Охота на викинга - Нильс Хаген

Набираю Ариту. Снова проклятая Bongo bond. И наконец — о чудо! — родной, любимый голос.

— Алло, Ни? Это ты?

— Конечно я, Арита!

— Ни, почему у тебя такой голос? Что-то случилось?

— Нет, любимая, все хорошо. Просто… Почему ты не брала трубку?! Я звонил много раз…

— Я… Я не слышала звонка. Я заснула…

О господи — заснула! Ну конечно! Вот я кретин! Идиот! Навоображал себе черт знает что, а она, милая моя девочка, просто устала ждать, когда я соизволю позвонить, и задремала.

Я понимаю — во всем виноват атлантический циклон, заставивший самолет изменить курс, и женщина с пронзительными глазами по имени Уши.

Слава богу, все это закончилось. Теперь осталось только успокоить мою девочку.

— Арита, у меня все в порядке. Меня встретил отец, я сейчас дома, скоро будем есть пирог с макрелью. Не скучай. Осталось чуть-чуть, двадцать восьмого я прилечу.

— Ни, а ты мог бы… прилететь раньше?

Я вздрагиваю.

— Что случилось?

— Понимаешь… — голос Ариты, летящий через континент, начинает дрожать. — Понимаешь… Кое-что произошло.

— Любимая, о чем ты? То, что ты написала в SMS…

— Да, Ни. Я… я не свободна так, как ты думаешь.

О боже! У меня каменеет челюсть от дурного предчувствия. Она что, специально выбрала момент, когда я улетел, чтобы сказать мне об этом?

— Арита, ты… ты замужем?

— Нет. Но у меня есть родственники, брат, дядя и бабушка, которые…

— Ты никогда не говорила мне о них!

— Вот — говорю. Они приехали навестить меня. И узнали про тебя. Узнали про кольцо.

— И что?

— Они хотят увидеть тебя, познакомиться… У нас, в России, так принято, понимаешь?

Я мысленно выдыхаю. Ху-ух, это всего лишь родственники. «У нас так принято…» У нас, между прочим, тоже!

— Конечно, дорогая, обязательно. Как долго они пробудут в Москве?

— Несколько дней. Три, четыре… — голос Ариты снова начинает дрожать. — Я не знаю.

— Хорошо, я поменяю билет и прилечу двадцать седьмого утром. Договорились?

— Д-да… — Арита не уверенна, она словно что-то подсчитывает или с кем-то консультируется. С кем? С дядей, братом, бабушкой?

— Арита, а твои… родственники, они что, остановились у тебя?

Глупый вопрос. Во-первых, у русских в России принято жить не в гостиницах, а у родственников или даже знакомых. Во-вторых, почему меня это так… раздражает? Да, именно что раздражает. Мне почему-то очень не нравится, что у Ариты есть какие-то родственники, мужчины, которые могут, например, запретить ей выйти за меня.

— Нет, что ты, у них командировка, и они живут в другом месте, — отвечает Арита. — Ни, давай закругляться, ты потратишь на разговор много денег, и у меня тут тоже снимается.

— Милая, о чем ты!..

— Ни, я тебя прошу. Я буду писать тебе эсэмэски, хорошо?

— Как скажешь, любовь моя.

— Пока. Целую. Привет семье.

— О да, они тоже передают тебе привет! — торопливо говорю я. — И мама, и папа…

— Пока-а-а! — кричит трубка, и Арита отсоединяется.

Я убираю телефон. Мама и отец, и дядя Ульрик, и тетя Марта — все настороженно смотрят на меня. Потом мама говорит:

— Нильс, ты ничего не хочешь нам рассказать?

Я собираюсь с духом и выпаливаю, как из пулемета:

— У меня есть девушка. Она русская. Я сделал ей предложение. Она очень хорошая. Ее зовут Арита. Сейчас она в Москве. К ней приехали ее

старшие родственники. Я должен с ними познакомиться. Потом мы сделаем ей загранпаспорт и приедем к вам. Тоже знакомиться.

Первым реагирует отец.

— По этому поводу надо выпить, — говорит он.

SMS от Ариты приходит вечером. Я к тому моменту изрядно набрался, наш Akvavit! этому весьма способствует. Когда в кармане курлыкнул телефон, мы с дядей Ульриком как раз вспоминали тот перелет в Испанию. Оказывается, дядя сам страшно боялся лететь, для того и придумал всю эту историю с воздушными китами. Пока отец и дядя Ульрик хохочут, выхожу в коридор, тычу согнутым пальцем в экран.

«Мне грустно… — пишет Арита. — Все то, что происходит, не правильно. Я тебя очень люблю, но…»

Понимаю, что ничего не понимаю, и с трудом набирают ответное SMS: «Я тоже очень люблю тебя, милая. Скоро прилечу, и мы будем вместе, как прежде. Не скучай».

Ответ приходит быстро: «Ни, как прежде уже не будет. Мы перешли черту, границу. Мне очень грустно, любовь моя. Я хочу тебя видеть, но не знаю, стоит ли тебе…»

Akvavit шумит у меня в голове, путая мысли. Все же сосредотачиваюсь и пишу: «Арита, милая, я люблю тебя все сильнее, и мне плевать на границы. Все будет хорошо, не грусти. Целую».

Смартфон курылкает очередным SMS: «Ни, прости меня, прости. Я плохая, я недостойна тебя…»

Постепенно трезвею и начинаю осознавать, что причина такого странного поведения Ариты кроется, видимо, в этих новоявленных родственниках. Пишу: «Твои родственники против того, чтобы ты встречалась со мной?»

В коридоре появляется отец. Он весел, в руках — гитара.

— Нильс, мой мальчик, что ты тут делаешь?

— Общаюсь с невестой, папа.

Отец оглядывает меня с ног до головы, замечает телефон в руке и хмыкает.

— Ты знаешь, Нильс, в свое время я общался со своими невестами без помощи технических штук — просто брал их за руку и вел в комнату, где стояла кровать.

— Папа, — я сую трубку в карман. — Я сейчас приду. Буквально пять минут.

— Мать несет жаркое, — сообщает отец и уходит с недовольным лицом.

Из кармана доносится новое жужжание. Арита пишет: «Я не достойная тебя».

Пьяный черт толкает меня под руку, и я набираю: «Это я решаю, достойна ты или нет. Ты — лучшая, красивая, умная и моя любимая!!!»

Жду ответ. Тянутся бесконечные секунды, хотя Арита отвечает практически мгновенно:

«Ты ничего не понимаешь и ничего не решаешь!! Все уже решено за нас…»

Дрожащий палец бегает по набору: «Ты устала. Иди спать. Люблю тебя. Спокойной ночи».

И тут же приходит ответ: «Я не смогу уснуть без тебя. Так и буду сидеть всю ночь одна и смотреть на свечи… Это неправильно, но у меня вся жизнь неправильная…»

Чувствую — злюсь. Из комнаты кричит дядя Ульрик:

— Нильси! Жаркое!

Пишу: «Арита! Давай поговорим, когда я вернусь. Это уже скоро. Ложись спать и ни о чем не думай. Все будет хорошо. Мы поженимся, и у нас будут красивые дети. Люблю, скучаю».