А если это был Он? - Жеральд Мессадье

— Господин президент, — начал генерал торжественно, когда был принят в Овальном кабинете, — во имя интересов нации я требую отставки генерала Уоррена Арминиуса, главы объединенной группы начальников штабов.

Беспрецедентное и даже почти бредовое требование.

— И на каком же основании, генерал? — вопросил Уэсли, удивленный этим вторжением.

Хендрикс изумленно наблюдал сцену.

— Страна стала жертвой террориста, худшего, чем бен Ладен, а генерал Арминиус преспокойно объясняет собранию начальников штабов, что ответственный за всю эту кашу — не кто иной, как Мессия!

Уэсли велел позвать министра обороны, генерала Уильяма Уильямсона, чтобы тот присутствовал при беседе.

— Генерал Арминиус, — продолжил Мьюирбридж, — прикрывается мнениями ФБР, NSA, ЦРУ, SPINTCOM и уж не знаю чьими еще, чтобы утверждать, будто не было никакого террористического заговора. Ну а я, господин президент, я вам говорю, что мы подвергаемся смертельной опасности, что во всех этих организациях полно никчемных людишек, которые и нос посреди лица не заметят! Господин президент, я вас прошу не только выгнать генерала Арминиуса, но также объявить общенациональную тревогу!

Министр и военный советник оторопело слушали обличительную речь.

— Это не Мессия объявил войну Америке, господин президент! Это прихвостень бен Ладена! Мы же знаем, он — мусульманин! Как это можно не замечать? Я вынужден заключить, что генерал Арминиус — предатель, продавшийся исламистам!

Мьюирбридж исходил злобой.

— Он должен предстать перед трибуналом!

— Генерал, — заявил Уильямсон твердо, — я прошу вас взвешивать слова. Неужели вы считаете себя более сведущим, чем наши эксперты и специалисты? Вы, военный?

Мьюирбридж повернулся к нему, задыхаясь от бешенства.

— Факты гораздо убедительней, чем все ваши специалисты! — вскричал он, с особым сарказмом произнеся слово «специалисты».

— Вы явно нуждаетесь в отдыхе, генерал, — сказал Уильямсон. — С этого мгновения вы в отпуске.

— Как? Вы… вы меня отстраняете? — прорычал Мьюирбридж, окончательно впадая в раж.

Уэсли решил, что с него хватит.

— Нет, генерал, я вас официально отправляю в отставку.

Мьюирбридж закачался под невероятным напором клокотавших в нем чувств.

— Можете идти, я вас больше не задерживаю, — добавил Уэсли.

— Я сумею защитить от вас страну, президент Уэсли!

— Вон! — заорал Уэсли, вставая и указывая пальцем на дверь. — Не вынуждайте меня прибегать к более крутым мерам!

Мюирбридж яростно распахнул дверь и оставил ее открытой. Через несколько секунд, когда Хендрикс пошел ее закрывать, до него донеслись раскаты голоса вперемешку с ревом. Министр обороны тоже выглянул в коридор: Мьюирбридж только что столкнулся с Арминиусом и пылко осыпал его бранью.

— Охрана, — приказал Уэсли морским пехотинцам, несшим у дверей караул, показав на Мьюирбриджа пальцем, — проводите этого человека к выходу и проследите, чтобы он не вернулся!

Напуганный Баскин наблюдал за происходящим, стоя на лестничной площадке вместе со многими другими, сбежавшимися на шум.

— Он и впрямь спятил, — сказал Уильямсон устало, закрывая дверь. — Примете Арминиуса?

— Пусть войдет.

Присутствие Арминиуса вернуло в президентский кабинет желанное спокойствие. Чисто выбритое бледное лицо генерала скрашивала легкая улыбка. Седоватые волосы серебрились в свете дня.

— Сожалею об этом инциденте, господин президент, — сказал он.

— А уж я-то как, — ответил Уэсли, устало падая в свое кресло.

— Мьюирбридж — храбрый солдат. Но боюсь, что ситуация превзошла его военную компетентность.

— Нам бы специалиста по изгнанию бесов, — сказал Уэсли.

Арминиус улыбнулся.

— Господин президент, не думаю, что необходимо быть богословом, чтобы оценить положение. Об этом я и хотел бы поговорить, с вашего позволения.

Стало быть, не все потеряли голову. Президенту Уэсли полегчало.

— И каково же, по-вашему, это положение?

— Мы явно имеем дело с некоей сверхъестественной силой. Я полагаю, что она способна доставить нам гораздо более серьезные и унизительные неприятности, если мы продолжим враждебно к ней относиться. Мировое сообщество не строит никаких иллюзий касательно причин вчерашней аварии. И оно, по счастью, не знает, что этой ночью наша стратегическая оборона была парализована. В сущности, господин президент, я думаю, что этот человек хотел бы встретиться с нами. Ваше выступление наутро после Веб-ночи наверняка побудило его поднять ставки.

— И что вы предлагаете делать?

— Выслушать этого… человека, чтобы понять, чего он хочет.

Уэсли некоторое время обдумывал предложение. Все-таки неслыханное дело, чтобы глава начальников штабов предлагал президенту встретиться с каким-то сверхъестественным существом! Потом повернулся к министру обороны.

— Но мы уже знаем, чего он хочет, — заметил Уильямсон. — Чтобы мы отказались от нашего экономического и военного могущества. Это невозможно. И невыполнимо.

— Мне неизвестны его намерения, — ответил Арминиус. — Быть может, он хочет, чтобы мы отказались не от своего могущества, а от того, как мы его используем.

— Вы хотите сказать, что Мессия занимается геополитикой? — спросил Уэсли с иронией.

Арминиус, застигнутый врасплох, удивленно вскинул брови.

— Ведь это как раз то, что вы о нем думаете, генерал, не так ли?

— Как я уже сказал, я думаю, что это некая сверхъестественная сила, — согласился он. — И я содрогаюсь при мысли, что она поднимет ставки еще выше, появившись в небе Соединенных Штатов в виде светящегося облака. Тогда уж, господин президент, будет слишком поздно. Страна станет неуправляемой.

— Вы верующий, генерал? — спросил Уэсли.

— Да, сэр.

— А вы не думаете, что эта сила может оказаться дьяволом?

— Господин президент, если бы это был дьявол, он бы не вернул сегодня утром ядерные коды в полной исправности.

Довод оказался решающим. Президент промолчал. Провел рукой по лицу. Уильямсон, казалось, был погружен в глубокие размышления. Американское правительство и в первую очередь он сам не оценили подлинный масштаб события, произошедшего несколько месяцев назад в Пакистане. Они истолковали этот кризис как приступ религиозно-фундаменталистской лихорадки.

— Господи, вы хоть сознаете, генерал… — пробормотал он. — Выходит, президент Соединенных Штатов должен вступить в переговоры с самим Сыном Божьим!

— Самое время, сэр, — ответил Арминиус.