Лишь пять дней - Джули Лоусон Тиммер

— Хорошо, что хоть самса из магазина, — проворчала Мара, — давай отнесем все в кухню, и я налью тебе и папе вина.

Прежде чем Нейра успела произнести, мол, лучше Пори нальет вино и нейтрализует очевидную катастрофу, ведь Мара не удержит тяжелую бутылку, с улицы раздался голос Стэф.

— Кто-то предлагал выпить? — Она с неодобрением уставилась на Нейру. — И что, кто-то не сразу согласился?

Возле Стэф маячила Джина, на полметра ниже и настолько же шире по сравнению с высокой и стройной Стэф. Смешная мультяшная парочка — светловолосая уверенная Стэф и ее маленький коренастый темноволосый кореш.

Мара знала Стэф практически двадцать лет, они встретились в первый день учебы в юридической школе. Так вышло, что во время первой приветственной речи декана они сидели на соседних стульях.

С того самого момента они стали неразлучны, к восхищению, а иногда и сильному раздражению их мужей. Часами они просиживали в университетской библиотеке, обложившись учебниками, помогали друг другу на выпускных экзаменах. Потом вместе отмечали их сдачу. Вместе ходили за покупками: искали костюмы для первых собеседований, когда устраивались на работу, а затем сменили свитера и штаны на высокие каблуки и дипломаты.

Потом испытательный срок в одной фирме «Катон Лок». В августе, в конце второго года обучения, они сидели вдвоем на балконе Стэф, пили «Лонг-Айленд» и читали друг другу приглашения от фирмы. Потом немного «проконсультировались» с мужьями, соглашаться или нет, хотя сами давно уже решили, что примут предложение и будут вместе работать в «Катон Лок».

Практически за двадцать лет работы в фирме они провели бесчисленное количество «совещаний» в туалете, чтобы посплетничать о едком адвокате-оппоненте, или о мелких и раздражающих указаниях клиентов, или просто жаловались друг другу на некомпетентность секретарей. Мара обычно терпеливо пыталась наладить с ними работу, прежде чем вернуть их туда, откуда пришли, Стэф же быстро переходила к позиции «указать им на дверь».

Они вместе вели дела. Строили друг другу рожицы через стол на каких-нибудь обязательных неформальных корпоративах в барах или на выездных сессиях, проходивших под лозунгом «общайся и учись».

Они были крестными мамами детей друг друга. Мара присутствовала в приемном покое, когда Стэф рожала Мики, а двумя годами позже Шейлу.

А однажды утром Стэф, находясь в доме у Николсов, ждала Тома и Мару с горячим кофе, огромной кастрюлей солянки и столом, заваленным детскими принадлежностями, когда подруга и ее муж вернулись из Индии с малышкой Лакс.

— Добрый день, миссис Сахай, — поздоровалась вежливо Джина, протягивая руку Нейре, а Стэф сразу же ее обняла, поцеловала в щеку и сказала:

— Мамочка! А где же ваш прекрасный муж?

— Привет, девочки! — Нейра всплеснула руками и сложила их под подбородком, наблюдая, как женщины приветствуют друг друга, целуясь и обнимаясь.

— Мне всегда нравится, когда приходят «Те Леди». — Взволнованная, она повернулась к Маре. — Я всегда забываю, нельзя же говорить «Те Леди»! Но Лакшми не дома, правда?

Мара покачала головой.

— Том повез ее покупать новую обувь для балета. По словам Лакс, ее практически исключили из класса, так как из-за обуви она постоянно падает. Но она не против, если мы говорим «Те Леди», она против «Тзе Ледзи», помнишь?

— Да, точно! Ладно, я найду папу, и мы пойдем, а ты наслаждайся встречей с друзьями.

— Пожалуйста, останьтесь, — попросила Мара и показала на Джину и Стэф, — они хотят видеть вас так же, как и меня. Думаю, Стэф уловила запах самсы!

— Самса! — воскликнула Стэф, и ее лицо сразу же оживилось. — Где?

Нейра с гордостью протянула Стэф сумку, и сердце Мары упало — она увидела, как обрадовалась мама, когда ее хвалят, а не критикуют за угощение.

Глава 23 Скотт

После суда в апреле прошлого года Скотт с Брэем и Куртисом отправились в квартиру ЛаДании, чтобы собрать вещи малыша. Все дома в этом районе были исписаны граффити, в том числе окна и двери. На парковке стояла всего одна с виду исправная машина. У остальных не было или одного, или нескольких колес, их голые оси опирались на пару шлакоблоков.

На парковке стояло также несколько ржавых тачек из бакалеи. В одну был засунут стол для пикника, два грубоватых подростка сидели на столе, задрав ноги на скамейку рядом. Каждый в руке держал бутылку, обернутую коричневой бумагой. Они крикнули Брэю: «Эй», Брэй ответил им так же. Когда он, Скотт и Куртис вышли из автомобиля, Брэй прошептал Скотту: «Заприте машину как следует».

Троица вошла в подъезд, и от царившей там вони Скотта сразу затошнило. Это был сногсшибательный букет: смесь пота, мочи и блевотины. Граффити, змеившиеся по наружной стене, продолжили свой причудливый узор внутри — на стенах и ступенях лестницы. На этажах тоже царила вонь, и замкнутое пространство делало ее еще сильнее.

Скотт радовался, что с ними не поехала Лори. На протяжении многих лет он часто подвозил Брэя к дому, но внутри никогда не был. Учитель часто предлагал провести Брэя до подъезда, но мальчик быстро отказывался. Скотт, конечно, догадывался о причинах, но не предполагал, что все настолько печально.

Когда Брэй открыл дверь в квартиру матери, Скотта чуть не сбил с ног запах протухшего молока, мужчина на секунду даже ослеп. Это было значительно хуже, чем запах блевотины и мочи в доме.

Брэй зажег свет, и Скотт заметил по меньшей мере дюжину тараканов, бросившихся в рассыпную.

— Гости, — буднично отметил Куртис и осторожно переступил через жуков.

— Он даже не в состоянии убить кого-то, — заметил Брэй, — но нельзя же оставлять их, Куртис! Где те ловушки, что я купил?

Мальчик пожал плечами, а Брэй смел со стола тараканов и постарался раздавить как можно больше из них. Некоторые спаслись бегством и забились в щель между столом и небольшой закопченной печкой. Куртис наблюдал, как насекомые разбегаются, и, кажется, был рад, что кто-то спасся.

Скотт осмотрел кухню, загроможденную горами грязной посуды. На столе — коробка с хлопьями, часть высыпалась, а рядом находился источник ужасного запаха — наполовину пустой бутыль с молоком.

Брэй с отвращением покачал головой, однако ласково положил руку брату на голову и сказал:

— Куртис, нужно убрать мусор. Помнишь, я показывал тебе?

Он убрал молоко, сложил часть грязной посуды в мойку, налил жидкость для мытья посуды и открыл кран. Но из него ничего не полилось, раздалось лишь шипение. Юноша недоуменно повернулся к брату.

— Вот именно поэтому я и не мог помыть посуду, — сказал Куртис, — у нас некоторое время не было воды.

Брэй моргнул и повернулся к Скотту.

— Именно поэтому я и выбрал университет Мичигана. Чтобы быть неподалеку. И все равно я не достаточно близко. Не знал, что у них не было воды. — Он обратился к Куртису: — А как же деньги, которые я просил отложить для оплаты за воду, тепло и электроэнергию?