Что может быть лучше? - Михаил Армалинский

Через несколько минут мы одновременно почувствовали, что проголодались, и пошли в ресторан перекусить.

– Хочешь, я устрою тебе редчайший аттракцион? – спросила Мэри, промокая салфеткой себе между ног, когда мы уже заканчивали десерт.

– Конечно, хочу.

– Помнишь, я помахала смотрителю за слонами?

– Помню. И он помахал тебе в ответ.

– Это Дан, мы с ним познакомились прошлым летом, когда я здесь работала. Мы сейчас пойдём к нему.

– Куда к нему? В слоновник?

– Точно.

– И что мы там будем делать?

– Всё узнаешь в своё время.

Мы пришли к служебному входу в слоновник. Мэри постучалась в дверь, и Дан вышел к нам. Мэри представила меня ему, и я сразу понял, что они еблись. То, как он на неё смотрел, и то, как она избегала смотреть ему прямо в глаза, было безошибочным признаком. После нескольких общих фраз Мэри попросила Дана:

– Покажи ему аттракцион.

Дан отрицательно покачал головой.

– Я гарантирую, ему можно доверять.

Дан повторил отрицательный жест.

Мэри извинилась передо мной, отвела Дана в сторону и стала что-то убедительно говорить, взяв его плотно под руку. Тот что-то ответил голосом, будто он ставил условие. Мэри ответила с похотливыми интонациями.

– Мы сейчас придём, – сказала она громко Дану, и тот ушёл обратно в слоновник.

Мэри подошла ко мне, взяла под руку теперь меня и прижалась ко мне бедром.

– Только это большой секрет.

– Можешь не волноваться, во мне много секретов сидит, никем не виденных и не слышанных.

– Хорошо. Дан и я были вместе в прошлом году, но мы расстались мирно и… он не страдает. Я – тем более.

Мэри сделала паузу и выдала главное:

– Видишь ли, Дан научил слона отсасывать хуй.

– Слон сам себе сосёт? – поразился я.

– Нет же, слон сосёт Дану.

– Как это?

– Он говорит, что это даже получше, чем я. Короче, я уговорила его, что он сделает так, чтобы слон отсосал тебе. Если ты, конечно, хочешь.

Я плохо представлял, как это возможно, но сразу согласился.

– Я знала, что ты захочешь, – обрадовалась Мэри. – Пошли.

Она уверенно распахнула дверь в слоновник, и мы вошли в вонючее помещение. Там был коридор, в котором открылась дверь и оттуда появился Дан, он поманил нас, и мы вошли в как бы прихожую, отделённую толстыми прутьями от загона, в котором маячили два слона.

Мэри осталась позади, а Дан подошёл к решётке, и с другой стороны сразу подошёл слон. Он просунул хобот сквозь прутья и вдыхал ноздрями запах Дана, как бы ощупывая его. Дан расстегнул ширинку и вытащил член, который уже стоял. Хобот слона сразу опустился на него, и член исчез в одной из двух ноздрей. Слон стал умело дрочить, двигая хоботом.

Дан вытянул хуй из сосущей ноздри хобота – слон явно не хотел его выпускать. Дан ещё не успел кончить, и хуй его стоял, красный и мокрый. Он быстро запрятал его в джинсы и застегнул ширинку.

– Ну, – повернулся он ко мне, – хочешь попробовать слона?

Я быстро вытащил хуй, который у меня ещё не был твёрд, но хобот сразу переместился к нему и так смачно засосал в свою левую дырку, и так в ней было жарко и плотно, будто это была пизда девственницы. Я почувствовал, что внутри хобота происходит мокрое движение вверх и вниз, и ещё он как бы жевал меня беззубым ртом. Я так увлёкся небывалым ощущением, что не заметил, как Дан отошёл назад. Необычность ситуации и то, что я недавно кончил с Мэри, заставило слона потрудиться, но хобот привык и не к таким тяжёлым работам. Ощущения во многом напоминали дойку, которую совершала Мэри, но всё-таки не вполне. Я следил за этой серой волосатой кишкой, доставляющей мне огромное наслаждение, и пытался представить, скольких усилий стоило Дану так выдрессировать слона. Когда я всё-таки кончил, хобот сразу отпустил меня и слон забросил его в рот, явно проглатывая мои капли, которые поистине были каплями в море.

Когда я очнулся и, спрятав хуй, повернулся, Дана и Мэри не было. Они вышли, но явно не из деликатности, оставляя меня наедине с хоботом. Я был уверен, что они где-то ебутся. Но прежде всего мне хотелось ополоснуть член после этих животных контактов. Я повернул за угол коридора и увидел Дана, стоящего у двери туалета. Я подошёл к нему и спросил: где Мэри? Он кивнул на туалет. Тут я услышал поток спущенной воды в унитазе и из туалета вышла Мэри с возбуждённым лицом.

– Ну как? – спросила она меня. – Понравилось?

– Весьма интересно, – сказал я, – сейчас поговорим, но я хочу сначала ополоснуться.

Я зашёл в туалет, открыл воду, настроил нужную температуру и ополоснул хуй, не сомневаясь, что, пока слон ублажал меня, Дан ублажал Мэри и скорей всего в этом туалете. Но меня это не особенно волновало, и я не хотел уличать их или тем более устраивать сцен.

– Как тебе удалось их так вымуштровать? – спросил я Дана.

– С помощью желания восполнить отсутствие Мэри, – сказал он, ухмыляясь.

Мэри польщённо расхохоталась.

– А кто это был – слониха или слон? – спросил я.

– Они оба умеют, – сказал Дан, не отвечая на мой вопрос.

Я сам просто не успел разглядеть и, признаться, забыл о половых признаках слона, которые для меня в то время сосредоточились в хоботе.

– Ну, мы пойдём, – засобиралась Мэри.

– Спасибо за развлечение, – поблагодарил я Дана.

– На здоровье – это Мэри надо благодарить, – скромно и многозначительно сказал Дан.

– Я и благодарю, – подтвердил я, повернувшись к Мэри и обнимая её за плечи.

– И я благодарю, – вслед за мной повторил Дан, в упор глядя на Мэри.

Мы шли к моей новой машине. Я предвкушал, как мы снова окажемся в её свежепахнущем комфортабельном нутре. Отыскав машину на стоянке, я ускорил шаги в её направлении. Мэри жалась ко мне.

– Расскажи, где лучше, в хоботе или во мне? – спросила Мэри, когда мы выезжали со стоянки зоопарка.

– Конечно, в тебе, – сказал я.

– А Дан говорит, что ему лучше – в хоботе.

– Это он из ревности, – утешил я Мэри.

Начинало темнеть, я включил фары. Панель управления сияла таинственным светом, который я впервые видел в своей новой машине. Огромное количество светящихся циферблатов напоминало панель управления в самолёте. Из радио лилась кисло-сладкая музыка.

По мере приближения к дому Мэри у неё начало портиться настроение. Это стало заметно по тому, что она отстранилась от меня и сидела обособленно, будто мы и не были знакомы.

– Что с тобой? – спросил я из вежливости, но без всякой надежды, что я узнаю и тем более пойму причину её отстранённости. Я давно уже принял решение не выяснять с женщинами отношений, а просто выжидать, когда они сами выйдут из своих лабиринтов недовольств и претензий.