Синдикат - Дина Рубина

Вчера приходил Миша Гребняк, руководитель ансамбля«Московские псалмопевцы». Голоса у них прекрасные, несколько человек поют вБольшом, и по сути дела они сегодня единственные, кто профессионально изучает иисполняет древнюю еврейскую литургию. Разумеется, все это делается за трикопейки. Миша долго сидел, рассказывал о страшном рабстве этих замечательныхмузыкантов. Они кочуют «от крыши к крыше», и каждый хочет только нажиться Наних. В прошлом году их взял на содержание менеджер Яник Коцкий, возил нагастроли в Польшу. Передвигались на старом, разваливающимся на каждом поворотеавтобусе, нанятом Яником опять-таки за три копейки. Еда была: батоны и банкишпрот. Так они и колесили по Польше с концертами. Принимали их прекрасно, онинеплохо (впрочем, неизвестно точно — сколько) заработали; деньги брал себеЯник, билетами торговала его баба.

В последний день ребята пошли прогуляться по Варшаве, купитьсувениры, подарки домашним. Разумеется, потратили все, выданные Яником, гроши.Когда вернулись к автобусу, выяснилось, что Коцкий со своей блядью забрали вседеньги и улетели в Москву самолетом.

Усмехаясь и позвякивая ложечкой в чашке с чаем, Мишарассказывал, как они добирались домой через Польшу, — без денег. У нихоставались еще консервы, они меняли их на солярку, две банки за ведро… В двухгородах, уже почти на границе, пели на улице, собрав немного денег. А то бы недобрались.

— А в этом году нас взяли под себя Фира Ватник, ну иКлещатик. Вы ведь знаете Эсфирь Диамант?

— Ой, да, — сказала я. — Говорят, онасодержит несколько ансамблей?

— Это один ансамбль. «Русская затея».

— Русская? — усомнилась я. — Затея?!

— Ну да, — понимающе улыбнулся Миша. —Ансамбль многопрофильного назначения. Затеи там, в зависимости от аудитории.Костюмы ведь и переодеть можно. Так что Фира всю Москву держит в ежовыхшароварах. Куда ни глянешь — всюду она со своим — «Скажи мне душевное слово…»

Да, я уже видела на каком-то концерте этот ансамбль Фиры.Танцоры высыпали на сцену из-за обеих кулис, высоко задирая колени в украинскихшароварах, гикая и придерживая ермолки на головах. Этот танец, если неошибаюсь, был объявлен, как «Еврейская плясовая»…

— Ну и мы подпеваем, — грустно добавилМиша. — Но Фира хотя бы платит.

— Сколько же? — полюбопытствовала я.

— Восемьдесят баксов.

— За концерт?

— Что вы! В месяц.

— Но ведь это рабство, Миша, настоящее рабство!

— Да, — согласился он. — А что делать?

— А при чем тут Клещатик? — спросила я. — Ончто, и в эстраде заправляет? Может, он и поет?

Миша удивленно на меня уставился.

— Ну да, и поет… — сказал он. — Дуэтом. А вы развене слышали?..»

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

К двенадцати Яша с Изей явились на Тверскую. До этого оничаса два сидели в ресторане «Гараж», тихонько потягивая джин с тоником иготовясь к мероприятию. Яша, честно говоря, беспокоился. Как прикажетерапортовать иерусалимскому начальству? Где проходила работа с молодежью? Какобозначить место?

— Да о чем ты, ей-богу, колготишься! — удивлялсябеззаботный Изя. — Ну, обозначим, как Клуб. Молодежный клуб по интересам.

— По каким интересам? — напирал добросовестный идотошный Яша.

— По профессиональным, — отмахнулся Изя.

Казино «Голубая мантия» издалека заливалопразднично-рождественским светом окрестные дома и переулки. Густая сетьэлектрических гирлянд, широко простертых над подъездом, чуть заметноколыхалась, гнала волны голубых и желтых огней, выкатывала зазывку «Оторвись пополной!» и на мгновение вновь скатывалась в рулон. Это напоминало школьнуюсамоделку «бумажный язык», которую мы все мастерили и выдували на уроках. Нет,все же, что ни говорите, подумал Яша, а весь этот Праздник огней создает в душечто-то такое… веселящее такое, играющее…

И вот с таким веселящим и играющим в душе они прошли мимодвух неприметно дежурящих у входа охранников. Внутри им приветливо улыбнулисьдве девушки и молодой человек, выставленные, надо полагать, Серегой. Да и самон мелькнул наверху широкой полукруглой лестницы с золочеными перилами, помахалим рукой и крикнул что-то приглашающее, они не расслышали, — играламузыка, довольно приятная. Они поднялись на второй этаж, в небольшое фойе сигральными автоматами.

— Место приличное, — оглядевшись, отозвалсядовольный Изя. Яша пока что помалкивал. Хотя, конечно, зеркала, недешевые коврына полу и приглушенные светильники на стенах создавали доверительный настрой…

— Глянь-ка, — сказал Изя, кивнув куда-то вприятный полумрак.

Яша всмотрелся и увидел за огромным стеклом кого-токопошащегося, двух каких-то смутных толстячков.

— Да это же пингвины, бля!

— Как — пингвины? — поразился Яша.

Они подошли ближе, вгляделись: да, парочка пингвинов унылоперетаптывалась за стеклом в маленьком загоне.

— А чего это они такие… пятнистые, старик? —спросил сердобольный Яша, которому сразу резко не понравилось это мучительствоблагородных арктических (или антарктических?) животных. — И как это онитут… существуют… без льдины, там, без снега…

— А это вид такой, — пояснил Изя, у котороговсегда находился простой человеческий ответ на любой вопрос. — Такие, вот,степные пингвины… Ну, брось их, на хрен, сынок, пошли, жрать хочется…

Надо отдать Сереге должное: наглядные пособия Синдиката непропали втуне: из каждого угла, за каждым поворотом лестницы выглядывали флажкии заставки, на журнальных столах и тумбочках красивым веером были выложеныброшюры «Свет Завета»… В ресторанном зале разносили подносы официанты сприцепленными пейсами. В каждой пепельнице торчал флажок Израиля.

— Послушай… — пробормотал Яша, усаживаясь за стол, кудаих провел молодой и какой-то напористонежный человек во фраке, — а неслишком ли все это… опереточно выглядит?

— Ты что, сынок! — удивился Изя, который былнастроен сегодня отдохнуть как следует вдали от начальства. — Варьете!Элитный клуб, бля! Ты что ждал — конференции, доклада о Восхождении! Или самхотел лекцию прочесть? Оглянись — все честно, все по нашей теме… Ну-к,расслабься. Оторвись по полной!..

Началась культурная программа. На сцене ведущий — молодойчеловек с длинными пейсами, но в каких-то, подозрительно обтягивающих ноги,лосинах, объявил, что сегодняшний вечер тематически связан с маленькой странойна Ближнем Востоке, чей народ веками… ну, и так далее…

— Сынок, — спросил Изя официанта, — апокрепче можно чего попросить?

— А как же, хани! — пейсы болтались на нем, едване попадая в бокал.

— Тогда, притащи нам для начала виски…

— …и в продолжение нашего ревью, — объявлялжеманный ведущий, — вы получите возможность послушать ведущих мастеровэстрады, а также полюбоваться красочным эротическим шоу профессионалов снепроизвольным участием любителей…