#в_чёрном_теле - Мария Долонь

– Так, Нунэ? – Мариам неловко орудовала ножом. – Получается у меня? Следующее что?

– Да, деточка, молодец. Печёнку порезала? Теперь мелко сердечки. А я пока с кинзой и базиликом разберусь. – Нунэ оторвала от них по листику, понюхала. – Чувствуешь, какой запах?

Мариам нырнула лицом в фиолетовый пучок и заговорила оттуда:

– Как это блюдо называется, не могу запомнить? Какой-то вжик? Никогда не ела.

– По-армянски правильно тжвжик, жаркое с потрошками, папа твой любит. Скоро приедет, мы его и порадуем.

Без Леоноры в доме наступали тишина и умиротворение, будто вулкан под ним временно затухал. Не хлопали двери, от звонков не разрывался телефон, собаки беспокойно не лаяли, а дремали в креслах, скрутившись в мягкие баранки, в комнатах было неуловимо светлее и не пахло вечными гиацинтами. В такие дни Мариам не сидела у себя, как делала обычно при матери, а спускалась к Нунэ в кухню.

– Ты скоро? У нас ужин почти готов, стол накрываю. – Она прижала телефон щекой, доставая тарелки из буфета. – Нет, знаешь, я передумала! Всё будет по-другому, приезжай, сюрприз! – И вернула их на место.

– Что задумала? – Нунэ помешивала в глубокой сковороде.

– Никаких тарелок, никаких церемоний. Будем прямо из сковородки есть!

– Матери на тебя нет. – Нунэ качала головой и улыбалась. – Но хоть поешь по-человечески. А то совсем бледная стала, как цыплёнок на прилавке.

– А вот и папа!

После ужина «а-ля студент», как назвал его Вертман, они с Мариам зажгли широкий уличный камин и уселись в кресла напротив. Ночь не хотела темнеть. На голубовато-сером небе закатные сполохи солнца подсвечивали бордовым полосы облаков.

– Не холодно? – Отец подал ей плед.

– Теперь отлично, – она закуталась с ногами, – даже очень. Слышишь, как шумит?

Низко гудела тяга в каминной трубе, потрескивали дрова. Они никогда так не сидели – только вдвоём и так долго.

– Как у тебя вообще? Что на работе? – Мариам прервала молчание.

– Всё хорошо, Маша, всё так же.

– Я хотела к тебе в лабораторию попроситься, посмотреть, наконец, что ты там делаешь.

– Что-нибудь придумаем. Хороший вечер сегодня.

Мариам шмыгнула носом:

– Салфетки нет?

Он протянул ей платок:

– Насморк?

Мариам промокнула нос, увидела красные пятна на белоснежном платке, быстро сунула его в карман.

– Да, небольшой.

– Я даже не спросил, как ты год закончила.

– Нормально, одна четвёрка. – Она погладила собаку.

Из дома торопливо выбежала Нунэ со звонящим телефоном.

– Анатолий Ефимович, Леонора Александровна звонит.

Леонора ежевечерне отчитывалась и проверяла домашних. Вертман с досадой нажал кнопку видеосвязи – жалко было этого вечера.

– Добрый вечер, дорогая.

Экран мерцал полосами, налаживая сигнал, потом появилась улыбающаяся Леонора в открытом платье, резкий голос враз взбаламутил предсумеречный подмосковный покой.

– Мои дорогииие! Как я по вам скучаааю! – нетрезвым распевом протянула она. – Тут такооое происходит, не передать! Мы прямо на яхте, посмотрите! – Камера прыжками описала круг по марине. – Видите, ка-а-ак тут красиво? Роскошные корабли, парусники, я в восторге!

– Вижу, что поездка удалась! Мы тут с Мариам у камина.

– Какие перемены – семейная идиллия! – сквозь музыку прокричала Леонора.

– Кстати, бассейн так и не закончили. К твоему приезду, наверно, не успеют… – Вертман умолк, чтобы переждать взрыв веселья за спиной жены.

– Ой, нет, только не сейчас! – Она всплеснула руками. – Не надо портить мне последний вечер. Доченька, где ты? Покажись! – Мариам подсела ближе к отцу. – А я тебе вкусненького накупила – засахаренных фруктов и шоколада в бутике. Завтра привезу.

– Мам, я не ем сладкое. – Мариам с укором посмотрела на мать.

Леонора замерла на секунду, вспомнила, но быстро махнула в экран рукой:

– Ну, какие мелочи, Мари. Там немного! Можно и нарушить! Я, кстати, и платье тебе везу от Bertrand Guyon – лёгкий газ с цветами, взяла XS, влезешь? Завтра увидимся, мои любииимые! À bientôt!^[9]– и нажала отбой.

Мариам прутиком ворошила угли. От каждого в небо улетали красные огненные светлячки.

– Пап, а я похожа на маму?

* * *

– Вась, готов? Снимаешь? – Тощая журналистка возилась с проводом от микрофона.

Инга получила приглашение на маскарад несколько дней назад. Они не общались с Агаджаняном с тех самых пор, как он уволил её из «QQ». И вот теперь юбилей «Минервы». После убийства личной ассистентки Арега и всех этих загадочных историй, связанных с Vitaclinic, приглашение не могло прийти Инге случайно, просто как бывшему сотруднику, – она явно была для чего-то нужна Агаджаняну. Но для чего?

– …мы на великолепной вечеринке, посвящённой двадцатилетию холдинга «Минерва»! Шикарный маскарад проходит в особняке известного бизнесмена Арега Агаджаняна, и тема праздника – Вильям наш Шекспир и «Сон в летнюю ночь», дамы и господа! Поэтому мы будем плясать, слушать музыку, отрываться и отыскивать самые изысканные, самые дорогие и самые нелепые костюмы вечера специально для вас…

«Я уже внутри, не стала тебя ждать». Инга набирала эсэмэс, заранее зная: не ответит и не придёт.

– …программа очень насыщенная: тут и меню от шефа «Тургенева» Максима Фролова, и фейерверки, и конкурс на лучший костюм, мастер-классы, и даже страшный, но ужасно интересный квест на свежем воздухе, специально для которого организаторы этого грандиозного мероприятия возвели самый настоящий лабиринт из живой изгороди!..