Как построить космический корабль - Джулиан Гатри

Но в начале 1980-х Берт сказал Майку, что им нужно постепенно выходить из бизнеса с самодельными самолетами. Деньги они получали хорошие, но клиентам то и дело требовалась помощь, и ответственность была слишком велика. Когда ВВС США понадобился тренажер для нового истребителя, Берт построил его уменьшенную копию, которая, однако, обеспечила им такие же данные, как при летных испытаниях. В 1982 году Берт открыл компанию Scaled Composites. От сотрудников он требовал большой отдачи, но не забывал и о том, что людям нужно отдыхать. Он мог внезапно прервать совещание и сказать: «А не пора ли нам отдохнуть и развлечься?» И конечно, сотрудники в ответ кричали: «Йе-е!» Вместо того чтобы тратить деньги на рождественские вечеринки для сотрудников, Берт делил между ними поровну 1 % чистой прибыли компании за год. При этом себе он назначал такую же премию, как и уборщику цеха. По пятницам, когда народу было мало, Берт объявлял, что все работали слишком много. «Пора есть чаудер»^[31], – говорил он. Ребята прыгали в самолеты и летели в любимую закусочную, которая находилась неподалеку, в Калифорния-Сити.

Как серфингист наблюдает за морем, ожидая идеальную волну, свежий ветерок с берега и нужное количество брызг, срывающихся с гребня, так Берт был привязан к небу.

Однажды днем Берт нашел Майка и нетерпеливо спросил у него:

– Ты сегодня смотрел в окно?

– Да, – недоуменно ответил Майк.

– Облака! – сказал Берт.

– Ну да, облака.

– Нам нужно срочно лететь!

Майк, Берт и брат Берта Дик схватили камеры, погрузились в самолет и взлетели в небо сквозь редкие облака над Мохаве.

Майк использовал любую возможность, чтобы совершенствовать свои навыки пилота, снова и снова отрабатывал взлеты и посадки, пока не научился делать это как следует. Берт, который был летным инженером-испытателем, а не просто летчиком-испытателем, знал, какие маневры нужно выполнить, чтобы получить необходимые телеметрические данные, будь то курсовая устойчивость или характеристики сваливания. Берт выполнял маневр на своем двухмоторном «Дучесс» и затем просил Майка сделать то же самое. Майк узнал, что летные испытания проходят поэтапно – размеренно и последовательно. Майк научился осваиваться в самолетах, которые еще никогда не летали, и рулить по взлетно-посадочной полосе, чтобы убедиться, что тормоза и рулевое управление работают нормально и что самолет хорошо охлаждается. Самолет затем возвращался в ангар, и экипаж регистрировал полученные данные и результаты анализа Майка. Это могло продолжаться несколько дней или недель, пока они не решали, что самолет был готов к полетам. Первый «полет» выполнялся в пределах тонкой воздушной подушки на высоте нескольких сантиметров над взлетно-посадочной полосой.

Летать на дальние расстояния и соблюдать строй Майк учился не у кого-нибудь, а у самого Дика Рутана. Братья Рутан признали, что Майк – прирожденный мастер пилотажа, лучший из всех, кого они когда-либо встречали. Со временем Берт еще больше уверился в том, что Майк способен выполнять опасные полеты на экспериментальных самолетах, выполняя различные маневры, и благополучно приводить «младенцев» домой.

Но случались моменты, когда Майк, сидя в самолете на взлетно-посадочной полосе перед началом первого испытательного полета, смотрел на хитроумное устройство, к которому был пристегнут ремнями, и задавался вопросом: «Останусь ли я в живых после того, как включу зажигание?» Много раз Майку едва удавалось избежать катастрофы, в том числе и в тот день, когда в 1983 году механик оставил гаечный ключ внутри крыла прототипа «Старшип» и в полете у него заело рычаги управления. Майк перепробовал все, что можно, а потом просто ухватился за ручку и надавил на нее всем своим весом. Ему повезло – гаечный ключ просто выскочил.

Салли руководила в Scaled отделом кадров. Но при этом она была еще и женой летчика-испытателя экспериментальных самолетов, что было совсем не просто. Когда ее спрашивали, каково это, она просто показывала на свои морщины. Но поскольку она тоже была пилотом, то говорила: «Майк сам решает, опасно лететь в этом самолете или нет». И Майку, и ей оставалось лишь верить, что Берт никогда не посадит Майка в самолет, который может представлять опасность.

Но иногда Берт просто выходил за пределы разумного. В 1992 году Майк и еще один пилот компании Дуг Шейн испытывали самолет, который Дуг назвал неприятным сюрпризом, а Майк назвал полет на нем ужасным экспериментом. Берт разработал новый радиоуправляемый беспилотный летательный аппарат (БПЛА), предназначенный для 48-часовых полетов на высоте 19,8 км. Этот БПЛА получил название «Раптор»^[32] и имел размах крыльев 20 м. Он был рассчитан на перевозку 68 кг полезного груза, включая подкрыльные противоракеты. Фюзеляж был слишком узким и не вмещал кабину. «Раптор», сконструированный Ником Колелла в тот период, когда он работал в Ливерморской национальной лаборатории имени Лоуренса, был элементом концепции ПРО.

Однажды утром Майк пришел на работу и увидел, как рабочие в ангаре развлекаются, экспериментируя с седлом, которое они надели на недавно собранный «Раптор». Менеджер по ремонту и техническому обслуживанию держал лошадей, а члены экипажа, по всей вероятности, по очереди катались на них. Когда они, немного занервничав, спросили Майка, могут ли они сфотографировать его сидящим в седле, он согласился принять участие в игре и поднялся на борт самолета как раз в тот момент, когда в мастерскую вошел Берт. На мгновение все замолчали, боясь, что босс рассердится. Но Берт оценил ситуацию совсем по-другому и заорал: «Вот! Это то, что нам нужно! Как же я раньше об этом не подумал?» Берт боялся потерять прототип беспилотника в первых же испытательных полетах. В то утро, опять же к удивлению экипажа, Берт приказал рабочим мастерской изготовить из стекловолокна «седло» с поддержкой спины и плеч. Он хотел дать пилотам возможность отказаться от дистанционного управления. Теперь они смогут просто оседлать самолет! Но на всякий случай у них будут парашюты.

И вот наступило время испытательных полетов «Раптора». Майк с опаской забрался в стекловолоконное «седло», установленное поверх самолета, надел шлем и поставил ноги в стремена. Салли спряталась где-то глубоко в здании Scaled; она была не в силах выйти на улицу и наблюдать, как Майк, любовь всей ее жизни, скачет верхом на самолете. Инженер проекта Дэйв Ганзер контролировал взлет и посадку дистанционно, поэтому Майк, сидевший верхом на фюзеляже, чувствовал себя пешкой в чужой и ужасной видеоигре. Особенно страшной была посадка, так как «Раптор» приближался к земле со скоростью почти 160 км/ч. Майк то ли летел, то ли ехал верхом на самолете, перед ним не было даже лобового стекла. Ему потребовалось собрать в комок всю силу воли, чтобы не воспользоваться рычагами управления.