Звезда Козодоя - Миядзава Кэндзи

«Какой странный смех, мне никогда не доводилось слышать ничего подобного. Какой удивительный и прекрасный смех», — подумал учитель Нараноки.

Свирепый старший брат Ракшан, посверкал какое-то время, успокоился, наконец, и сказал:

— Вода и воздух? Да они с утра до вечера вьются возле наших ушей, шепчут, что подтачивают нашу надменность ради спокойствия в мире, каждый день трут, скребут, но все это абсолютная ложь! Я вот слышал, что в мягкой черной земле на морском побережье, на красивых зеленых равнинах они, как будто бы невзначай, роют канавы, копают рвы, а это и вправду ужасно. И словами не описать.

Вдруг Третий брат Ракшан громко рассмеялся.

— Братец! Что за бредни, что за тайны — просто театр какой-то! Это тебе не к лицу.

Однако старший брат Ракшан, вопреки ожиданиям, не рассердился.

Он смеялся, смеялся и смеялся громовым голосом. И смех этот был словно водопад, который поднимался в небо далеко-далеко на юге и гремел, словно полусонный гром.

— Ладно, прекратим дурацкие разговоры, которые нам не пристали. Непростительно это, стыдно перед нашим отцом. У него было девять ледников. На снегу и на льду жили белые медведи, лисы и много других животных. Отец умер при моем рождении.

Вдруг младший брат Ракшан закричал:

— Огонь! Огонь! Братец! Братец! Посмотри, как он распространяется!

Старший брат Ракшан испугался и закричал:

— Готовьте лаву! Разводите огонь! Вот, черт — что это еще за огонь в поле?

От этого голоса Второй брат Ракшан вздрогнул и проснулся. Он поднял длинный подбородок, распахнул глазищи так широко, будто в них спички вставили, и некоторое время смотрел на огонь.

— Кто же это устроил? Кто, кто? В такое время? Что же это? Огонь в поле? Тот, что беспечно сметает пыль с земли? Вот, кто нам нужен!

Старший брат Ракшан мрачно усмехнулся, замахал руками и закричал:

— Камни! Огонь! Лаву! Готовь!

Второй брат-дурак сразу засуетился, побагровел и молвил:

— Брат, ну что, повоем?

Старший брат рассмеялся и ответил:

— Повоем, говоришь? Ты проспал несколько сотен тысяч лет. Осталось ли у тебя хоть сколько-нибудь сил?

Ленивый брат ответил коротко:

— Нет.

А затем подпер руками свой длинный подбородок и, широко зевнув, вновь спокойно уснул.

Спокойный Третий брат сказал Четвертому:

— Небо стало таким легким. Завтра утром, наверняка, прояснится.

— Да, а сегодня соколы не летают.

Старший брат, посмеиваясь, поддразнил младшего.

— Может, тот огонь в поле сжег их птенцов?

Младший серьезно ответил:

— Перья у соколят уже стали жесткими. И они очень сильные, поэтому наверняка спаслись.

Старший брат тепло рассмеялся.

— Тогда хорошо. Старшие братья уже заснули. Да и учитель Нараноки уже крепко спит. Он недавно видел сон про нас.

Тогда Четвертый брат Ракшан, ухмыльнувшись, сказал:

— Давай-ка я его напугаю. Третий брат Ракшан остановил его:

— Хватит, хватит, не шали.

Но проказник-младший, не послушав его, высунул длинный блестящий язык и лизнул учителя в лоб.

Учитель перепугался, но сразу успокоился и рассмеялся. Открыв глаза, он тут же задрожал от холода.

Небо, между тем, посветлело. Повсюду сверкали звезды, и четыре черные «некки», неподвижно застыли, приняв прежние позы.