Доктор Данилов в Склифе - Андрей Шляхов

— Прикручен, — согласился лысый. — Спасибо, у меня больше вопросов нет.

— Вот и хорошо.

Данилов вышел в коридор следом за ним и направился в смотровую, на свой, так сказать, боевой пост. Сидеть в ординаторской ему не хотелось.

В кармане халата запищал мобильный. Прежде чем ответить, Данилов взглянул на дисплей и удивленно присвистнул. Звонил Рябчиков, рентгенолог из двести тридцать третьей поликлиники.

— Здорово, дружище! — сказал Данилов. — Сколько лет, сколько зим…

После его ухода из поликлиники они виделись всего лишь однажды.

— Привет светилам токсикологии, — ответил Рябчиков. — Вот, решил узнать, как твои дела. А то пропал, как в воду канул…

— Быт заел напополам с работой, — повинился Данилов. — А дела нормально. Дежурю вот.

— Тогда я позвоню тебе завтра…

— Не беспокойся, пока у меня есть время для разговора. — Данилов уселся за стол в смотровой. — Как ты? Все там же?

— Да, пока все там же. Слушай. Мне все-таки неудобно отвлекать тебя на дежурстве, может, мы встретимся на днях и пообщаемся?

— Да хоть завтра, — ответил Данилов. — Ты завтра в какую смену?

— В первую.

— Вот и хорошо. Я отдохну после дежурства и в половине четвертого буду ждать тебя в нашей любимой чебуречной.

— Давай лучше к четырем.

Данилову показалось, что Рябчиков был чем-то взволнован. Ему было свойственно волноваться по каким-нибудь пустячным или надуманным поводам.

— Вова, а тебе никогда не доводилось участвовать в пижамных вечеринках?

— Нет, а что? — О пижамных вечеринках Данилов слышал первый раз в жизни.

— Да нет, ничего. Это я так, спросить. Пока, до завтра…

Рябчиков отключился.

— Вы не в курсе, что такое пижамная вечеринка? — спросил Данилов у вошедшей в смотровую Маши.

— Сегодня какой-то день дурацких вопросов! — Маша картинно схватилась за голову. — Сначала наркоконтроль, потом вы, Владимир Александрович… Извините…

— Да ничего, — не стал обижаться Данилов. — Если эта тема вам неприятна, замнем ее.

— Да нет, я просто удивилась. — Маша присела на край стола, за которым сидел Данилов. — Пижамная вечеринка – это новомодное развлечение офисных девушек бальзаковского возраста.

— Только девушек? — уточнил Данилов. — Или мальчиков тоже?

— Исключительно девушек! — отрезала Маша. — Пижамная вечеринка – это возвращение в розовое сопливое детство. Какие тут могут быть мужчины? На пижамных вечеринках тетеньки переодеваются в пижамы, жрут мороженое и попкорн, смотрят фильмы, дерутся подушками и занимаются прочей фигней. Потом все вповалку укладываются спать на полу в обнимку со своими плюшевыми мишками или хорьками, у кого что осталось с детства…

— А почему на полу? — удивился Данилов. — В этом есть какой-то смысл?

— Чтобы вечеринка удалась, в ней должно участвовать хотя бы пять человек. И спать положено в одной комнате, типа в детской. Если, конечно, все поместятся на кровати – то пожалуйста, это смотря какая у кого кровать. А вопрос можно?

— Нужно, — разрешил Данилов.

— С чего это вы, Владимир Александрович, пижамными вечеринками заинтересовались?

— Да так, сейчас позвонил один друг и спросил, не участвовал ли я в пижамных вечеринках…

— Продвинутые у вас друзья! — оценила Маша. — Респект!

— Принимайте отравление! — раздалось с порога.

— Вы бы хоть раз внематочную беременность привезли или инфаркт! — пошутила Маша, выходя навстречу врачу «скорой».

— Вы все шутите… — неодобрительно ответил тот и посторонился, пропуская вперед парня, одетого в спортивный костюм и шлепанцы-вьетнамки. — Садитесь сюда, сейчас доктор вами займется…

— Диагноз? — спросила Маша и протянула руку за сопроводительным листом.

— Отравление нитратом стрихнина. Суицид. — Кроме сопроводительного листа Маша получила паспорт пациента и его полис обязательного медицинского страхования. — Выпил десять ампул нольоднопроцентного раствора.

— Откуда взяли стрихнин? — спросил Данилов, подходя к кушетке, на которую сел парень. — Вы медик?

— На лекарственном складе работаю, — глядя куда-то в сторону, ответил несостоявшийся самоубийца.

— Компания «Проток-фармацевтика», — добавил врач «скорой». — Слышали, небось?

— Слышал, — ответил Данилов. — Известная фирма. Что сделали, коллега?

— Желудок промыли, дали активированный уголь и привезли.

— Десять ампул – это довольно много, — вслух подумал Данилов. — Один грамм…

— Он позавтракал как следует, а потом уже заперся в ванной и начал пить стрихнин. Мать вломилась за ним. Увидела ампулы и сразу нас вызвала. Я думаю, что ничего не всосалось толком…

— Жалобы есть? — спросил Данилов. — Например, на тошноту или судороги?

— Как же тут не будет тошноты после этой садистской процедуры? — окрысился парень. — Вам когда-нибудь желудок промывали?

— Я понимаю, что это неприятно, — согласился с ним Данилов. — Но что поделать, сами ведь напросились. Зачем надо было пить стрихнин?

— Затем… — Парень демонстративно отвернулся и попытался изобразить отсутствие интереса к происходящему.

— Оставляйте, — сказал Данилов. Врач получил даниловский автограф и ушел.

— Раздевайтесь, пожалуйста.

— Для чего?

— Для осмотра.

— Нечего меня смотреть! Дайте подписаться, где там у вас положено, и я уйду!

Парень по-прежнему глядел куда-то в угол.

— Отпустить я вас не могу, — мягко сказал Данилов. — Вы совершили попытку самоубийства и подлежите обязательной госпитализации.

— Где это написано?

— Если я покажу вам соответствующий приказ, то что от этого изменится? Разденьтесь, пожалуйста, я вас осмотрю и отправлю в отделение.

— Если вам нечего делать, осмотрите свою сестричку! — заявил непокорный пациент. — У нее есть на что посмотреть и что пощупать!

— Каз-з-зёл! — обиделась Маша, заполнявшая титульный лист истории болезни.

— Спокойствие, только спокойствие, — предостерег Данилов, — молодой человек нервничает, это закономерно. Не каждый же день выпадает с жизнью прощаться, а потом в больницу ложиться. Давайте будем благоразумны…

— Вам надо – вы и будьте! — ответил наглец, не меняя позы. — Если девочки не интересуют, разденьте бычару, который у вас дверь сторожит, чтобы не убежал!

— Маша! — Данилов повернулся к медсестре. — Вы не хотите подышать свежим воздухом?

Понятливая Маша тут же встала и вышла. Данилов сел на кушетку рядом с парнем и также дружелюбно сказал: