Врата жизни - Брэм Стокер

После ужина Гарольд сразу вернулся в свою каюту и прилег на диван. На него накатила волна тягостных воспоминаний – естественная реакция, как обратное качание маятника после всех треволнений дня.

Кто-то осторожно постучал в дверь. Открыв, Гарольд увидел мистера Стоунхауса, который заговорил с порога:

– Я пришел к вам по поводу своей дочери, – он остановился, потому что голос предательски дрогнул.

Гарольд испугался, что на него обрушится новый поток благодарностей, а потому поспешил ответить, не дожидаясь продолжения:

– О, умоляю вас, ничего не говорите! Я был только рад, что мне выпала честь оказаться полезным. Надеюсь, малышка хорошо себя чувствует после этого… приключения?

– Поэтому я и зашел, – сказал мистер Стоунхаус. – Мы с женой, действительно, благодарны вам и не хотели бы докучать. Но дочка после всего пережитого сильно испугалась и зовет вас. Мы пытались успокоить ее, но тщетно. Она проснулась и наотрез отказывается улечься снова, пока не увидит вас. Она все зовет «дядю», который придет и поможет ей. Мне ужасно неловко, я представляю, как вы устали. И вам надо согреться и отдохнуть, но если бы вы смогли…

Гарольд прервал его жестом и просто сказал:

– Конечно, я пойду. Если я еще что-то смогу сделать, меня это искренне порадует. Перл – прелестный, добрый ребенок. Я поражен ее терпением и волей к жизни, мало кто смог бы перенести такое испытание.

– Вы должны все подробно рассказать мне и ее матери, – вздохнул мистер Стоунхаус, и они вместе отправились к маленькой Перл.

Когда они подошли к каюте, сразу услышали за дверью детский голос, громкий и почти пронзительный:

– Где дядя? О, где же дядя? Почему он не приходит? Он сможет меня спасти! Я хочу видеть дядю!

Как только дверь открылась и девочка увидела Гарольда, панический тон сменился возгласом радости. Перл потянулась навстречу молодому человеку, и он принял ее из рук матери. Девочка прижалась к его груди, поцеловала в щеку и погладила маленькой ручкой по лицу, словно хотела убедиться в его реальности. Потом она положила голову ему на плечо, вздохнула, и мягкий, глубокий сон охватил ее, словно туман, в котором расплываются контуры. Гарольд присел, удерживая ребенка на руках. Миссис Стоунхаус укутала девочку теплой шалью и села рядом. Отец и няня стояли у дверей, с тревогой глядя на происходящее.

Через некоторое время, когда показалось, что девочка уснула, Гарольд осторожно встал и положил ее в кроватку. Но стоило ему выпустить ее из рук, она проснулась с криком. В распахнутых глазах стоял ужас. Перл вцепилась в руку юноши и проговорила между рыданиями:

– Не оставляй меня! Не оставляй меня! Нет, нет!

Гарольд был искренне тронут, он подхватил малышку и проговорил:

– Нет, милая, я не собираюсь оставлять тебя! Посмотри мне в глаза, обещаю, что буду рядом. Все будет хорошо. Ты мне веришь?

Она быстро взглянула ему в лицо, кивнула и снова опустила голову ему на плечо, а затем прошептала:

– Да, я больше не стану бояться. Я верю тебе, дядя!

Миссис Стоунхаус хотела помочь юноше, который так много сделал для ее ребенка и теперь продолжал заботиться о Перл.

– Милая, хочешь сегодня спать с мамой? – предложила она, чтобы отвлечь девочку и освободить молодого человека. – Мистер… дядя, – он бросила на Гарольда извиняющийся взгляд, – дядя останется с тобой, пока ты не заснешь.

Но девочка решительно тряхнула головой и упрямо заявила:

– Нет, я буду спать с дядей!

– Но, дорогая, – проговорила шокированная мать. – Он ведь тоже хочет спать.

– Но, мамочка, он же тоже может спать! Я буду вести себя хорошо и лежать тихо-тихо. Но я не усну, если он меня отпустит. Я так боюсь, что меня проглотит море! – и она еще крепче вцепилась в Гарольда.

– Вы не будете возражать? – растерянно спросила миссис Стоунхаус у Гарольда, а заметив понимание на его лице, рассыпалась в благодарности, смахивая слезы. – О, вы так добры к нам!

– Тише, тише, – кивнул Гарольд, а потом он обратился к Перл, стараясь быть мягким и убедительным. – А теперь, милая, пришло время, когда хорошие маленькие девочки ложатся спать, особенно если перед этим у них был… эээ… интересный день. Сейчас тебе помогут надеть пижаму, а потом я вернусь и возьму тебя с собой. А мама с папой заглянут к нам и посмотрят, какая ты молодец, и как славно засыпаешь.

– Не задерживайся! – встревоженно сказала девочка, позволяя ему, наконец, отойти в сторону.

Она доверяла дяде, но страх часто бывает сильнее разума.

Через несколько минут Гарольд вернулся, Перл была облачена в пижаму и халатик, закутана в теплую мамину шаль. Она протянула руки к Гарольду, и он снова подхватил ее.

Каюта Стоунхаусов состояла из нескольких комнат и выходила в широкий коридор, в двух шагах от салона, и мимо проходили пассажиры, которые хотели укрыться от дурной погоды. Когда юноша вышел в проход с девочкой на руках, к ним обернулось множество любопытных лиц, женщинам особенно хотелось взглянуть на малышку, привлекшую всеобщее внимание, сказать ей что-нибудь. Все были добры и настроены дружелюбно, и Гарольд не мог просто проигнорировать их и пройти дальше. Он замедлил шаг, и за ним потянулась вереница доброжелателей. Среди них с трудом пробирались мистер и миссис Стоунхаус и няня девочки. Так что простой переход из каюты в каюту превратился в настоящую процессию.

Когда посторонние ушли, Гарольд и Перл остались в сумраке его каюты – заботливая мать приготовила ночной светильник в сосуде с водой возле кровати. Гарольд долго лежал без сна, мысли его были далеко от корабля и свежих событий.