Нефартовый - Виктор Гусев

«Русские пингвины» не имели никакого отношения к Антарктиде. Они вообще прилетели из Америки. В образе невысокого, кудрявого и чрезвычайно юркого молодого человека по фамилии… Варшава. Точнее, звали его Уоршо. Стивен Уоршо.

В 1992 году Стив был назначен координатором российско-американского хоккейного проекта «ЦСКА — Русские пингвины». В соответствии с соглашением о сотрудничестве, подписанным нашим легендарным тренером Виктором Тихоновым и владельцем «Питтсбург пенгуинз» Ховардом Болдуином.

Образцовый заокеанский спортивный маркетолог десантировался в перестроечную Россию, чтобы основать совместный бизнес, вернуть зрителей в обшарпанный Ледовый дворец, привлечь западных спонсоров, развернуть продажу символики.

Начитавшись историй про КГБ и мафию, американец боялся в Москве всего на свете. Но самым страшным своим врагом считал нашу еду. В течение первого месяца заокеанский координатор питался только шоколадом и хлебом, заработав проблемы с желудком. После чего… отказался от хлеба.

Впрочем, постепенно Стив пообвыкся, научился пить водку, полюбил шашлык и пельмени. Запретной для него осталась только «мертвая рыба», поэтому к пиву мы брали ему не воблу, а сухарики.

Внештатно работая на ТВ и выпуская ежемесячный футбольный журнал, я тогда не имел постоянной ежедневной занятости, поэтому на предложение «Русских пингвинов» откликнулся охотно. И в своем офисе на армейской арене совмещал пост пресс-атташе и делового консультанта со всем, что требовалось для раскрутки уникальной идеи — вплоть до роли диктора или массовика-затейника на хоккейных матчах.

Это сейчас на играх КХЛ музыка, шоу, конкурсы, катающиеся по льду талисманы и, видимо, раз и навсегда решенный вопрос с пожарной охраной. За наши «дикие» — с точки зрения серьезных и почему-то неизменно красных лиц — фейерверки я брал на себя личную ответственность, а Стив, кряхтя, отсчитывал наличные. И свитеры звезд никто до нас в России к куполу арены не поднимал, и рок-н-ролл в паузах не звучал, и в будущих вип-ложах бомжи, отчистив себе пространство от хлама, кипятили воду для чая…

Уоршо периодически звонит из Нью-Йорка с предложением написать книгу о «Русских пингвинах», которая, по его словам, станет бестселлером. И, наверно, мы сделаем это. И расскажем о том, как целую ночь накануне первого матча в чемпионате России скрюченными от холода пальцами вместе клеили неведомую нашему хоккею рекламу на девственно белые борта. О том, как пригласили для выступления в перерыве стриптизерш — и, надо же, именно на тот матч, который решило посетить руководство Министерства обороны: «Надо посмотреть, что там американцы делают с нашим ЦСКА». О том, как в костюме пингвина у нас разогревал публику ныне гламурный фотограф и светский персонаж Александр фон Буш. Делал он это, изрядно потея, а мы во всей Москве за три года так и не нашли прачечную, где этот гигантский костюм можно было бы постирать…

Так что книга впереди. Пока же два слова о бесславном конце исторического проекта. В клубе появились доморощенные, не очень сведущие, но решительно настроенные бизнесмены, предложившие взять «пингвинов» с уже гремевшим по стране звонким названием и спонсорскими контрактами под свое широкое и мощное крыло. Аргумент был серьезный: «Американцы всех обманывают, гоните их взашей, и сейчас мы…»

Предложение было принято. Уоршо улетел домой. В Питтсбурге удивленно развели руками. А проект умер три месяца спустя. Пополнив мой горький опыт столь типичных для нашей жизни историй.