Девушка Online - Зои Сагг

– Я подумал, что лучше времени для экскурсии по городу не придумать. – Он берет меня за руку. – Хочу показать тебе, откуда я родом, – тихо добавляет он. – И еще я решил, что тебе понравится идея поснимать Нью-Йорк, когда в кадр не будет попадать толпа народа.

– Здорово, – улыбаюсь я.

Утро просто волшебное. Свежевыпавший снег укрыл все вокруг, словно в мягкое одеяло, укутал город в удивительную тишину. Ной показывает мне свою бывшую школу и любимое кафе; магазин, в который он каждую субботу приходил вместе с мамой, чтобы потратить карманные деньги на комиксы и конфеты. Потом мы идем в ближайший парк. Кроме нас и мужчины вдалеке, выгуливающего собаку, здесь никого нет, и только наша пара следов тянется по заснеженной дорожке. Ной садится на цепочные качели, и взгляд его устремляется куда-то вдаль.

– Мне папа в детстве говорил, что если сильно раскачаться, то можно улететь в открытый космос, – задумчиво произносит Ной. – И я верил! – Он смеется. – Я раскачивался до седьмого пота, чтобы улететь в небо. И почему мы верим во все, что говорят родители?

Я сажусь на соседние качели.

– Может, потому что мы их любим? Потому что хотим верить? Когда я была маленькой, мама говорила, что ночью, когда я сплю, игрушки оживают. Я каждый вечер старательно рассаживала кукол в своей палатке, и каждое утро находила их в других позах.

– У тебя была палатка?

Я смеюсь.

– Да, прямо на кровати из одеял палатку делали. Мне в ней очень нравилось играть. Там было так уютно и спокойно. Думаю, мама залезала ночью в мое укрытие и пересаживала игрушки. Здорово, что родители придумывают такие истории, они наполняют детство волшебством.

Ной кивает.

– Согласен. Но когда то, что они говорят не случается… – Ной сдвигает брови.

– Тогда надо найти другое волшебство и поверить в него.

Ной поднимает на меня глаза, и его лицо озаряет улыбка.

– Хорошая идея, – говорит он. – Я верю в тебя, Пенни. – Он проникновенно смотрит мне в глаза.

– И я в тебя верю.

Мы секунду смотрим друг на друга, потом Ной отталкивается от земли.

– Давай-ка проверим, как высоко сможем раскачаться!

В открытый космос мы не улетаем, но поднимаемся так высоко над парком, что получается увидеть крышу дома Ноя.

Мы спускаемся на землю, раскрасневшиеся и веселые.

Ной подбегает к качелям-доске, запрыгивает на них и пытается удержать равновесие, стоя по центру.

– Я царь горы! – выкрикивает он с таким счастливым видом, что я тут же достаю фотокамеру.

– Вот это кадр! – кричу я ему. – Ты такой смешной.

– Я вовсе не собирался быть смешным.

– Правда? – Я фотографирую. – И каким же ты думал быть?

– Ну не знаю. – Ной спрыгивает на землю. – Задумчивым? Загадочным? – Он подходит вплотную ко мне. – Таким парнем, которого хочется поцеловать?

У меня так бьется сердце, что кажется, даже грудная клетка дрожит.

– Ты именно так и выглядишь, – тихо говорю я.

– Серьезно?

– Да, – киваю я.

Снежная тишина окутывает нас. Ной убирает волосы с моего лица, наклоняется, чтобы поцеловать, и мне кажется, что на всей планете не спим да и вообще существуем только мы с Ноем.

Лишь под вечер мне приходит эсэмэс от Эллиота.

«С Рождеством. Надеюсь, твое удалось», – читаю я, и на душе становится тоскливо.

Я смотрю на экран. Неужели это все? Если нет ни восклицательных знаков, ни поцелуйчиков, то значит, что-то случилось. Надо срочно позвонить Эллиоту. Пока все смотрят «Волшебника страны Оз», я незаметно ухожу в комнату Беллы и взбираюсь на свою кровать. На этот раз Эллиот отвечает на звонок.

– Эллиот, что стряслось?

– Что значит «что стряслось»?

– Ты прислал сообщение. Такое угрюмое.

– Ну, если бы ты провела адское Рождество с родителями из преисподнии, ты бы тоже ходила угрюмой.

Мне сразу становится легче: похоже, Эллиот злится не на меня, а на своих предков.

– Ты мог бы перезвонить или написать раньше.

Следует длинная пауза. Я даже проверяю, не оборвалась ли связь.

– Я не хотел быть помехой, – наконец выдает Эллиот.

– Помехой чему?

Снова тишина.

– Ты же обещала, что это курортный роман.

Вот теперь мой черед отмалчиваться.

– Но он… Я… Не знаю, что это.

– В блоге ты звучишь увереннее.

– Неправда. Именно поэтому я и написала в блоге: я ни в чем не уверена, я запуталась.

– Значит, ты предпочитаешь обсуждать свои сомнения с тысячей незнакомцев, а не со мной.

– Нет же! Просто… Тебя нет рядом.

– Нет. Меня нет.

– Ну прекрати, Эл.

– Знаешь, давай лучше все обсудим, когда ты вернешься.

– Ладно. Тогда увидимся на следующей неделе?

– Да, увидимся.

Я вешаю трубку, и глаза наполняются слезами.

Ну почему, почему не может все быть хорошо? Почему, когда случается что-то чудесное, обязательно должна приключиться какая-нибудь неприятность? Мы никогда раньше не ссорились с Эллиотом, а сейчас мне кажется, что я его теряю, сама не знаю почему. И тут на ум приходит ужасная мысль. Что, если Эллиот разорвет нашу дружбу, когда я вернусь? Ной будет очень далеко, меня бросит лучший друг – у меня никого не останется. Я прижимаю к себе подушку и захожусь рыданиями.

– Не грусти, – раздается тонкий голосок, и я подпрыгиваю от неожиданности.

Я поворачиваюсь: рядом с моей постелью парит принцесса Осень. Следом за ней появляется Белла и забирается ко мне в кровать.

– Если тебе грустно, надо подумать о трех вещах, которые делают тебя счастливой, – говорит Белла, усаживая куклу рядом с собой. – Мне так Ной сказал, когда я грустила по маме с папой.

– Он все правильно сказал.

– Тогда подумай о них.

– О ком?

– О трех вещах. Что тебя делает счастливой?

– Ты, – говорю я не задумываясь. – Я счастлива рядом с тобой.

Белла радостно смотрит на меня.

– Хорошо. Теперь номер два.

– Я счастлива здесь, в этом доме.

– Так, что еще делает тебя счастливой?

– Ной, – тихо говорю я, заливаясь краской.

– Он тоже счастлив с тобой.

– Правда?

– О да. Он такой противный был всю прошлую неделю, а как с тобой познакомился, сразу стал улыбаться.