Утка, утка, Уолли - Гейб Роттер

Джем как-то уж слишком долго сидела в ванной. Я очень надеялся, что у нее нет поноса. Хотя даже если бы у нее вдруг приключилась мощнейшая диарея, мне бы это не претило. Все, что связано с Джем, для меня было прекрасно. Даже обширное расстройство желудка. Я приложил ухо к двери в ванную — не для того, чтобы прислушаться, есть ли у Джем диарея, а чтобы убедиться, что с ней все в порядке, — и услышал звук воды, льющейся из крана.

Я легонько постучал в дверь:

— Джем? Ты там как? Все нормально?

— Да, нормально. Я уже выхожу. — Ее голос звучал, словно с другой стороны водопада. Я едва разобрал слова сквозь шум бьющей из крана струи. Я обернулся. Лу и Кевин на мгновение оторвались от игры и вопросительно уставились на меня. Я пожал плечами.

— Ну, может, живот прихватило, — задумчиво проговорил Коротышка Лу, и Дылда Кевин понимающе хохотнул.

Я сел на диван и спросил:

— А почему его называют Душка Винни?

Лу с Кевином быстро переглянулись.

— Потому что добрейшей души человек, — сказал Лу. — Если, конечно, его не злить.

— Ага, понятно.

Я подумал: «Ну, да. Современные цивилизованные мафиози не обделены чувством юмора, ибо ничто человеческое им не чуждо. Они же культурные, даже где-то душевные люди… если, конечно, их не злить». В моем представлении всех мафиози должны были звать Джимми Кулак, или Тони Акула, или Бешеный Джо, как-то так. Но мои представления явно устарели. Скорсезе нервно курит в углу. Учись, Мартин. Учись.

— Жрать хочу, умираю, — сказал Лу.

— Ага, — кивнул Кевин. — Я бы тоже чего-нибудь перекусил. Джем вышла из ванной. У нее были красные припухшие глаза. Она плакала!

— Джем! — Я вскочил и бросился к ней. — Господи! Что с тобой?!

Она шмыгнула носом.

— Все нормально. Просто нервы…

— Джем, прости, что все так получилось. Это все из-за меня…

— Нет, Уолли. Ты ни в чем не виноват. — Она взяла меня за руку и посмотрела мне прямо в глаза. — Когда ты рядом, мне уже не так страшно. Хотя я действительно испугалась. И нам надо поговорить…

Она умолкла на середине фразы, и в номере воцарилась неловкая напряженная тишина.

— Я вас сейчас ненадолго оставлю. — Лу отправился в ванную, прихватив со стола колоду карт. — Если вдруг что, свистите. — Он плотно закрыл за собой дверь.

— А я, наверное, схожу куплю чего-нибудь пожрать. — Кевин надел пиджак и быстро вышел из номера.

— Иди ко мне. — Я притянул Джем к себе и обнял. Она уткнулась лицом мне в плечо. — Не бойся. Все будет хорошо. Эти ребята нас защитят.

— Я знаю. Просто… я хотела тебе сказать… но боялась…

— Мне ты можешь сказать что угодно, Джем.

Мне показалось, что она сейчас снова заплачет.

— Я как раз и хотела сказать. Я не… — Она сделала глубокий вдох и закрыла глаза, собираясь с мыслями. Я ждал продолжения. Но Джем молчала.

— Что, Джем?

— Я… я не Джем.

Я озадаченно нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное. Не Джем? Что, черт возьми, это значит? Видимо, вид у меня был и вправду растерянный, потому что она бросилась объяснять, не дожидаясь шквала вопросов:

— То есть я это я. Только я не Джем. Не настоящая Джем. Ну, в смысле… Джем — это не настоящее имя.

— Ага, понятно.

Непонятно другое: чего она так смущается? Подумаешь, ненастоящее имя! Может, ей просто не нравится ее настоящее имя, и ей хочется, чтобы ее называли Джем…

— А как настоящее?

— Рамона. Рамона Мальтратадо.

— Ладно… Рамона. Тоже, кстати, красивое имя. Да ты не волнуйся! Думаешь, мне это важно? Многие актрисы берут себе вымышленные имена. Вроде как сценические псевдонимы. Так что ты не волнуйся, Дж… Рамона! У меня тоже есть псевдоним! Уоллис Кью Москоу! Без точки после Кью! — добавил я, надеясь ее развеселить.

— Нет, ты не понимаешь. Это не псевдоним, Уолли. Я его просто выдумала. Для тебя. Я тебя обманула, Уолли. Я не та, за кого ты меня принимаешь.

Что-то пронзительно запищало, где-то в комнате. Я бросился к столику, где лежал телефон Винни. Я подумал, что это, наверное, Джерри. Ведь он обещал перезвонить в самое ближайшее время. Но звонил не мобильный Винни. Я замер на месте, прислушиваясь. Джем/Рамона тоже прислушивалась, склонив голову набок. Только теперь я узнал тон звонка. Как говорится, знакомый до боли. Я попытался понять, с какой стороны идет звук.

Из моего собственного кармана.

Я совершенно забыл, как схватил со стола мобильный, когда мы в спешке покидали мою квартиру. Я быстро достал его из кармана, чтобы не пропустить звонок. Взглянул на экран — посмотреть, кто звонит, — и с удивлением обнаружил, что это Сью. Вот уж точно нежданно-негаданно. Я нажал кнопку приема.

— Да? Алло?

— УООООООООООЛИ! — пронзительный, на грани истерики вопль буквально вонзился мне в ухо.

— С-Сью? Сью?! Что случилось?!

— УООООЛИ! Его больше нет! Его убили! Убили! — Сью рыдала, захлебываясь слезами. Я в жизни не слышал, чтобы она так убивалась. Неужели… О господи… Доктор… А вдруг это Доктор?! У меня все оборвалось внутри.

— Сью! Что случилось?! Кого убили? Сью?

Я даже не знаю, слышала она меня или нет. Она так безутешно рыдала…

— О Господи, господииииии! Что мне делать?! Что мне теперь делать?! Его убили! Уолли, прости меня! Но я правда не думала… Я ужасная женщина, просто ужасная… Господи, что теперь будет?!

— Сью! Погоди! Успокойся, пожалуйста! Расскажи толком, что происходит? Успокойся, не плачь! Кого убили? Доктора?!

— Нет, не Доктора! Ди! Его больше нет! Понимаешь?! Его больше нет! — Сью продолжала рыдать. — А у тебя крупные неприятности! Это все я виновата, Уолли! Я видела новости по телевизору! Это все я виновата! И уже ничего не исправишь! О Господи! Как же так…

— Сью?

— Это все из-за меня.

— Сью? Погоди! Можешь хоть на минуточку успокоиться? Кто такой Ди?! Что происходит?!

— Я ужасная женщина, Уолли! Ужасная!

— Сью, я тебя очень прошу… Я ничего не понимаю! Вообще ничего! Давай ты успокоишься и объяснишь?

— Они убили Де Андре, Уолли! Любовь всей моей жизни! Его больше нет! И все это из-за меня… — Ее голос был хриплым от плача.

— Погоди… Де Андре? Любовь всей твоей жизни? Ты о чем, Сью?!

— Да, Уолли. Да. Мне очень жаль, что все так получилось. Я ужасная жен… я… я не знаю, что делать… я ужасная женщина… Господи, что теперь будет?! И Доктор… Боже мой, Уолли…

Я так обрадовался, что она говорит не о Докторе, что до меня даже не сразу дошло, кого именно убили и почему Сью так истерит. А потом у меня в голове что-то переключилось, и, должен сказать, это было не самое приятное озарение.