Бегал заяц по болоту… - Валерий Петков

Он перечитал письмо. Глянул на часы на стенке – двенадцатый час. Выключил компьютер, прислушался к тишине, подумал:

– Как он всё-таки шумит. И страшно представить жизнь без него. – И осторожно пошёл спать.

Он незаметно уснул. Примерещилось, что кто-то к ним постучался, Виталий о чём-то разговаривал, Пальма добродушно лаяла где-то недалеко. Он затаился в тревоге, но так и не проснулся.

* * *

Пробудился Сергей от сильного кашля. Температуры не было. Он вышел попить горячей воды из кулера. Раннее утро. Виталий курил с вечера, а уходя спать, оставил окно приоткрытым. Из него тянуло холодом. Пахло сильно нагретым маслом от калорифера. Проходя мимо своего стола, передвинул бегунок на календаре.

Лежал, играл в «счастливые цифры», занятную нумерологию. Они мелькали на зелёном табло таймера – 4: 04; 4: 22; 4:44; 5:05; 5:23; 5:55. Часы – машина времени. Он загадывал желания, быстро перебирал в уме, что бы такое загадать, пока не выскочит новая цифирька и равновесие не нарушится, исчезнет счастливая возможность что-то попросить ещё из длинного списка. Здоровья внучке-крохе, жене, дочери, всем родным. И всем хорошим людям, пусть даже и чужим… Успешно слетать к внучке… С устройством на работу не затягивалось бы. Подумал, что 5:05 на табло похоже на SOS. Нет! Вот сейчас, в эту секунду моя мыслительная энергия улетает куда-то, где всё это принимается. Конечно. Раз не возвращается, значит, принимают эти самые заявки. Есть место, не всё заполнено ещё. Но должно пройти какое-то время, чтобы их рассмотрели, потом они начнут исполняться. Постепенно. Сперва появятся некие знаки, они покажутся случайными. Только позже, когда просьба исполнится, сложишь вместе эти вроде бы неприметные намёки и вдруг с удивлением обнаружишь, что они – кусочки единой мозаики. Много позже, потом, когда будешь в приятном, приподнятом настроении вспоминать всю эту историю с хорошим, добрым финалом. Пока же просто готовят к тому, что уже исполняется просьба, исподволь готовят, тактично, чтобы не остановилось сердце от нахлынувшей радости, чтобы не было сразу сильного потрясения. Эмоции чтобы не погубили. Особенно это важно с возрастом. Что там у детей, какие серьёзные просьбы могут быть? Так – по мелочи, игрушки: куклы, машинки, солдатики. А вот когда уже взрослый – чётко ясно, чего не хватает и насколько реально это получить. Хотя бы и от правительства. И на себя уже не очень надеешься. Вот тогда самое время апеллировать с просьбами к высшей власти. У неё попросить… И ждать. Терпеливо, без спешки, с улыбкой.

Он забылся в дрёме под утро. Встал свежий, бодрый, энергично умылся, оделся, позавтракал, присел в отличном настроении к компьютеру.

– Обещают хорошую погоду, – подумал Сергей, посмотрев утром известный сайт. – А, собственно, мне-то какая разница? Надел рабочую куртку – и в цех да из цеха. Куда ходить-то?

Он двигался замедленно, обессилел во время болезни.

– Рукам и ногам нужен, необходим отдых, восстановление. Мозг должен лишь переключаться на разные предметы, слегка поспать, ну может – побездельничать. Совсем чуть-чуть, во сне. Непосильная по размаху мысль для конкретного ума или наоборот – ничтожно малая мысль может усыпить разум. Что же обостряет ум, подбадривает, питает, влечёт? Вне всякого сомнения, то, что другие не приметили, мимо прошли, не обратили внимания на что-то важное в самом привычном, даже каком-то затёртом. Это как поиск, когда все поспешили уйти вперёд, а ты заметил тень, мгновенно, ясно и чётко понял что это – цель, и надо в неё попасть. Тогда все возвращаются, дивятся, а кто-то и завидует, почему же они этого не приметили, проскочили. И это очень питает мозг, толкает на новые поиски.

Он оглянулся и вдруг понял, что снова передвинул дату на календаре на целую неделю вперед.

– Вон как нестерпимо домой хочется! – поправил прозрачное окошечко в красной ничто не могло помешать. Наоборот, борьба с ними давала ощущение полноты, насыщенности жизни, силы. Это рождало праздник, который только начался и конца ему не видно. Был он непрестанно, поэтому усталость исчезала, её просто не было, так – лёгкая, преходящая утомлённость тела. Они были в ладу между собой, душа и тело, лишь иногда кто-то из них старался перетянуть на себя… одеяло. Всё это давало ощущение постоянства праздника, отношение к нему делалось беззаботным.

Виталий вернулся с прогулки.

– Порядок! Посерили-нагадили. Радость в доме! – доложил он. – На улице хорошо, ноль градусов, небольшой иней. А с утра мышей видел в кухне. Появились лазутчики.

– Я тоже вчера наблюдал. Маленькая такая, пыталась скрыться на моих глазах. Верный знак – к переезду.

– Я вчера крысу выпустил на волю. Работяги поймали в бытовке, собрались топить в бочке, так её чего-то жалко стало. Отобрал и выпустил.

– Бог всё создал сразу, но в разные дни. Тоже элемент везения.

– Крысы, если начнут мстить всей стаей, мало не покажется.

– Расчётливость – признак бессилия. Уильям Блейк. Философ. И ты предложил им мирное сосуществование.

– Просто пожалел. Без всякой философии. Не надо усложнять там, где это не требуется.

– А я вчера синичку в цеху видел. Летала под крышей. Думал, после болезни в глазах рябит. Присмотрелся – нет! Синица. Приятно: железо кругом, грохот, а она летает – живая, душа.

– В метро их полно. И воробьёв тоже. Веришь в приметы?

– Верю. Ну вот, юннаты! Ты да я. Гербарий начнём собирать из местных лопухов.