Доброе утро - Диана Петерфройнд

— Привет всем! — весело сказала я, забираясь внутрь. — А я взяла для нас батончиков с мюсли.

— Ах вот как, и это все? — спросил Джо, посмеиваясь.

— Знаешь, тебе совсем не обязательно ехать, — сказал Майк.

— Но мне так интересно! — воскликнула я, — Ты что, смеешься? Ты же делаешь такой сюжет! Я ни за что не хочу это пропустить.

Майк вздохнул.

— Ну ладно, хватит болтать. Поехали.

Я пристегнула ремень и засунула руку в сумку.

— Окей. С арахисовым маслом и миндалем или со вкусом мокко?

Поездка на север была довольно приятной. Майк и Джо вспоминали свои любимые истории времен работы в ночных новостях. Это были истории о войне. Я услышала об иракских полицейских, которые насвистывали на посту, и о том, чем занималась свита Далай-Ламы, помимо молитв (они играли в Уно). И когда мы подъехали к парковке, настроение у меня было просто прекрасное.

Я позвонила Ленни, чтобы узнать, все ли в порядке, пока Майк и Джо устанавливали оборудование.

— Мы начнем программу с него, — сказала я. — А потом он передаст слово Колин. Затем ты можешь вновь включить нас после рекламной паузы.

— Он что, правда это сделает? — спросил Ленни. На расстоянии его голос звучал особенно неуверенно.

— Я же сказала, — ответила я. — мы находим общий язык. О, они уже снимают первое интервью! Я перезвоню.

Майк пересек газон, подошел к одной из палаток и разговаривал с тучным мужчиной в заляпанном белом фартуке. Мужчина пригладил волосы и улыбался так широко, что мне почему-то показалось, что от улыбки его лицо может лопнуть.

— Итак, — спрашивал Майк, когда я подошла близко и могла его слышать. — Как вы думаете, в чем секрет действительно вкусной, мм, капусты?

— Ну, — отвечал капустный умелец, — я бы сказал, что сорт капусты важен для процесса брожения. Видите ли, для этого необходимо идеальное соотношение конкретных типов бактерий…

Майк его перебил.

— Потрясающе. Правда, потрясающе. Я и не знал об этом. Итак, слово за тобой, Колин… — И он улыбнулся в камеру, которую держал Джо.

— Снято, — сказал Джо, выглядывая из-за видоискателя. — Мда, это было здорово!

Я нерешительно смотрела на него. Все-таки кто здесь продюсер?

— Ничего, — сказала я. — Но, может, в следующий раз ты бы мог…

Но Майк и Джо уже бежали к минивэну.

— Вы куда? — окликнула я.

— Освещать новости, — сказал Майк.

Я догнала их в тот момент, когда Джим загружал камеру в машину. Что за черт? Это были новости? Это. Была. Капуста.

Неужели?

Я смотрела на Майка так сердито, как только может смотреть продюсер.

— Майк, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос не превратился из приятного в голос серийного убийцы. — Я начинаю думать, что есть что-то, чего ты не говоришь. Здесь, в этой жопе, на севере. С оператором. Я ведь не дура.

— Послушай, — сказал Майк, вручая Джо микрофон оператора. — Я знаю, чего ты хочешь. Ты хочешь, чтобы я сидел там как дрессированная обезьяна и паясничал, пререкаясь с Колин, как это делали Люси и Рики.

Люси и Рики, Джордж и Грейси, неважно. Чувак, больше ведь не было хороших комедийных пар.

— Ты пререкаешься или воюешь? — спросила я. — В последнее время вы постоянно пикируетесь, и это для нас хорошо. Подумай о Спейди.

— О ком? — спросил он протяжно.

— Спенсер и Хейд…

— Довольно! — Он поднял руку. — Как я уже сказал, ты хочешь, чтобы я занимался этой фигней, покуда ты следишь за рейтингом, как бешеный хомяк в колесе.

Бешеный хомяк?

— Ну так что же…

— С меня хватит, — сказал Майк, забираясь в минивэн. — С меня довольно ссор. И потасовок. И меня задолбали разговоры о дурацких звездах с их кретинскими именами. Если я делаю сюжет, я делаю его на своих условиях. Сегодня в 8 утра я сделаю сюжет в прямом эфире. Настоящий. Где будут новости.

Я стояла, не говоря ни слова. На секунду мне показалось, что он сейчас запоет.

— Ну? — спросил он. Я стояла на траве, каблуки провалились в дерн. — Ты со мной или нет?

— Ты не шутишь? — ответила я, забираясь в машину. — С тобой я боюсь пускать все на самотек.

* * *

— Я не знаю, как это понимать! — Я повторяла это Ленни в четвертый раз.

— Видишь ли, я тоже не могу взять в толк, что это значит, — сказал Ленни. Он как будто задыхался на другом конце провода. Может, куда-то шел. На его месте я бы тоже куда-то шла. — Он объявил тебе бойкот, что ли? Моя дочь тоже так делает.

— Думаю, мне он ничего не скажет. — Я пристально посмотрела на Майка, который наблюдал за мной в зеркало заднего вида. Он усмехнулся. — Я хочу сказать, что он практически взял меня в заложники. Он спятил. Скажи Колин, что ей нужно готовиться к запасному сюжету.

Майк фыркнул.

Я потерла виски.

— Скажи Эрни… Скажи Эрни, он может рассказать о своих флюгерах.

— Что?! — закричал Ленни. — О господи! Только не это!

Я оказалась в ловушке. Я сидела в этом минивэне, который направлялся неизвестно куда, а в это время на Манхэттене мое шоу летело ко всем чертям.

— Что мне делать? — спросила я. — Мне нужно хоть что-то поставить, когда сюжет Майка провалится.

Майк снова фыркнул.

Я повесила трубку и подняла на него глаза.

— Ты ужасный человек.

— Да, ты мне уже говорила.

— Ты заманил меня своей капустой. Это так низко. К чему все это, Майк?

— К губернатору, — просто сказал он.

— Какой к черту губернатор? — И тут все встало на свои места. Его секретные переговоры по телефону. Он не собирался рассказывать ни о какой капусте. Речь шла все о тех же дурацких налогах, о которых он талдычил мне несколько недель. — Так ты собираешься снимать про это аудиторское дерьмо?! — закричала я. Даже Джо вздрогнул и подобрался, приготовившись к бою. — Ты собираешься похоронить программу! Ни один дурак не станет это смотреть! — Я выглянула в окно. — И к тому же мы вообще неизвестно где.

— Да, мы неизвестно где. — Майк повернулся к Джо. — Сверни здесь.

— Джо, — умоляла я, когда он повез нас по ухабистой проселочной дороге, — Джо, что ты делаешь?

Дорога вдруг превратилась в длинную мостовую, в конце которой стоял премиленький особнячок, окруженный зеленым газоном и аккуратным кустарником.

— О боже, — сказала я, припоминая случайно услышанный разговор. — Мы у загородного дома губернатора.

— Ага! — Майк и Джо начали разгружать фургон.