Остров разбитых сердец - Лори Спилман

Подъезжая к хибаре отца, сразу вижу его клетчатую фланелевую рубашку, мелькающую на заднем дворе. Он вытаскивает из алюминиевого сарая свое старое капитанское кресло. Меня не замечает. А мне даже издалека видно, как он, пыхтя, поднимает свою ношу и вышагивает с ней на руках, как жених с невестой. От напряжения все мышцы напряглись, вены на шее взбухли. Старый паразит еще не всю силу пропил.

– Эй! – кричу я с тридцати ярдов и несусь так, что кровь приливает к голове.

Отец оборачивается. Наши взгляды встречаются, и моя ярость едва не ослепляет меня. Снова показав мне спину, он направляется к красному прицепу.

Я за ним.

– Как ты смеешь меня здесь держать?! Я знаю, что это ты! Не было в аэропорту никакого ремонта!

Он опускает кресло и отряхивает руки. Я стою, уставившись на него. Спазм сдавливает горло, лишая меня дара речи. В таких случаях отец обычно говорил мне: «Рожай быстрее!» – и я заикалась еще хуже прежнего. Но это было давно. Сейчас я уже не та пугливая косноязычная девочка. Сделав глубокий вдох, заставляю себя посмотреть ему в глаза.

– Почему? – спрашиваю я. – Почему ты обходишься со мной так жестоко?

Отец отворачивается и идет в дом, как будто я невидимая. От негодования и сдерживаемой ярости у меня трясутся руки и ноги.

– Вчера ты позволил Кертису меня унизить, хотя знал, что он затеял! Разве нормальные отцы так поступают?! Да ты просто подлый сукин сын!

Сердце стучит, как отбойный молоток. Я зашла слишком далеко. Раньше я никогда не решалась говорить с отцом в таком тоне. Да и никто не решался. Наконец он поворачивается ко мне. Все лицо в багровых пятнах, сжатые губы уродливо перекошены.

– Собирай вещи.

У меня начинает кружиться голова.

– Какие вещи? – спрашиваю я. – О чем ты?

– Повезу тебя на материк.

Отец поднимается на крыльцо, грохоча башмаками по видавшим виды доскам. Так он потому выволок кресло из сарая, что собрался спустить на воду катер? Из-за меня? Он меня стыдится? Кто-то видел, как я рыдала, и ему сказал? И теперь он хочет спровадить психованную дочь с острова?

– Ты… Это… это не опасно?

Представляю себе сильные течения, быстро плывущие льдины, «Титаник». Маму.

– Ты хотела отсюда убраться? Я тебя увезу.

– Давай без глупостей! Я не намерена рисковать жизнью. Просто скажи пилоту, что со мной все в порядке и мне можно лететь.

– Джейкобса уже и след простыл. Раньше чем через неделю он не вернется. Собирай вещи. Отплываем через час.

Запихивая в сумку одежду и косметику, чувствую себя опустошенной, испуганной и совершенно сбитой с толку. Почему отец сначала помешал мне выбраться с острова, а теперь на этом настаивает? Я не хочу уезжать… Нет, не то… Я приехала сюда за девочками, но не нашла их. Конечно, я хочу убраться отсюда, только не так.

Беру пальто и сумочку. Перед тем как выйти из дома Кейт, останавливаюсь. В эркер золотым копьем ударяет неожиданно блеснувший луч солнца. Падает на перевернутую книгу, лежащую на журнальном столике перед диваном. Это роман Николаса Спаркса, который сейчас читает Кейт. Рядом кружка с надписью «Просыпайся и смотри сны наяву!». С улыбкой глядя на нее, дотрагиваюсь до полей воображаемой шляпы и выхожу за порог.

По пути на пристань заглядываю в кафе, где работает сестра. Сидя на высоком стуле за прилавком, она читает что-то с планшета.

– Я уезжаю.

– Сейчас? – Кейт соскакивает со стула. – Нет, ты не можешь сейчас уехать! Я с тобой еще не закончила!

«Может, „чудо“ – это все-таки она?» – мелькает у меня в голове, но на расспросы времени нет.

– Отец везет меня на материк.

– Что? На чем? Неужели на старой рыбацкой лодке?

– Понятия не имею. Это было не предложение. Это был приказ.

– Он совсем, на фиг, сбрендил? – Кейт срывает и отшвыривает фартук. – На середине пролива лед еще не растаял!

Мне становится не по себе. Я потираю руки, покрывшиеся мурашками.

– Все будет нормально. Он хороший капитан.

– Это да. А погода скоро может поменяться. Наверное, он понимает, что, если не увезти тебя сейчас, ты застрянешь здесь неизвестно на сколько. Тебя и так уже надолго оторвали от дел.

Страх перед одиночеством сдавливает мне горло. Но я качаю головой и с вымученной улыбкой отвечаю:

– Да. У меня клиенты, нераспроданные объекты… Во вторник устраиваю для брокеров день открытых…

Кейт зажимает мой рот ладонью, и на ее ресницах повисают слезинки:

– Не уезжай!

– Поехали со мной в Нью-Йорк! – Я хватаю сестру за руки. – Будем жить вместе: ты, я и Энни. Устроишься в лучший ресторан, зарабатывать станешь в четыре раза больше… – Слышу в собственном голосе ноты дикой тоски, но остановиться не могу. – А хочешь, я куплю тебе кофейню? Ты же всегда хотела кофей…