Дембельский аккорд - Виталий Кривенко

Поев каши с тушенкой и запив все это сладкой водой, мы повалились кто куда. Хасан развалился в командирском сидении, Урал с Сапогом уселись в отсек на десантное сидение и о чем-то стали болтать.

Я тоже приготовился завалиться на десантное сидение, но Туркмен меня окликнул:

— Юра садись за руль, я посплю.

— А не боишься, что я опять запарюсь?

— Да ладно, не выпендривайся, садись, не Хасану же руль давать.

— А почему мне не поехать, Юрке, значит, можно, а мне нет, да? — спросил с возмущением Хасан.

— Юрка один раз запарился, к тому же он в Иран еще не заезжал, вот когда заедет, тогда и ему тоже больше руль не дам. В Иране мы не окажемся? — спросил Туркмен, глядя на меня.

— Нет, в Иране мы уже были, теперь в Пакистан поедем, — ответил я.

— Ну, до Пакистана еще далеко, так что садись давай.

Я опять перелез за управление, а Туркмен полез в отсек спать, Хасан, успокоившись, немного посидел молча и закемарил, свесив голову на грудь.

Проехав около часа в раздумьях я почувствовал, что кто-то меня тычет в правую руку, я посмотрел на Хасана, он показывал мне жестами, дай, мол, я поеду.

— Ну на езжай, мне не жалко, — ответил я ему и мы поменялись местами, я перелез на командирское сидение.

У Хасана была слабость управлять техникой, он всегда рвался порулить, иногда он ходил к своему земляку на танк, и там у механика выпрашивал рычаги управления, ему не важно чем управлять лишь бы по рулить.

Мы проехали чуть больше часа, вдруг где-то впереди раздался глухой хлопок, колонна сразу остановилась, потом раздался еще один взрыв чуть ближе к нам, сопровождаемый пулеметной очередью, но стреляли не из колонны. Я сразу прыгнул за башенные пулеметы, а Хасан напялил шлемофон и стал слушать эфир, Урал схватил гранатомет и открыл десантный люк, Туркмен взял ручной пулемет. Развернув пулеметы в сторону выстрелов, я заметил небольшую сопку: до нее было примерно с полкилометра. Скорее всего, духи палили из-за этой сопки, больше не откуда. Ни гор, ни зеленки поблизости не было, вокруг простиралась полустепь-полупустыня, кишлаков поблизости тоже не было видно, только за сопкой справа от нас была низина, но что в ней, видно не было, может, там был кишлак может зеленка, а ближайшие горы были за этой низиной километрах в десяти от нас. Я выстрелил короткой очередью по сопке, духов видно не было, да они и не дураки, чтоб мелькать на виду у нас, из колонны уже велся обстрел из пулеметов и автоматов.

— Ну, че там базарят? — спустя время спросил я.

— Танк подорвался на фугасе, а из-за сопки духи обстреляли комбатовский БТР, командир приказал прекратить огонь, БМПшки уже туда ломанулись, сейчас погонят нашу роту, — ответил Хасан.

— Какой танк подорвался?

— Второй, кто-то из танкистов ранен, в этом экипаже два моих земляка, я пойду схожу туда.

Хасан, бросив шлемофон, схватил автомат и выскочил в люк, я тоже выглянул из люка — Хасан бежал в сторону танкистов. Мимо нас промелькнула «таблетка», направляясь в сторону впереди идущих танков. Две БМПшки отделились от колонны и помчались в сторону сопки, это был разведвзвод. Танки несколько раз влупили по сопке из пушек.

— Третья рота, быстрее к сопке! — крикнул ротный, и его БТР, выехав с колонны, направился туда.

— Ну вот, чуть что, так сразу третья рота, — возмутился я и залез в отсек.

Туркмен прыгнул за руль, а я расположился за башенными пулеметами и стал наблюдать в прицел за БМПшками, они в это время подъезжали к сопке. Вдруг одну БМПшку развернуло на 90 градусов, и она остановилась, разведчики попрыгали с брони, а вторая БМПшка, обогнув сопку, скрылась за ней.

Мы проскочили мимо стоявшей БМПшки, экипаж крутился возле нее, вроде все живые, там же был и летеха с разведвзвода.

— Че там такое? — спросил я Туркмена.

— Разулась, наверно из гранатомета по гусянке ебан-ли, — ответил Туркмен.

БТР ротного, заехав за сопку, остановился, мы подъехали к ним и остановились рядом, дальше был крутой спуск, а внизу глубокая расщелина в несколько метров шириной, уходящая вниз по склону. Вдалеке — километров пять от нас — виднелся небольшой кишлак, радом было маленькое озеро и зеленка. Сверху хорошо просматривалась вся местность в низине, но на технике пробраться туда было нельзя, из-за крутого спуска, на краю которого мы стояли. Вторая БМПшка слетела со спуска и стояла, врывшись в глину рядом с расщелиной, одна ее гусянка и пара катков валялись рядом, а разведчики вели огонь из автоматов, спрятавшись за броню. Духи были в расщелине, и, судя по всему, успешно смывались, отстреливаясь от разведчиков. Ротный махнул рукой, показывая вниз, и мы, попрыгав с брони, начали спускаться с откоса.

Разведчики, прекратив стрельбу, собрались в кучу, наверное, кого-то убило или ранило. Спустившись вниз, я заметил в стороне двух убитых духов, один валялся весь искореженный, наверное, ему досталось из башенной пушки БМПшки, рядом с ним валялся ручной гранатомет.

— Татарин, возьми вон духовскую трубу, прикрутишь к своей, и будет двустволка! — крикнул я Уралу.

— Там у разведчиков что-то случилось, — сказал Урал, показывая в их сторону.

— Да вижу, сейчас узнаем, — ответил я.

Мы подбежали к разведчикам, Серега сидел на земле закрыв лицо руками, руки у него были в крови, рядом стояли Артиков и Царев, а Андрей сидел перед Серегой с медицинским пакетом и пытался разглядеть его рану. Андрей тщетно пытался оторвать Серегины руки от лица, тот не давался и стонал. Рядом лежал Семен с забинтованной головой, Семен был водилой на БМПшке.

— Что случилось? — спросил я пацанов.

— Сереге вроде челюсть пулей разворотило, медиков надо, я его промедолом вмазал, но этого мало, не могу перевязать, он вцепился в лицо руками, хрен оторвешь, — ответил Андрей.

— А с водилой что? — опять спросил я.

— Башкой об люк ебн-.лся, когда с откоса слетели, но с ним все нормально, кусок шкуры с лобешника вырвало, но череп целый.

Я достал оставшуюся ампулу с морфием и протянул Андрюхе.

— На, морфием вмажь Серегу. «Баян» есть?

— Да есть, но все равно медиков надо.

К нам подбежали ротный, Грек, Закиров и Хохол.

— Ну, че здесь такое? — спросил ротный.

— Да вот пуля в челюсть попала, «таблетку» надо вызвать, — сказал кто-то из разведчиков.

— Ну так чего же не вызовите?

— У нас в БМПшке рация не пашет.

— У них там всего одна «таблетка», она к танкистам уехала, вторую духи спалили в кишлаке, который мы чесали, да и медиков там осталось три человека, капитан, водила и сержант, — сказал я ротному.

— Ну, давайте, берем раненых и наверх, сейчас к колонне прилетит вертушка из Шинданта, — скомандовал ротный и спросил: — Семенов сам может идти?