Мой лучший враг - Эли Фрей

– Не хочешь поздравить меня с днем рождения? – его насмешливый голос неприятно резанул слух.

Я покачала головой.

– Нет ни малейшего желания.

Пламя потухло. Мы оказались в темноте. Стас снова чиркнул зажигалкой.

– Очень жаль, – усмехнулся он. – А я так надеялся. Я не хотела принимать его игру.

– Зачем ты пришел, Стас?

Он немного помолчал. Потом ответил с теплотой в голосе:

– Стас… Уже года три я не слышал, как ты обращаешься ко мне по имени. Ты произносишь его как-то по-особенному. Растягиваешь последние буквы. А и эс. Как будто не хочешь заканчивать мое имя. Не хочешь расставаться с ним.

Я сглотнула. Он издевается надо мной?

– Зачем ты пришел, Стас? – повторила я, пытаясь резко обрубить его имя в конце. Но мой голос дрогнул. Стас это почувствовал. Сквозь желтое пламя зажигалки я разглядела его улыбку. На удивление, это не была акулья улыбка. Он улыбался тепло и искренне. Я отвела взгляд, чтобы не видеть эту улыбку.

– У меня полный дом алкоголя и блондинок. Но я здесь. Странно, да? – спросил он.

– Действительно, странно.

– Ха! Конечно, я не один. Кое-кого я притащил с собой.

– Надеюсь, не блондинок? – съязвила я.

– Нет, моего друга Джека, – он достал из-за спины прямоугольную бутылку.

Открутил крышку и протянул мне. Я с подозрением посмотрела на него.

– Успокойся, это не яд. Бери, согреешься.

– Сначала ты. Он засмеялся.

– Обычно я не пью. Ты не представляешь, что алкоголь способен сделать с психопатом вроде меня. Хорошо, я сделаю глоток, но беру назад свое обещание не трогать тебя.

Я поежилась от холода. Или страха?

Он сделал глоток. Протянул бутылку мне. Я отпила. Обжигающая жидкость потекла по пищеводу. Я отдала бутылку назад. Стас внимательно посмотрел на меня. Молчание угнетало. Я не выдержала и выдала ему:

– Что происходит между нами?

– Между нами? – Стас очень удивился. – Мы враги, и только-то.

– Что тебе нужно от меня, Стас? Почему ты не можешь оставить меня в покое? Чего ты добиваешься? Почему все время выслеживаешь меня? Мне надоело все время убегать. Надоели эти твои игры, смысл которых я не понимаю.

Он усмехнулся.

– А ты как-нибудь остановись. Перестань убегать, тогда и узнаешь все.

Я не нашла, что ответить на это.

– Смотрю, у тебя новая компания, – продолжил он. – Не самая подходящая для тебя.

– Изгои объединяются. Нас может стать очень много. Не боишься, что скоро нас станет так много, что мы сможем дать отпор?

В ответ он снова усмехнулся.

– Нет. Вы объединились в свою жалкую стайку только потому, что я позволил вам. Я управляю вами, дергаю за ваши ниточки. И мне это чертовски нравится. Давай не будем говорить про это, ладно? Не самая приятная тема для такого праздничного дня. Лучше расскажи о своей жизни. Я ничего не знаю о тебе.

На этот раз усмехнулась я.

– Хм. Моя жизнь… Все время, как таракану, приходится убегать от огромного ботинка, чтобы меня не сплющило в лепешку.

Он хмыкнул.

– Нет. Я имею в виду вообще. Как ты живешь? Как поживают твои родители? Как бабушка с дедушкой?

Он спрашивал с такой учтивостью, как будто действительно беспокоится обо мне. От этого притворства мне стало не по себе.

– Какой-то глупый разговор у нас получается. Я не хочу его продолжать. Уходи.

Он немного помолчал, прежде чем ответить.

– Ладно, я пойду. Там мои гости. Нехорошо заставлять гостей ждать столько времени.

Но вместо того чтобы уйти, он сделал шаг в мою сторону. Сердце екнуло. И еще один. Я стояла на самом краю, отступать было некуда.

– Но мы ведь увидимся еще? – спросил он, приблизившись близко-близко. Я почувствовала тепло его тела.

Я ничего не ответила. Я словно окаменела. Прошипел с издевкой:

– Мы обязательно увидимся. Я буду ждать нашей встречи. Он дотронулся до моих волос. Мягко прошептал:

– Сейчас зима, но ты пахнешь солнцем. Ты всегда пахла солнцем. Как же я скучал все это время. По твоим волосам. По твоему запаху.

– Зачем? Зачем ты приходил? – прошептала я, вложив в свой голос всю боль.

– Я просто хотел на несколько минут вернуться в детство, и только-то. Для того чтобы окончательно не сойти с ума, – ответил мне его шепот. Он горячо поцеловал меня в волосы.

Он подошел к краю, но прежде чем спрыгнуть с крыши, обернулся и спросил:

– Если бы была возможность, ты бы исправила то, что разрушила?

Он спрыгнул и ушел прочь, не дождавшись ответа.

Я еще долго стояла на крыше, застыв, как каменная статуя, и чувствовала жар от его поцелуя.

Мне хотелось кричать. И биться о стены. И разносить все вокруг. И кричать, кричать, кричать.

Снится ли тебе кролик, Стас?? Кролик, который был твоим другом. Преданным другом. Кролик, которого ты задушил детской резиночкой. Снится ли он тебе? Слышишь ли ты по ночам его писк?