Развод - Майк Гейл

Джим смотрит на меня решительным взглядом.

— Ну что ж, — говорит он. — Давай сразу и приступим.

Суббота, 27 июня 1998 года

9.37

Я, еще лежа в постели, смотрю по переносному телевизору утреннюю программу для детей; открывается дверь ванной, и из нее, после посещения туалета, выходит Элисон.

— Мне кажется, что я, похоже, беременна, — объявляет она.

При этих словах я чувствую что-то вроде желудочного спазма и моментально сажусь, выпрямив спину, в кровати.

— Тебе кажется, что ты «что»?

— Беременна.

— У тебя задержка?

— Нет, — отвечает она. — Еще целых два дня.

— Ты забывала принимать таблетки?

— Нет, — говорит она. — Я никогда этого не забываю.

— Тогда с чего ты взяла, что ты беременна?

— Не знаю, — отвечает она. — Какое-то чувство…

— «Чувство»?

— Да, именно чувство. Я не знаю, с чем это связано, но оно присутствует… какое-то непонятное чувство, и оно не связано ни с любовью, ни с деньгами. Оно как кошмар, а я как будто не в себе.

Я рассматриваю пристальным взглядом живот Элисон, пытаясь найти какие-либо изменения.

— Тебе надо бросить курить, ты это понимаешь?

— Если я беременна.

— Но ты только что сказала, что беременна.

— Я сказала, что мне так кажется, а это не то же самое.

— Но даже если тебе кажется, разве ты не должна бросить курить, хотя бы на всякий случай?

— Ну а если я не беременна?

— Да и тогда тебе неплохо бы бросить курить.

Элисон не отвечает. Она лишь вздыхает, надевает халат и выходит из спальни.

Воскресенье, 28 июня 1998 года

6.06

Я только что проснулась и изо всех сил стараюсь заснуть снова, как вдруг замечаю, что и Джим проснулся, и Диско, которая спит у нас в ногах, тоже лежит с открытыми глазами.

— Не появились?

— Кто?

— Твои… ну, ты же знаешь.

— Нет.

— О-х-х-х.

15.30

Мы приглашены пообедать вместе с несколькими моими друзьями с работы. Я только что вернулась из ванной, где делала окончательную доводку макияжа, когда он вдруг наклонился ко мне и что-то прошептал мне на ухо.

— Прости, не расслышала?

Он шепчет снова.

— Джим, я не понимаю, о чем ты спрашиваешь, говори нормально.

Он кашляет и смотрит на меня плутовским взглядом.

— Я спрашивал… э-э-э… понимаешь… никаких признаков?

— Моих…

— Ну да, твоих…

Я в отчаянии закатываю глаза.

— Нет.

— О-х-х-х.

— Джим?

— Да.

— Ты намерен спрашивать меня об этом до той самой секунды, когда я потеку?

Он на мгновение задумывается.

— Да, видимо, да. А что, это создает для тебя какие-то проблемы?

Я тяжело вздыхаю.

— Как только я что-либо почувствую, ты будешь первым, кто об этом узнает.

18.01

Я уезжаю в Брайтон на ежегодную конференцию, устраиваемую нашей компанией, и Элисон решила проводить меня на вокзал.

— Ну ладно, я, пожалуй, пойду, — говорю я ей.

Она целует меня.

— Пока, жду тебя в среду. Счастливого пути.

Я беру свои сумки, делаю примерно три шага, а потом не выдерживаю и оборачиваюсь.

— Эл?

— Прежде чем ты задашь свой вопрос, — говорит она, — выслушай мой ответ: «нет». Никаких признаков. И вообще ничего. Я имею в виду, что нет никаких признаков того, что мои месячные должны наступить.

— Вообще никаких?

— Ты знаешь, я убью тебя, если ты не прекратишь допекать меня своими расспросами.

Не в силах сдержать себя, я все-таки спрашиваю:

— Ты уверена?

Среда, 1 июля 1998 года

Я отловил по телефону Ника, который несколько месяцев назад перебрался в Лондон, и назначил ему встречу в одном из пабов, чтобы просто повидаться, выпить и поболтать. За весь вечер я не притронулся к своей кружке и едва ли произнес больше дюжины слов.

— Ну так, давай, — говорит Ник. — Ты собираешься рассказывать мне о ваших неприятностях? А то сидишь весь вечер как на похоронах. На тебя так сильно подействовала эта поездка в Брайтон?

— Мне надо сказать тебе кое-что, — отвечаю я, — но предупреждаю тебя, что этот наш разговор совершенно секретный.

— Отлично, — говорит он улыбаясь. — Обожаю секреты. Эл беременна, верно?

— Как ты?..

Ник разражается грудным раскатистым хохотом. И хохочет так долго, что начинает задыхаться и кашлять.

— Ну и смех, — говорит он, прерывая для этого свой гогот. — Она на самом деле… ну и ну… нет, это правда? — Я пожимаю плечами. — Что ты хочешь сказать?

— Я хочу сказать, что женщины обладают определенного рода предчувствиями, — пускаюсь я в объяснения. — Хотя бы потому, что их биологический механизм немного более сложный, чем у нас, и им кажется, что они находятся в контакте с луной, морем, со всеми природными явлениями. Не это ли позволяет женщинам верить в то, что они наделены способностью оказывать скрытое физическое воздействие на окружающих только потому, что обладают органом, который называется матка? Это смешно примерно так же, как смешон и весь тот бред, который печатается в разделе «Гороскопы». Поэтому при полном отсутствии каких бы то ни было подтверждающих признаков Элисон удалось внушить себе, что она беременна.

— И что, нет никаких признаков?

— Я пытался убеждать себя, что нет ни единого, даже самого незначительного, внешнего признака, но под воздействием волн этой чепухи, исходящих от Элисон и окутавших меня с головы до ног, у меня у самого поехала крыша. Что стоит ее постоянная долбежка о том, что у нее есть предчувствие. Это что, подтверждение беременности? Наука не основывается на чьих-то предчувствиях. Она основывается на фактах полностью достоверных и на сто процентов подтвержденных.

— А ты знаешь, насколько я помню из начального курса физики, многие открытия сначала давали о себе знать в форме инстинктивных ощущений, потом они как бы выходили наружу и научно доказывались и подтверждались.

— Я думал, ты меня поддержишь, а ты, видимо, не понимаешь, что со мной происходит.