Агробление по-олбански - Ильдар Абузяров

– Вот уж поистине неожиданно, – искренне удивилась дикторша. – Скажите, Башим-бей, откуда у вас такая информация? Или, может быть, это не информация, а домыслы?

– Лучше бы вы направили стрелы своей иронии в другую сторону. Все уже знают из итальянских газет, что американский президент на днях назначил на пост директора ЦРУ Джорджа Тенета, до этого господин Тенет занимал пост замдиректора и был человеком весьма влиятельным в разведке. Но мало кто слышал, что Джордж Тенет – наш земляк по происхождению. Да-да, не улыбайтесь, отец Тенета родился в городке Химара. Это примерно в 40 километрах к юго-востоку от городка Влера, который стал эпицентром восстания обманутых вкладчиков. Мы сделали запрос и теперь точно знаем, что в молодости Тенет эмигрировал в Грецию, а за последнее время, по крайней мере четырежды, побывал в Албании. Все это имеет документальные подтверждения. Все до последнего слова.

– Ну, хорошо, уважаемый Башим-бей. Предположим, все, что вы рассказали, – правда. Но будьте любезны, ответьте мне: какой интерес у США в такой маленькой и бедной стране, как наша? Ведь, я думаю, вы не будете отрицать, что сегодня Албания – банкрот?

– Наша маленькая страна интересует Америку не только из-за запасов никеля и хрома. Хотя, если откровенно, мы не в курсе плана действий США, а что касается лично Тенета, то мне, работающему в схожем ведомстве, не надо объяснять, почему выходец из Албании, достигший ранга замдиректора ЦРУ, обязан интересоваться ситуацией на своей бывшей родине. Иначе он просто профнепригоден.

– Уважаемый Башим-бей, мне не простят радиослушатели, если я не спрошу, каким образом, по-вашему, ЦРУ организовало этот народный мятеж.

– А вы что, сами не видите? Схема совершенно ясна. Создать на ввезенном небольшом капитале финансовые пирамиды, выкачать все деньги у населения и государства. А потом все разом обвалить.

– Хорошо, и последний вопрос: что вы как шеф секретной полиции намерены предпринять?

– Мы в очень трудном положении, но если меня не уберут, мы попытаемся выбраться из него с достоинством. Потому что нет такой ситуации, из которой невозможно было бы выбраться с достоинством.

– А если вас уберут?

– Значит, все, что я вам сказал, – правда.

Эфир прервали, и Петр понял, что этот эфир – старая кассетная запись. Потому что пленка порвалась и звук поплыл.

– Вранье все это, – сказал Петру старик с соседней лежанки. На старике была маленькая мусульманская шапочка, так похожая на ледяные макушки северных гор.

– Вы думаете? – спросил старика парень, оторвавшись от своей девушки.

– Греко-православное лобби здесь ни при чем. Во всем виноваты мы сами. Да еще, пожалуй, бекташи и масоны. Три светила созвездия «Дева» в августе образуют над «федеральным треугольником» Вашингтона свой треугольник. Аккурат они зависают над Капитолием, Белым домом и Федеральным судом. Когда два треугольника начинают тереться друг о дружку, происходит взрыв и коллапс. Потому что внутри вашингтонского треугольника Министерство торговли, ФСБ, Налоговое управление, Почтовое ведомство. Это они, финансовые институты прожорливой бабы США, кинули мир и сожрали все сбережения и накопления. Из-за них финансовый кризис в кошельках всех министров финансов.

– При чем здесь масоны? – не понял Башим-бей, который прятался тут же в бомбоубежище. Видимо, от своих убийц. Боялся, что за его откровения Америка на Албанию кинет атомную бомбу. А сообщение передавали по радио «Тирана» в записи.

– Треугольник – символ масонства. Усеченная пирамида с оком даже на долларе США, за которым сейчас все гоняются, как за манной небесной. Эта пирамида под всевидящим оком и сожрала всю нашу финансовую систему. Большая Дева над Вашингтоном разогрела аппетиты, надула гигантский финансовый пузырь, а из нашего лея сделала бумажные кораблики и сплавила их по ручью. Теперь США, кровь из носа, нужна какая-нибудь война, чтобы Большая Дева продолжала свои траты.

– А я думаю, почему она так бесится? Она же дева, вот и не удовлетворена! – вслух подумал Петр, представляя, как ненасытная большая женщина, закутавшись в банно-махровый халат неба, от «нечего делать» пускает мыльные пузыри по миру.

– Точно, эта дева высечена кругом в Вашингтоне и даже на памятнике Вашингтону и Джеферсону, которые и создавали Вашингтон с долларом.

Петр наметанным глазом уже определил, что старик был с севера – то есть гек, приверженец традиционного суннитского ислама.

– А кто такие бекташи? – спросил парень.

– Бекташи вместо единого Бога принялись верить в троицу – Аллаха, Мухаммеда, Али, начали поклоняться Али и двенадцати шиитским имамам. А главное, бекташи не видят ничего плохого в ростовщичестве, как не видят ничего плохого в вине. Почти все пирамиды принадлежат сейчас бекташи. Что это такое, – развел с досады руками старик, – не читают намаз.

– Они и раньше здесь жили, а после того, как в 1826-м султан Махмуд II запретил этот орден у себя в Турции, они стали потихонечку перебираться в Албанию.

– Дедушка, как вас зовут? – опять оторвался парень от девушки. Сам он был с юга.

– Гейдар.

– Вы ведь, дедушка, с севера, то есть гек.

– Да, я с севера.

– Так нехорошо про своих соседей с юга, тосков и бекташей, плохо отзываться за их спиной.

– Какие бекташи и тоски! Они же чукчи, – дедушка аж заикался, – чухонцы, чуки!

Дослушав спор, парень вернулся к сексу. На людном месте. Наверное, он тоже был из бекташи. Духом.

А пока они спорили (трахались), Петр думал о Большой Женщине из-за которой, по его мнению, и разразилась финансовая буря. Кто она – Россия или Америка. Какое им должно быть дело до маленькой Албании. Почему из-за них должна страдать его маленькая Албания?