Вторая попытка - Меган Маккаферти

Что я делаю? Что я говорю ему?

— Хочешь попробовать?

Почему все, что бы ни сказал этот парень, превращается в дразнящее приглашение? Потому что это так и есть?! Нет! Я все еще не могу поверить. Мастер игры просто забавляется со мной.

— Конечно, — я взяла его стакан и пригубила. Мммм. Просто кола. Не виски и не ром.

— Не соблазнился?

— Меня все время многое соблазняет, — ответил он. — Но алкоголь и наркотики к числу соблазнов не относятся.

Я уже была готова спросить, а что относится, как нас прервал Лен.

— Эй, Джесс. Гм. Флю, Сара хочет, чтобы мы начинали через несколько минут.

— Отлично, — сказал Маркус, отдавая мне стакан, а Лен тем временем направился к игровой комнате. — Допей за меня.

— О, хорошо.

— О, и не волнуйся, — сказал он, когда Лен уже не смог нас слышать. — Я с тебя мысленно шмотки снимать не буду, пусть Лен это сделает за меня позже.

Он с ума сошел!

Сара болталась на сцене, ее топ сполз так низко, что стал похож на пояс. Помада размазалась до подбородка — верный признак, что Пи Джей — или еще кто-то — нашел еще один верный способ заткнуть ей рот.

Сара орала в микрофон так громко, что слова глушились свистом, и я могла разобрать только эти ее бесконечные «боже мой». Когда она замолчала, толпа восторженно заулюлюкала, словно поняла все.

Пепе чудесным образом снова нашел меня в толпе. Помня о его потрясающем знании английского, я перевела ему некоторые слова из ее тирады.

— Она говорит, что если группа облажается, это — боже мой! — не ее вина, и если аудитория желает, то может бросаться в них чем-нибудь.

Ну что ж, ее право рулить вечеринкой так, как она хочет.

Затем Сара прокричала что-то еще, группа вышла на сцену, и публика взревела.

Лен шагнул к микрофону. Помню, я подумала, что, стоя перед микрофоном, с гитарой на плече и в футболке «Нирвана», Лен выглядит очень сексуально. И поняла, что забуду напрочь о его сексуальности, как только он откроет рот.

— Это антитанцы! — воскликнул Лен. — Мы — «Хаотическое Мироздание»!

Никаких заминок-запинок. Весомо. Я ошибалась. Он все еще выглядел сексуальным.

Затем группа начала играть первую песню.

Маркус стоял на сцене слева, почти полностью скрытый динамиком. Я была удивлена. Я думала, он хочет как-то выделиться, быть впереди.

Я не знаю, вклад ли это Маркуса в группу, дополнительные прослушивания, чистая кожа или что-то еще, но Лен в «Хаотическом Мироздании» был гораздо мягче и загадочней, чем в «Четверке Лена Леви». Он выглядел менее измученным. А группа звучала великолепно — ритм их гитар был слаженным и громким. Слишком тяжелый ритм, чтобы танцевать, и слишком легкий, чтобы заморачиваться. Как раз, чтобы прыгать и трясти головой. Я бы сказала, что они были чем-то похожи на «Clash», хотя кто-то сравнил бы их со «Strokes». Я предпочитаю синт-поп восьмидесятых, но я, очевидно, в меньшинстве. Когда они закончили первую песню, аудитория взорвалась радостным ревом. Сара протолкалась ко мне, схватила меня за плечи и яростно затрясла:

— Боже мой! Они не облажались! Боже мой! Не могу поверить!

Даже на Мэнду группа произвела впечатление:

— Они настоящие рокеры!

— А я забил решающий гол в сегодняшнем матче, — невнятно пробормотал Скотти. Он выглядел очень пьяным и лохматым. Стащив пиджак, повязал на голову галстук, как воин кунг-фу.

— А все их песни о том, что женщины доминируют в сексе, — продолжала Мэнда, игнорируя своего дружка.

— Правда? — Хотя вообще слов разобрать было невозможно.

— Да! Это так впечатляет!

И она была не единственной. После того как ребята отыграли, было много хвалебных отзывов. «Хаотическое Мироздание» погребли под собой юные четырнадцатилетние группы, у которых на теле было больше блесток, чем одежды. Мерзко. Просто мерзко. Знаете что? Когда я вижу этих девочек, прижимающихся к Лену, я хочу его. Он — мой парень, а не их гитарный бог. И если у него не хватит смелости уйти, я помогу ему.

Я выхватила у Пепе пиво и допила его. Потом забрала стакан у Бриджит и осушила до дна. Все меньше чем за минуту.

Я знаю, знаю. Алкоголь разжигает кураж, однако утром похмелье, и ты снова становишься собой, и все проблемы по-прежнему на месте, только теперь ты вынуждена решать их с тупой, изматывающей головной болью и бла-бла-бла. Иногда знать, что это плохо, недостаточно для того, чтобы остановиться и не делать этого. Сейчас был как раз такой случай. Кроме того, я не собиралась напиваться до чертиков. Так, просто расслабиться. Не хватало еще, чтобы меня опять вырвало на чьи-нибудь башмаки.

Сработало. Когда Лен и Маркус наконец-то добрались до нас, я схватила Лена за руку и сказала:

— Пошли отсюда.

Мы дошли до машины, и я, помню, подумала, что мы впервые за всю вечеринку остались одни. Я только хотела сообщить ему, как сильно он мне нравится, но тут Лен откашлялся.

— Послушай, Джессика. Ты мне нравишься.

— Я хотела сказать тебе то же самое.

— Гм. Да. — Он снова откашлялся и прислонился спиной к машине. — Я счастлив, что я тоже тебе нравлюсь, и польщен, что ты хочешь потерять девственность со мной, и очень мило с твоей стороны озвучить свои намерения, прислав мне письмо со «Дна Пайнвилля», но я хочу, чтобы ты чувствовала себя более комфортно, и могла поговорить со мной об этом прямо…

Я не могла понять. И не по вине алкоголя, нет. То, что он сказал, было шоком.

ЗА КАКОГО БОТАНИКА-МАНЬЯКА МЫ ГОЛОСУЕМ, ЧТО ОН РАССТАНЕТСЯ С ДЕВСТВЕННОСТЬЮ НА ВЕЧЕРЕ ТАНЦЕВ?

Я подозревала Лена. А он подозревал меня. Ха-ха-ха-ха! Еще скажите, что это не смешно. Но он был слишком занят своим мямленьем, чтобы прояснить ситуацию.

— …вот почему я просто не могу на это пойти. У меня к тебе слишком сильные чувства, но я должен сказать, что решил не заниматься сексом, пока не женюсь, и не по каким-то религиозным причинам, а просто потому, что не хочу омрачать свое будущее незапланированными детьми или всякими болезнями. Нет, я не думаю, что ты больна, просто пример. И я знаю, что воздержание противоречит всему, что я делал, когда был мальчиком, но даже если я и верю в сексуальные отношения до брака, то считаю, что заняться сексом с тобой сегодня будет не совсем правильно, поскольку мы даже не целовались…

На это был лишь один логичный и рациональный ответ — на первую эмоциональную и спонтанную речь Лена.

Я поцеловала его. И он не остановил меня.