Идеальная - Сара Шепард

- И свою подружу возьми тоже, - согласилсяМайк с голодным выражением глаз.

- И чувствуйте себя с нами свободно.

У нас очень широкие взгляды.

- Я даже могу вернуть фото-кабинку для тебя, -предложил Ноэль, подмигивая Эмили.

- Что угодно, чтобы завести тебя.

Эмили округлила глаза.

Как только мальчики удалились, Эмилисклонилась к бедрам и облегченно вздохнула.

Было так плохо, что она не былаэксплуататорским типом - вероятно можно было заработать много денег на этихвозбужденных по поводу "девочка-любит-девочку" розвудских мальчишках.

Внезапно она ощутила, как чья-то маленькаяручка обвилась вокруг ее запястья.

- Встречаешься с мальчиком-лакросером? -прошептала Майя ей на ухо.

- Я видела, как он подсунул тебе свой номер.

Эмили подняла взгляд.

Ее сердце упало.

Как будто она не видела Майю неделями и немогла перестать думать о ней.

Лицо Майи всплывало перед ней, когда бы она незакрывала глаза.

Она подумала об ощущении ее губ во время ихвылазок на скалу у ручья.

Не то чтобы эти вылазки могли повториться.

Эмили убрала свою руку.

- Майя.

Мы не можем.

Майя выпятила нижнюю губу.

Она оглянулась.

Дети сидели у фонтанов, на деревянных лавочкахвозле цветников или укрытия бабочек, спокойно разговаривали и поедали свойланч.

- Как будто кто-то смотрит.

Эмили вздрогнула.

Ощущение было, как будто кто-то смотрел.

На протяжении всего ланча у нее было жуткоечувство, что кто-то находится прямо у нее за спиной, шпионя.

Растения в оранжерее были такими высокими иширокими, что легко могли спрятать людей, скрывающихся за ними.

Майя отстегнула свой розовый швейцарскийармейский нож от рюкзака и срезала розу с пышного куста позади них.

- Держи, - сказала она, протягивая ее Эмили.

- Майя!
Эмили уронила розу на колени.

- Ты не можешь срывать цветы здесь!
- Мне плевать, - настаивала Майя.

- Я хочу, чтобы она у тебя была.

- Майя.

Эмили сильно хлопнула ладошками по бедрам.

- Тебе стоит уйти.

Майя сердито посмотрела на нее.

- Ты серьезно занялась этими "Тремяшагами"?
Когда Эмили кивнула, Майя тяжело вздохнула.

- Я думала ты сильнее этого.

И это кажется таким жутким.

Эмили смяла свой пакет для завтрака.

Неужели она уже не прошла через это?
- Если я не пройду "Три шага", я должна буду поехать в Айову.

А я не могу - мои дядя и тетя сумасшедшие.

Она закрыла глаза и подумала о своей тете,своем дяде и трех своих айовских кузенах.

Она не видела их годами и все, что смоглапредставить, это пять пар осуждающе нахмуренных бровей.

- В последний раз, когда я их навещала, моятетя Хелен сказала мне, что я должна есть на завтрак Чириос и только Чириос,потому что они подавляют сексуальные желания.

Два моих кузена совершают супер-длиннуюпробежку по полям каждое утро, чтобы истощить свою сексуальную энергию.

А моя кузина Эбби - она моего возраста -хотела быть монахиней.

Вероятно теперь она монахиня.

Она носила при себе блокнот, который называлаМаленькой Книгой Зла Эбби, и записывала туда все, что считала грехом.

Она записала тридцать греховных вещей обо мне.

Она даже думала, что ходить босиком - это зло!
Майя фыркнула.

- Если у тебя очень страшные ноги, то так иесть.

- Это не смешно! - закричала Эмили.

- И дело не в том, что я сильная или думаю,что "Три шага" это правильно, или лгу себе.

Я не могу переехать туда.

Эмили сомкнула губы, ощущая тот самый горячийнаплыв, который всегда накрывал ее перед тем, как она начинала плакать.

В последние два дня, если кто-то из семьипроходил мимо нее в коридоре или на кухне, они даже не смотрели в еенаправлении.

Они не разговаривали с ней за едой.

Она странно чувствовала себя, присоединяясь кним на диване, чтобы посмотреть телевизор.

А сестра Эмили, Кэролин, казалось не имеетпонятия как с ней поступить.

С той встречи по плаванью Кэролин держаласьподальше от их совместной спальни.

Обычно сестры делали домашние задания засвоими столами, перешептываясь о проблемах с математикой, исторических эссе илио сплетнях, которые слышали в школе.

Прошлой ночью Кэролин поднялась наверх, когдаЭмили уже была в постели.

Она переоделась в темноте и влезла всобственную постель, не говоря ни слова.

- Моя семья не будет меня любить, если я будулесбиянкой, - пояснила Эмили, глядя в круглые карие глаза Майи.

- Представь, если твоя семья просыпается ирешает, что ненавидит тебя.

- Я просто хочу быть с тобой, - пробормоталаМайя, вертя розу в руках.

- Что ж, я тоже, - ответила Эмили.

- Но мы не можем.

- Давай встречаться секретно, - согласиласьМайя.

- Я собираюсь на вечеринку Моны Вандерваалзавтра.

Встреть меня там.

Мы сбежим и найдем местечко, чтобы побытьнаедине.

Эмили пожевала большой палец.

Она хотела бы... но в ее ушах настойчивозвенели слова Бекки.

Жизнь и без того трудна.

Зачем ее еще усложнять?
Вчера в свободное время Эмили вошла в гугл и набрала "трудно ли живетсялесбиянкам?"
Даже пока она печатала это слово - лесбиянки - ее правая рука клевала "л",а левая - "е" и "с", казалось странным думать, что этослово относится к ней.

Оно не нравилось Эмили, как слово - онозаставляло ее думать о рисовом пудинге, который она ни во что не ставила.

Каждая ссылка на странице вела назаблокированный порно сайт.

Затем Эмили опять набрала слова"лесбиянка" и "трудно" в то же поисковое поле.

Эмили почувствовала на себе чей-то взгляд.