Причина успеха - Хелен Филдинг

– Как дела, Раджив? – сказала я.

– Отлично. Да. Всё прекрасно. Первая читка в четверг.

– Как тебе это замеча-а-а-тельное шоу? Не правда ли, божественное, удивительно смелое представление? Ты когда-нибудь видела что-нибудь па-а-а-добное? Разумеется, мои дорогие. Благослови вас бог. Для кого?

К нему опять подошла какая-то старушка за автографом.

– Рад был тебя видеть, драгоценная моя. – Он тактично давал мне понять, что разговор окончен. – Благослови тебя Бог.

– До свидания, – покорно ответила я.

Как обидно – больше всего я рассчитывала именно на Динсдейла. Я вернулась к Джулиану, который стоял у входа в театр, нервно зажав мобильник между плечом и подбородком. К нему приближалась девушка в леггинсах и дутой куртке. В руке у нее был блокнот.

– Вы такой забавный, понимаете? – тараторила она. – Когда мы смотрим ваше шоу, нам, типа, очень смешно, понимаете? Типа, нет проблем, понимаете?

Он увидел меня за ее спиной.

– Джейни не понимает, что я должен прийти к согласию с внутренним “я”, прежде чем формировать отношения, – хныкал он. – Но подожди. – Он снова начал набирать ее номер.

Я отняла у него телефон.

– Пойдем на вечеринку.

– Эй, спасибо! – в недоумении крикнула девушка.

– Восхитительно. Он не боится духовно обнажаться. Я в шоке, реально.

– Полный провал... Конец его карьере... Я так люблю этого парня.

– Редко можно увидеть такое смелое исполнение.

– Подтирка для задницы.

– Что скажем Биллу?

Вдоль стен банкетного зала “Кафе Ройал” выстроились ларьки, торгующие оккультными товарами: кристаллами, рунами, какими-то штучками из перышек. Под самым потолком на проволоке была подвешена люцитовая пирамидка, отбрасывавшая свет на самое впечатляющее сборище Клуба Знаменитых, какое я только видела.

– Не знаю, с чего начать, – обратилась я к Джулиану. – Как ты думаешь, кого лучше попросить?

– Понимаешь, мне так спокойно, когда мы вместе, – твердил Джулиан. – Так спокойно. Но зачем, думаю я, мне нужна поддержка?

Он говорил о Джейни, не замолкая ни на минуту с тех пор, как позвонил мне в дверь, прервавшись лишь на время “Освобождения энергии чакр”. У Джейни родился ребенок. Она обнаружила, что беременна, сразу после развода. Джулиан настоял, чтобы ребенка назвали Иронией. Все мои попытки заговорить о кризисе в Восточной Намбуле он встречал отсутствующим взглядом.

– О, мой ангел!

Кейт Форчун набросилась на юную девушку, которая держала на руках младенца, взбила волосы, схватила младенца и прижала его к груди. Сверкнули вспышки, защелкали фотоаппараты, папарацци сбежались, отпихивая друг друга.

– Младенец из Румынии, – сказал Джулиан. Зазвонил телефон. – Извини, я на минутку. Я тебя догоню. – И он убежал в угол.

Я заметила Коринну Боргезе. Презрительно скривив рот и поглаживая бритую голову, она разглядывала спину Глории Ханнифорд. Что ж, посмотрим, что она скажет сейчас. Я больше не безмолвная вторая половина Оливера, я многого добилась. Она не посмеет смотреть на меня свысока.

Я направилась к ней, пробираясь сквозь толпу.

– Коринна, здравствуйте. Как поживаете? Она уставилась на меня.

– Извините? Я вас знаю?

– Рози Ричардсон.

– Ах да! Да. Привет. Давно вас не было видно.

– Да уж. Я была в Намбуле, работала в лагере беженцев, – как ни в чем не бывало проговорила я.

Коринна тряхнула головой.

– О нет, ради бога, только не еще одна неоколониалистка. Вы понимаете, что мы стоим на пороге войны с государствами третьего мира из-за снисходительного отношения Запада к арабским странам?

– Извините. Можно пройти? – Мимо протиснулась Кейт Форчун, а за ней няня с младенцем на руках.

– Добрый вечер. Как поживаете? – сказала я.

– Извините? – Она взбила волосы и рассеянно взглянула на меня.

– Рози Ричардсон. Я... встречалась с Оливером Марчантом, – неуверенно произнесла я.

– О, о. Разумеется, – с сомнением в голосе ответила Кейт. – Знаю, знаю, правда, он прелесть? Я привезла малышку из Румынии, как вы, наверное, уже знаете. Не могу передать, она изменила всю мою жизнь. Как поживаете? Извините, я никак не могу найти свой...

– Хорошо. Послушайте, у вас есть минутка? Я хотела рассказать о благотворительной акции, которую организую в помощь голодающим в Африке.

– Разумеется. Поговорите с моим агентом, мы обязательно вышлем вам чек. Извините, никак не могу найти...

– Нет, дело в том, что я работала в лагере беженцев, и у нас критическая ситуация... Я хотела бы собрать всех и организовать программу для сбора средств...

– Понимаете, я сейчас все силы отдаю Румынии... из-за малышки... Но если вы поговорите с моим агентом...

– Это срочно.

– Лапочка, позвоните моему агенту утром. Я уверена, мы всё устроим. Рада была снова увидеться. О-о-очень рада. Чао.

Я обернулась и увидела, что Коринна сверлит меня взглядом. Все оказалось намного сложнее, чем я предполагала.

– Ммммм... Обними меня покрепче, дорогая, обними. – Ричард Дженнер прижался ко мне, как пиявка. – Так-так, птичка, напомни, как тебя зовут?

– Рози Ричардсон. Нас познакомил Оливер Марчант.

– Конечно. Конечно. Конечно. Ха-ха-ха! Вы – та самая девушка, которую стошнило на стол! Ха-ха-ха! Хотите выпить? Вас точно не вырвет? Ха-ха-ха! Как вам Билл? Катастрофический провал, не правда ли? Здесь Пол и Линда. Вы видели? Вон они. Нет, смотрите, вон там. О боже, Нил и Гленис! Мы должны поздороваться. Пойдем.

Он схватил меня за руку.

– Мне нужно с вами поговорить, – сказала я. – Последние несколько лет я работала в лагере беженцев в Африке, сейчас в Кефти голод и эпидемия... ООН отказывается помочь. – Он тащил меня навстречу Нилу и Гленис.

– Я слушаю, слушаю, говори.

– Нет. Подождите. Остановитесь на минуту. Ричард остановился и обернулся.

– Помощь нужна срочно. Поэтому я и вернулась в Англию. Мне нужна помощь... ваша и всех ваших знакомых, – нескладно закончила я. Мне казалось, все смотрят на меня как на идиотку.

– Какая помощь? Вам нужны деньги или еще что-то? – Он с мольбой косился в сторону Нила и Гленис. Они уходили.

– Нужны деньги, но самое важное – огласка. Я хочу выступить по телевидению. Может, организовать поездку знаменитостей в Африку, в наш лагерь.

Он взял меня за руку.

– Посмотри вокруг. Нет, посмотри внимательно, дорогая. Оглядись.

Я оглянулась.