Удар молнии. Дневник Карсона Филлипса - Крис Колфер

Теперь редакция «Хроник» состоит из меня, младшего редактора Мелери Бэггс, кинокритика Дуэйна Майклса, синоптика Вики Джордан и ученика по обмену из Сальвадора Эмилио Лопеса.

До них мы еще дойдем.

– Прошлый выпуск «Хроник» в очередной раз меня разочаровал, – сказал я в начале урока. – В каждой рубрике у нас был новый материал, но все написал я один. Опять. Пора что‑то с этим делать.

Я оглядел их с суровым неодобрением. Вики зевнула.

– У нас тут «Хроники школы Кловер», а не «Хроники Карсона Филлипса», – напомнил им я. – К счастью, на этой неделе все будет иначе. – Хлопком я обратил внимание класса на Дуэйна. – Дуэйн, ты написал рецензию на «Непреднамеренное убийство III»?

Дуэйн, возможно, самый бесполезный человек из всех, кого я знаю. Обычно он носит вязаную шапку, даже когда тепло, а писает, наверное, жидкой травкой.

– Да! – сказал он.

– Да? – Я попытался скрыть изумление.

– Или погоди… нет.

– Нет?..

– Я ходил на фильм, но уснул, – ответил Дуэйн. – Ты не говорил, что он будет в 3D.

– Он был не в 3D, – сказал я.

– Вот оно чё‑ё, – тихо пробормотал Дуэйн себе под нос.

Я не знал, как переварить такое. Честно, когда‑нибудь моя язва желудка вылезет из меня, как Чужой, и назову я ее Непрофессионализм.

– Вики, прогноз погоды готов? – спросил я.

Она осоловело посмотрела на меня – нет, поправочка: она вытащила один наушник и осоловело посмотрела на меня.

– Чего? – спросила Вики.

– Прогноз погоды, – повторил я.

Вики сонно выглянула в окно.

– Облачно, – буркнула она и воткнула наушник обратно.

– Хорошо, – сказал я. – Спасибо, Вики, – хоть какой‑никакой, но прогресс.

Вики Джордан была готом. Где‑то в восьмом классе она выкинула все, благодаря чему походила на живого человека, и превратилась в ходячий труп. Красила волосы, мазалась какой‑то черной помадой и лосьоном от солнца.

Я лично все эти бунтарства не воспринимаю. По‑моему, это просто театральщина на тему: «Настоящих проблем по жизни у меня нет, так что я просто переоденусь и буду резать себя, чтобы люди решили, что я очень сложная и многогранная личность». Нет уж, свои страдания засуньте себе куда‑нибудь подальше.

Хотите, чтобы вас «оставили в покое»? Не хотите, чтобы вас «понимали»? Тогда кончайте каждый день наряжаться как на Хэллоуин, нытики убогие. Возьмите себя в руки, выпейте антидепрессантов и завязывайте мозолить глаза окружающим.

Кажется, для меня это острая тема. Ну так вот…

– Эмилио, хочешь на этой неделе взять какой‑нибудь раздел? – спросил я. Увы, это все равно что со стеной разговаривать.

– Я любить Америка, – сказал он с сильным сальвадорским акцентом. Наверное, перед тем как отправить в Штаты, его научили только одной этой фразе. По крайней мере, у Эмилио есть веская причина игнорировать все мои слова.

Языковой барьер барьером, но за границей парень не растерялся. Хоть он и сальвадорец, но некоторыми французскими искусствами тоже обладает: я уже устал считать, со сколькими девчонками он их практиковал. В наши места он приехал исключительно затем, чтобы добраться своими ручонками до других мест. Ну да хватит метафор, думаю, вы меня поняли.

– Прекрасно, Эмилио, для тебя сделаем отдельный патриотический раздел, – сказал я, проглядывая свои заметки. – А что у нас с литературным творчеством? Есть у кого‑нибудь эссе или рассказы?..

– Я написала рассказ для «Хроник». – Мелери подняла руку.

– Ну, давайте послушаем, – согласился я.

– Автор: Мелери, – уточнила она и начала: – «Это было самое прекрасное время, это было самое злосчастное время – век мудрости…»

– Мелери, – перебил ее я.

– Что?

– Это не ты написала.

Она удивилась, как ребенок, которому рассказали, что на самом деле его принес не аист.

– Но это же мой почерк, – сказала она. – Ну, если не веришь… – Она не договорила и просто села обратно.

Если бы у Труляли и Траляли была сестра, пожалуй, это была бы Мелери. Она низкорослая, кругленькая и немного… странная. Не хочу сказать, что она совсем уж тупица, но все‑таки немного притормаживает. У нее проблемы с концентрацией, обменом веществ, плагиатом… Но кто на этом свете идеален?

Сколько я помню Мелери, она всегда таскает с собой старую видеокамеру. Записывает просто все. Раньше, когда она только пришла в класс журналистики, меня это интриговало: вдруг бы из нее вышел хороший репортер. Но теперь я знаю, что Мелери предпочитает писать рассказы, и скорее беспокоюсь. Что она делает со всем, что наснимала?

Наконец я дошел до той части урока, которая больше всего меня радует, – до себя любимого.

– Как вы уже, вероятно, догадались, на этой неделе я снова пишу статью о местных событиях, – сказал я. – Прошлая, «Секс‑скандал в маленьком городе», на нашей странице в «Фейсбуке» имела большой успех… Она была про учителя ОБЖ мистера Амбрустера, которого уволили за то, что он пытался показать ученикам женскую репродуктивную систему с помощью пластилиновых поделок.

Тишина, сверчки стрекочут. Статуям в Лувре и тем было бы интереснее. Прозвенел звонок, и все разом кинулись к двери, как собаки за едой.

– Не забудьте, сегодня после уроков собрание клуба писателей, если вы все же решите вступить! – крикнул я им вслед. – Или если у вас просветление какое‑нибудь наступит…

Я подошел к доске, стер слова «Хроники школы Кловер, редактор Карсон Филлипс» и написал «Клуб писателей, президент Карсон Филлипс». Почему‑то каждый раз очень приятно это делать. Хоть мне и приходится регулярно расхлебывать всякое дерьмо, по крайней мере, я могу гордиться тем, что эти клубы еще существуют.

За обедом я обычно меняю старые плакаты «Вступайте в клуб писателей» на новые, потому что их вандалы разрисовывают в первую очередь. До чего иронично, что эти неграмотные убожества корябают «ВЫ ОЦТОЙ» на плакатах, призывающих людей заняться писательством.

Система клубов в школе Кловер довольно жесткая. Больше в этом городе заняться просто нечем, и потому студентам приходится вступать в клубы, чтобы не свихнуться.

КЛУБЫ:

Клуб команды поддержки: также известен как «клуб будущих содержанок и яжематерей». Дикой стаей болельщицы перемещаются по кампусу и запугивают всех, кто им попадется. Предупреждение: они всё и всегда делают в команде, и менструаций это тоже касается.

Спортивный клуб: сборище качков. Они не просто играют в спортивные игры и измеряют органы друг друга, но также практикуют упражнения личностного развития типа «Нюхни мой палец».