Крутая тусовка - Валери Домен

Бар «Гранд-отеля» был забит до отказа, но Ролле увидел своих приятелей, сидевших за столиком в глубине зала. Тишина этих мест сменилась многоголосым бессвязным шумом разговоров. Упав на обитую красным бархатом банкетку, он воскликнул:

— Но о чем же болтают все эти придурки? Им что, нечего делать, кроме того как сидеть после обеда в «Крийоне»?

— То же самое они могли бы спросить и у тебя, — ответил специалист по рекламе.

— С тобой все в порядке? — подключилась Женнифер, обращаясь к продюсеру.

— Могло бы быть и лучше. Совсем недавно одна шлюха забрала у меня 500 евро. Могу тебе признаться, что мне это крайне неприятно!

— Ты заплатил шлюхе? Но ты ведь мог бесплатно провести ночь с двадцатью девицами: почему же ты это сделал? — с ужасом в голосе спросила Жен.

— Потому что я даже не помню, как выглядит эта девка. Я, видно, так напился, что не смог понять, что это была проститутка!

— Да, хотел бы я увидеть твое лицо, когда она потребовала с тебя бабки! — рассмеявшись, произнесла Женнифер.

— Замолчи, Жен! — прикрикнул на нее Эрве надменным голосом. — Не позорь мою репутацию!

— Ладно, может, вернемся к предмету нашей встречи? — нетерпеливо оборвал его Марко.

Специалисту по рекламе такие разговоры были не по душе, он терпеть не мог вульгарности. Себя он ценил очень высоко, а Ролле он переносил только потому, что тот был известным продюсером.

— Ты прав, продавец мыла, давайте к делу! Итак, ты принес макеты?

— Нет. Ты что же, думаешь, я сразу же принимаюсь за работу, стоит только щелкнуть пальцами? Достаточно уже того, что я тут: я очень редко встречаюсь с людьми в баре отеля. Все вопросы нужно обсуждать в кабинете агентства. Это нормально: таков бизнес! Кроме того, мне надо знать, будет ли Жен героиней ролика или…

— Да чему же тебя учили в школе? — оборвал его Ролле. — Герой — это рекламируемый товар. Жен просто поможет семейству Дюкон его купить, усек?

— Слушай, если дело так и дальше пойдет, я удаляюсь. Вы оба с ума сошли, что ли?

— О'кей, Марко, — успокоила его Женнифер, — мы тебя слушаем.

Гез поджал губы, словно его сильно обидели, и бросил взгляд презрения на продюсера, который пытался оттереть пятно с ширинки брюк. Специалист по рекламе поморщился, отпил глоток горячего чая и продолжил:

— Так вот, будет ли Жен в кадре на протяжении всего клипа или появится только в конце его?

— Мне кажется, что я должна быть в кадре все время, так будет лучше для крема, — предположила Жен.

— Но в то же самое время есть опасность того, что ты исказишь послание, — продолжил Гез. — Люди будут видеть только тебя, а не товар…

— Главное — чтобы они решили, что если я употребляю этот крем, то и они смогут быть такими же красивыми, разве нет?

Отчаянный вздох Ролле прервал их спор:

— Марко, разве не ты должен знать, как делается эта чертова реклама?! Я тебе плачу не за то, чтобы мы давали ответы. Дорогая моя, мне жаль, но ты не самая знающая в вопросе, как именно втюхать крем от морщин этим дурам!

— Слушай, я не виновата в том, что какая-то шлюха вытянула из тебя большую сумму, поэтому не заводись! — игриво ответила на это Жен.

— При чем здесь это? Но ты, кстати, очень похожа на ту блондинку, моя дорогая!

— О'кей, в таких условиях работать просто невозможно, — устало заключил Марко.

— Вот что я предлагаю, — произнес тогда Ролле. — Хватит говорить о работе, поскольку ничего хорошего из этого сейчас не получится. Давайте лучше расскажем друг другу, как прошло утро. Я уже все рассказал. Теперь твоя очередь, Гез!

— Пфф! Я все-таки хотел бы обсудить концепцию!

— Не ной, иначе я урежу тебе бюджет! Ты сделал что-нибудь интересное или все утро просидел в конторе?

— Если так хочешь знать, я был на работе, вчера ночью ушел оттуда в 23 часа, а в 8 утра был снова на рабочем месте!

Ролле присвистнул достаточно громко для того, чтобы сидевшие вокруг посетители притихли. Подождав, когда весь этот люд вновь вернется к своим разговорам, он снова спросил Геза:

— А знаешь ли ты, что тем самым ты заставляешь своих друзей чувствовать себя неловко? Я полагал, что все рекламщики начинают вкалывать не раньше 11 утра, говорят на англо-французском и носят костюмы в полоску! Но теперь я вижу, что наш приятель Гез — редкая птичка в кругу работников рекламы. Не так ли, Жен?

— Мне лично на внешний облик Марко совершенно наплевать!

— Ты непременно должна это запомнить! У тебя в голове не хватает клеток, чтобы все записывать!

— Если вы не против, то сегодня вечером встретимся у Серра, — произнес, вставая, Марко. Он был на грани срыва.

— Марко, Марко… ты слишком раним! Ладно, обещаю, что в следующий раз я приеду к тебе в агентство. Но ты должен будешь познакомить меня с высокой рыжеволосой девицей, чей кабинет рядом с твоим. Как там ее зовут: Сибиль?

— Сесиль!

— Ах, это не так экзотично.

— Предупреждаю: она замужем.

— Экая беда! Ты считаешь, что обручальное кольцо мешает приличным женщинам спать вне дома?

Марко покачал головой с удрученным выражением на лице:

— Если вы не против, я вас покину, мы увидимся, когда вы будете в состоянии вести конкретный разговор!

Сказав это, похожий на денди специалист по рекламе ушел, держа под мышкой свой портфельчик из коричневой кожи.

Как только он вышел из бара, Ролле воскликнул:

— Ты должна мне сто евро!

— Меньше чем за десять минут; ну, ты, однако, силен! — произнесла Жен. Она порылась в сумочке и вынула оттуда банкноту.

— Я знаю этого Геза как облупленного! Настоящая пугливая девица.

— Слушай-ка, а эта история с проституткой — правда?

— Увы, да! Теперь я буду стараться переспать до того, как выпью!

* * *

Марко Гез остановил такси и сел на заднее сиденье. Но перед этим тщательно смахнул тыльной стороной ладони крошки с полосатого пледа. Закончив операцию «чистое такси», он сказал шоферу, куда надо было ехать. Тот всю дорогу наблюдал за ним в зеркало заднего вида.

— Извините, моя тачка слишком грязна для вас? — спросил таксист, явно уставший от многих часов езды.

— Гм, нет, это у меня такая привычка. Вы рано начали работать? — спросил Марко, чтобы разрядить обстановку.

В ответ он услышал только загадочное «нда…», а потом до самого прибытия на место назначения последовало полное молчание.

Поднимаясь большими шагами по лестнице рекламного агентства, он вдруг услышал позади себя шумное сморкание. Спустившись на несколько маршей, увидел в укромном уголке одну из своих коллег: в руке у нее был скомканный носовой платок, глаза покраснели от слез, которые лились уже довольно долго.