Лучше, чем секс - Хантер С. Томпсон

Так рассуждали магнаты и мудрецы Республиканской партии, когда решили избавиться от Джорджа Буша и позволить Биллу Клинтону следующие четыре года принимать на себя удары — последствия огромного долга и нищеты, приближение которой признавал даже Рональд Рейган. Буш обвинял Джона Баптиста,[101]но причина была чисто политического свойства, и Джеймс Бейкер был вызван, чтобы провести выгрузку. Джордж Буш был не в восторге, но он всё понимал. За ним было столько преступлений, что на его фоне Никсон выглядел честным человеком. Поэтому Буш ушел тихо.

ПРЕЗИДЕНТСКАЯ КАМПАНИЯ 1992 года была самой медленной, хромой и лишенной страсти «схваткой за Белый Дом» из тех, что я когда-либо видел, или о которых когда-либо слышал на протяжении моей жизни — она была тупиком с обоих концов. В лучшие времена ни одному из кандидатов не позволили бы даже приблизиться к Белому Дому. Тупица на тупице: Джордж Буш всё больше напоминал наполовину съеденную плаценту, которая осталась после рождения Рональда Рейгана, а низкопробная кампания Билла Клинтона временами приобретала фашистский стиль, так что Джимми Картер начинал казаться кем-то вроде Томаса Джефферсона.

Стандарты снижаются каждый год, но пена продолжает подниматься. Совершенно новый класс захватил власть в девяностых годах: они называют себя «Новыми Тупыми», и у них нет чувства юмора. Они умны, но в них нет страсти. Они изящны и привлекательны, но у них нет других забав, кроме секса по телефону и танцев в рядок… Они здоровые и чистые, и осторожные, и на сегодняшний день продолжительность их жизни превышает 100 лет (у женщин 102 года, а у мужчин немного меньше 100).

К 2015 году медиана возраста ребят из Поколения X составит 121 год — а Росс Перо к тому времени всё ещё будет президентом. Он будет руководить исключительно через телевидение, и только 16 или 17 человек в мире будут видеть его лично. Для других 500 миллиардов он будет появляться в виде интерактивного «морфа» на их панорамных телеэкранах. Иногда он будет выглядеть как девятилетний мальчик, который прячется на заброшенном зернохранилище неподалеку от Тексаканы, а иногда он будет выглядеть как Сократ, или Иисус, или Эйб Линкольн… Но это не будет иметь значения, потому что люди к тому времени ко всему привыкнут: они будут иметь свои собственные машины, создающие морфы. И они будут иметь возможность напрямую говорить с президентом, по крайней мере, два раза в неделю, в двухканальной виртуальной реальности — такой реальной, что можно будет на самом деле «обменяться рукопожатиями» с чем-то, что будет выглядеть как президент. Можно будет «взглянуть ему в глаза», и сжимать его пальцы до тех пор, пока его кости не вывихнутся из суставов.

И вы будете ощущать это, потому что вам, под кожу, будут имплантированы рецепторы Виртуальной Реальности. А у него не будет рецепторов Виртуальной Реальности, и он ничего не почувствует.

ЭТО ХОРОШАЯ НОВОСТЬ. А плохая новость в том, что не будет 2000 года от Рождества Христова — по крайней мере, так, как мы считаем года сегодня — вместо них будут единицы Hortz: типа Hortz 002… Наш Григорианский календарь устарел к началу Второй мировой войны, и он больше не служит своим целям.

Даже Атомные Часы больше не идут точно. В течение многих лет ученые тайно добавляли «пропущенную секунду», в надежде, что Земля как-нибудь исправит все ошибки сама… Но нет. Планета всё больше отклоняется в сторону непредсказуемых орбит и переменчивых скоростей, и, очевидно, от этого нет лекарства. Атомные Часы могут идти очень долго, но то же можно сказать о крысе, нажравшейся амфетаминов… A speed[102]убивает, как любят говорить в Литтл-Рок.

Я ненавижу шутки, как правило — но каждый раз через некоторое время хорошая шутка просачивается через трещину, и внезапно ты начинаешь слышать её на каждом углу в Америке.

Вопрос: Зачем цыпленок перешел через дорогу?

Ответ: Чтобы проголосовать за Билла Клинтона.

Смешно? Ещё бы. Хо, хо…

Но не для меня, Бубба. Когда я слышу, как люди рассказывают этот анекдот друг другу, мне кажется, что они говорят обо мне, и у меня начинает тошнить.

Но я никогда не возражаю, потому что это правда. Да, сэр. Я перешел дорогу в полнолуние летом 1992, и я привел за собой много людей… или, по крайней мере, пытался привести, и некоторые люди упоминают об этом постоянно. Даже те, кто когда-то голосовал за Никсона, теперь смотрят на меня свысока.

Но ебать их, у меня были свои основания. Я бы сделал это снова, потому что я чувствовал абсолютную необходимость разбить Джорджа Буша. Он был как прорезиненное воплощение Никсона, и я подумал, что Клинтон может его победить.

Что соответствовало истине. Клинтон победил. Даже Боб Дилан приехал в Вашингтон на инаугурацию. Роллинг Стоун говорил о Наступлении Новой Эры в американской политике. Джек Николсон стоял в Мемориале Линкольна, и толпа народа замерла, когда он хрипло произносил слова Линкольна в девяти-миллионно-ваттный громкоговоритель. Молодые девушки сходили с ума в номерах странных отелей и предлагали свою девственность путешествующим коммивояжерам из Арканзаса. Говорят, даже Томас Джефферсон был счастлив.

ПОЧТИ ВСЕ, кто был кем-то, на той неделе отправились в Вашингтон. Кроме меня. У меня было много приглашений и гораздо больше возможностей доступа, чем я хотел, а также номер в пентхаусе в отеле Эмбасси-Роу, снятый от имени Элеонор Макговерн — но я поехал в спортивный бар в южном Сан-Франциско и смотрел там футбольную встречу по телевизору. Я чувствовал, что это правильное занятие, в тот момент, и я никогда не сожалел об этом.

Потом я отправился в Театр О’Фаррелла и посмотрел танец обнаженных женщин, одновременно обсуждая ирландскую политику со своим давним другом Джимом Митчеллом.

Казалось, его задело то, что он не получил приглашения на инаугурацию Клинтона. «Ты счастливчик, — сказал я ему. — Подожди и посмотри, что случится с бедными ублюдками, которых пригласили».

Следующие месяцы я провел, обезумевший от горя, в спастическом общении с Белым Домом. Жизнь потеряла смысл, я уединился и погрузился в задумчивость. Как могло такое случиться? Я не мог понять. И почему с таким замечательным человеком как я? Всё, что я сделал, это проголосовал против Джорджа Буша, потому что он был подлым.

А потом я вспомнил древнюю историю о Старой Женщине и Змее. Она напоминает мои воспоминания о том случае, когда я впервые сел за ленч с Биллом Клинтоном. Я упоминал эту историю в начале книги, и она просится, чтобы я повторил её сейчас:

Старая женщина шла по дороге и увидела, как банда головорезов бьет ядовитую змею. Она спасла змею и принесла её к себе домой, и ухаживала за ней, пока змея не выздоровела. Они стали друзьями и жили вместе много месяцев. Однажды они вместе пошли в город, и старая женщина подняла змею на руки, и та укусила женщину. Несколько раз подряд. «О, Бог, — закричала женщина. — Я умираю! Почему? Я была твоим другом. Я спасла твою жизнь! Я доверяла тебе! Почему ты меня укусила?»