляузы. Вот, захотела бы агентесса «Прима» накатать «шкурку» на шефа ГБ, а что в текст-то вставить? Мол, вынашивает планы тайные, интриги плетет, агентурой обкладывает будущего властелина комиссии по ЖКХ. Только голословно чего языком трепать, коли Маршак про операцию «Шулер» неведомо. От того и глядит девушка на трех мужчин и приценивается, как бы и к кому бы пристроиться поплотнее. Лидер в ее услугах не нуждается – фигуристкой обходится. Чудов – нуждается, но пользуется бабами секретно. Остается Шурик – его и надо держать при себе. Только опять питерская шлюха вернулась, опять охмурила Сашка.