Миссис Кеннеди и я - Клинт Хилл

В семнадцатиминутном сообщении, адресованном Хрущеву, он поставил ультиматум «вывести и уничтожить эту нелегальную, опрометчивую и провокационную угрозу мировому спокойствию и стабильным отношениям между двумя нациями», в противном случае США, безусловно, начнут военные действия.

Глядя в камеры, президент заявил:

– Я приказал военным силам приготовиться к любым возможным событиям, и я верю, что в интересах и кубинского народа, и советского персонала на позициях будет распознать все опасности продолжения данной угрозы.

Он обозначил шаги, которые незамедлительно приняли Соединенные Штаты, включая строгий карантин (по сути, блокаду) всех кораблей, перевозящих вооружение, а также немедленный созыв совета безопасности ООН.

Он закончил официальное обращение следующими словами:

– Дорогие сограждане, пожалуйста, не сомневайтесь, что те попытки, которые мы предпринимаем, трудны и опасны, но самым опасным является бездействие. Путь, который мы выбрали, полон угроз, как и все пути, но он является наиболее подходящим для нашего национального характера и храбрости и наших обязательств по всему миру. Цена свободы всегда высока, и американцы всегда ее платили. И есть путь, который мы никогда не выберем, – путь поражения и подчинения. Наша цель – это не победа силой, а торжество права, не мир ценой свободы, а и мир, и свобода здесь, в этом полушарии и, как мы надеемся, по всему миру. Божьей волей эта цель будет достигнута. Спасибо и спокойной ночи.

Готовность военной системы, состояние, обычно называющееся «DEFCON» (Боеготовность), имеет систему уровней, определяющих серьезность ситуации. DEFCON 5 – наименее серьезное состояние, а DEFCON 1 обозначает неизбежность ядерной войны. 22 октября был объявлен DEFCON 3, обозначая повышение обычной боеспособности. Тем не менее Стратегическое авиационное командование было на уровне DEFCON 2, что означало, что они готовы к войне. Никогда раньше мы не доходили до DEFCON 2. Министр обороны Роберт Макнамара отлично выразился на этот счет:

– Мы пристально смотрим на направленные на нас орудия ядерной войны.

Исполнительный комитет проводил встречи ежедневно, иногда – дважды в день, и президент то входил в Ситуационную комнату, то выходил оттуда, чтобы узнать срочные новости. Миссис Кеннеди была спокойна, но предельно сосредоточенна и всегда находилась рядом с детьми. В основном она пребывала в своих апартаментах, чтобы быть в распоряжении президента, как только она понадобится.

В то же самое время секретная служба находилась в состоянии повышенной боевой готовности. Мы готовились к эвакуации важных персон вертолетом и точно знали, для кого какой вертолет предназначается. Мы все знали, что в случае неизбежной ядерной атаки люди будут драться за место в вертолете. Если в вертолет попытаются проникнуть посторонние люди, не внесенные в списки, у нас не будет выбора, кроме как пристрелить их. Даже думать об этом было неприятно, но ситуация не оставляла пространства для маневра.

В следующую пятницу, 26 октября, в переговорах возникла временная передышка. Пришла информация о том, что Хрущев согласился убрать свои корабли из карантинной зоны в течение сорока восьми часов. Тем утром миссис Кеннеди позвонила в мой кабинет и сказала:

– Мистер Хилл, мы с детьми собираемся в Глен-Ора. Президент присоединится к нам завтра.

– Хорошо, миссис Кеннеди, – ответил я. – Я все подготовлю. Думаю, что провести несколько дней в Глен-Ора будет вам полезно.

Я постарался успокоить миссис Кеннеди, но сам понимал, что отдыха для агентов секретной службы не будет. Нам придется оставаться бдительными, ожидая, что в любой момент может прийти приказ о немедленной эвакуации.

В результате в субботу президент не приехал в Глен-Ора, и я был напряжен как никогда ранее. Как и все мы. Пусть и не хочется думать о том, что могло произойти, но нужно проигрывать в уме все возможные сценарии, чтобы быть подготовленным. Мучительно.

Утром воскресенья, после бессонной ночи, мы получили информацию о том, что президент на пути в Глен-Ора. Когда он вышел из вертолета с улыбкой на лице, я понял, что все будет в порядке.

Хрущев согласился убрать боеголовки с Кубы, и русские корабли с грузом ядерного оружия развернулись. Президент Кеннеди восстановил свою репутацию после провала в заливе Свиней и пребывал в отличном расположении духа. Но самое главное – он заслужил уважение Хрущева, и они предотвратили ядерную войну.

Слава богу, мне не придется тащить визжащую и пинающуюся миссис Кеннеди в бомбоубежище.