Свои и чужие - Петр Хомяков

Генералу де Голлю молва приписывает следующие фразы: «Современная цивилизация возможна только как цивилизация единомышленников» и «XX век был веком конфликтов классовых, XXI будет веком конфликтов национальных». Автор не ручается за корректность изложения этих высказываний, ибо прочёл их в русском переводе в статьях, далёких от академичной корректности.

Однако эти фразы с поразительной точностью передают саму суть проблем наступившего века. Да, проблемы будут носить цивилизацион-ный характер. Но как раз для решения цивилизационных проблем особую важность приобретает психологическая комплиментарность. Своего рода «сыгранность» команды, которая будет эти проблемы решать.

А команда должна быть большая. И спаять её могут отнюдь не организационно-технические решения, не страх государственного террора, не оболванивание. Должно быть внутреннее архетипическое единство.

Поэтому вопрос, у кого и с кем это единство возможно в принципе, а с кем нет, отнюдь не праздный. И пока, к сожалению некоторых, самым простым, очевидным и распространённым вариантом массового (я подчёркиваю – именно массового) достижения подобного единства является этническая и расовая однородность соответствующей «большой команды».

В прогностике существует такое понятие – «тень будущего». Эта тень задолго до наступления соответствующих событий влияет на текущие дела. Иногда весьма существенно. Мы считаем всплески и теоретического, и реализованного на практике в XX веке интереса к расовым и национальным проблемам не архаикой, а, помимо всего прочего, проявлением «тени будущего». Того будущего, суть которого передана в начальных фразах данного раздела.

И уверяем наших оппонентов из определённого лагеря, что само будущее намного превзойдёт те проявления его тени, которые имели место в гнусном, лицемерном и в итоге, несмотря на кажущийся прогресс, безмозглом XX веке.

В этой ситуации интерес к проблемам формирования человека как вида носит отнюдь не праздный характер. И те вопросы, которые мы осветили в этой главе, могут иметь весьма большое пропагандистское значение.

Однако, прежде чем перейти к нашим собственным интерпретациям экологии антропогенеза в приледниковье, окинем «с высоты птичьего полёта» научное и идеологическое противостояние по этногенетическим и расовым вопросам.

В том научном и идеологическом противостоянии, которое разворачивается вокруг этих проблем, есть два крайних полюса. Одни т н. «общечеловеки» отрицают наличие весьма существенных, зачастую непреодолимых, заложенных на биологическом уровне различий между людьми определённых рас и национальностей в принципе.

При этом, в сущности, соответствующие деятели не утруждают себя глубокой аргументацией. Она сводится, как правило, к набору весьма нехитрых рассуждений.

Во-первых, есть ли возможность получения жизнеспособного потомства между представителями разных рас и народов? Есть. Значит, согласно классическому биологическому правилу, всё человечество принадлежит к одному виду.

Во-вторых, так ли непреодолимы несомненно имеющиеся различия в биологии и психологии (отрицать эти различия в принципе бессмысленно) представителей разных рас и народов? Нет, мы знаем примеры и спортивных команд и экипажей, и целых национальных общностей, которые состоят из представителей разных рас и, тем более, этносов.

Значит, вся проблема создания больших и сверхбольших «команд» чисто организационная.

Представители оппонентов данного подхода весьма разнообразны. Тем не менее, наиболее радикальный фланг этой стороны противостояния тоже довольно однороден и не менее прост. Здесь тоже имеются две группы аргументов.

Первое, что подчёркивается представителями этой стороны, – это научно зафиксированные существеннейшие различия между людьми разных рас и народов. Различия психофизиологические, биохимические морфологические и т. п. Характерно, что данные различия начали изучаться, документироваться и статистически обрабатываться на должном научном уровне уже в середине XIX века.

Последние достижения биологии только добавили материала в эту копилку фактов. Мы не будем здесь приводить даже в качестве иллюстрации примеры подобных исследований, ибо они сейчас опубликованы весьма широко. Заметим лишь, что на фоне этого потока, как самых современных данных, так и извлечённых из архивов ещё XIX века, просто незначительными частностями представляются немецкие публикации 1930-х годов на этот счёт.