Вероника желает воскреснуть - Вадим Норд

– Я возьму девушку с лукошком, – объявил Александр.

– Я уже догадалась. – Продавщица вернула вышивающую девочку на ее место на стеллаже и достала откуда-то снизу синюю картонную коробку. – Вы так друг на друга смотрели…

– Она на меня тоже? – удивился Александр, провожая девочку взглядом. – Скажите, пожалуйста, а у вас нет коробки попраздничнее? Синий – как то слишком мрачно, а я подарок на день рождения покупаю.

– Синий – это стильно, – тоном, не допускающим возражений, сказала продавщица. – И других коробок такого размера у нас нет. Но зато у нас есть бумага для упаковки на любой вкус и цвет.

– Спасибо, не надо, – отказался Александр.

Какой смысл упаковывать подарок, если придется демонстрировать его коллегам? Лучше уж потом.

– Всего-то сто рублей стоит… – как бы про себя сказала продавщица.

«Я ей явно не понравился, – подумал Александр. – И Долгорукого не купил, и на упаковке сэкономил. Придет домой, будет жаловаться – что за день, мол, такой, ни одного нормального покупателя…»

Получив пакет с покупкой, Александр облегченно вздохнул и подумал о том, как хорошо бы было сейчас посидеть где-нибудь на террасе за чашкой кофе. Ушедшее, казалось бы, давно и насовсем бабье лето ненадолго вернулось в начале октября – день солнечный, теплый, весь какой-то ласковый. Сегодня так, а завтра осень вновь утвердится в своих правах. Это у Пушкина она «очей очарованье», а в Москве не поймешь что – уныние и слякоть. Очей очарование сегодня – сиди, пей кофе и наслаждайся. Одно только плохо – одному пить кофе скучно. Или все-таки посидеть где-нибудь?

Желания, высказанные и невысказанные, надо всегда уточнять. Иначе коварное провидение исполнит их каким-то извращенным способом, с особым цинизмом сочетая формальное соблюдение просьбы и максимальное отступление от сути. Задумаешься о том, как хорошо бы сейчас уйти в отпуск на две недели и посидеть на даче у камина с книжкой в руках – проваляешься эти две недели с гриппом. Дома, с книжкой в руках, возле электрического камина – почти то, чего хотелось, разве не так? Подумаешь о том, что на вечер нет никаких планов, и слегка из-за этого заскучаешь, так сразу же нагрянут какие-нибудь дальние родственники с Украины. Всем семейством, без предупреждения, с радостной вестью «мы к вам всего на недельку, максимум на две». И никогда не стоит думать о том, что при первом же случае надо сменить старую машину на новую. Случай представится очень скоро, и вердикт угрюмых мужиков в сервисе будет только один: «восстановлению не подлежит».

Александр хотел компании для «посидеть за чашечкой кофе»? Он получил ее сразу же по выходе из магазина. И компанией этой оказалась красивая утонченная женщина, известная актриса и пациентка Вероника Алецкая.

– Александр Михайлович! – ахнула она, отступая на шаг. – Какая встреча! Здравствуйте! А вы, оказывается, интересуетесь антиквариатом?

Выглядела Алецкая замечательно – отечность почти не заметна, глаза блестят, на губах улыбка. Большие темные очки – это, можно сказать, необходимый послеоперационный атрибут. Под кожаной курткой табачного цвета – светло-коричневый облегающий топик, который просто кричит о том, какую красивую грудь он обтягивает, а вельветовые брюки, подобранные в тон куртке, подчеркивают изящество длинных ног. Шею Вероника очень элегантно обмотала полупрозрачным золотистым шарфиком, а на голову надела клетчатую желто-коричневую шляпу с узкими полями. Все, кроме шляпы, Александру понравилось, а больше всего ему понравилось состояние лица Вероники. Сколько там после круговой подтяжки прошло? Три недели с хвостиком, скоро последняя операция, самая легкая из всех – пилинг.

– Здравствуйте, Вероника Николаевна! Простите, не узнал вас сразу. Вы прекрасно выглядите.

– Вашими стараниями, – прочувствованно ответила Вероника. – Только благодаря вам я выгляжу так и очень надеюсь выглядеть еще лучше. Как, однако, приятно вас встретить. Двойная польза!

– Почему двойная? – не понял Александр.

– Во-первых, мне теперь не придется приходить к вам в среду…

– Увы, вынужден вас разочаровать, приходить придется. Если вам неудобна среда, мы можем перенести нашу встречу на другое время.

– Но вы же меня видите! – Вероника сняла очки, оттянула книзу шарфик и замерла на несколько секунд, давая возможность Александру рассмотреть ее получше.

– Вижу, – согласился Александр. – Но между тем, что я вижу, и врачебным осмотром в клинике огромная разница. И еще я должен посмотреть, в каком состоянии ваша грудь.

– В идеальном! – Вероника вернула очки на место и поправила шарфик. – Она мне безумно нравится. Лицо тоже нравится, но грудь – больше. Она именно такая, как мне всегда хотелось, и соски торчат так вызывающе-дерзко. Простите мне мою нескромность, но вы же доктор и это вы сделали мне такую грудь. Раз уж вы настаиваете, я, конечно же, приду к вам в среду, ваше слово – закон. Надеюсь, что хотя бы по второму пункту вы меня не обломаете. Не обломаете, по глазам вижу. Не пугайтесь, Александр Михайлович, речь идет всего лишь о небольшой любезности…

– О какой? – Александр немного насторожился, знал он эти небольшие любезности.

– Пригласите меня в кафе, – легко и непринужденно попросила Алецкая. – Сегодня такой хороший день…

– Да, день неплохой, – согласился Александр, которому еще никогда не приходилось приглашать пациенток в кафе или ресторан. – Я, знаете ли, и сам думал о том, что неплохо бы посидеть где-нибудь, и буду рад, если вы составите мне компанию, Вероника Ни…

– Просто Вероника, – перебила Алецкая. – Давайте всего на час забудем о наших взаимоотношениях и о наших отчествах тоже. По рукам?

– Договорились. – Александр пожал руку Вероники, дивясь тому, как ловко его взяли в оборот. – Только я хотел бы оставить свою покупку в машине.

– Да, конечно, – разрешила Алецкая, не согласилась, а именно разрешила. – Тем более что вы с этим пакетом смотритесь не лучшим образом. Пластиковые пакеты плохо сочетаются с галстуками…

Александр оставил в багажнике и портфель. Нужды в нем никакой нет, прихватил его только для того, чтобы было куда положить большой конверт с фотографиями коллекции доктора Троицкой, да и вдруг черные портфели тоже плохо сочетаются с синими галстуками.

Кафе долго не выбирали – остановились на втором попавшемся, потому что там приятно пахло ванилью и корицей, а в первом не пахло ничем и обстановка была неуютной, бело-хромированной. Летних террас, о которых думал Александр, в конце октября уже не было, но если занять столик у витрины, с видом на улицу, то нетрудно представить, что ты сидишь на террасе.

Вероника заказала капучино и тирамису, Александр, которому совершенно не хотелось есть, ограничился двойным эспрессо.

– Совсем как в детстве, – прокомментировала Вероника и, не дожидаясь уточняющих вопросов, начала рассказывать: – Был у меня в восьмом классе один кавалер, мальчик по имени Вадик, так он водил меня в кафе, угощал мороженым, а себе брал какао. Врал, что не любит мороженого, но на самом деле экономил. А я все удивлялась – ну как можно не любить мороженого?