Продана - Вера Эфрон

Моя забастовка длилась не больше часа. Когда появились первые клиенты, я была вынуждена приступить к своим обязанностям. Арон пригрозил позвонить Марату, и я сдалась. Кроме того, сыграла свою роль моя зависимость от курения. В какой-то момент меня так потянуло закурить, что я могла сделать все что угодно за одну затяжку.

Я вышла из своей комнаты и пошла на кухню. Часы показывали четыре. Снаружи уже стало темнеть. Татьяна зажгла свет и налила чай. Я взяла свою чашку и сидела молча. А что мне было говорить? Что я так быстро сдалась?

Татьяна протянула мне гашиш, я скрутила сигаретку, затянулась и почувствовала, как приятно закружилась голова. Я даже почувствовала себя счастливой. Теперь, когда я вспоминаю об этом, я понимаю, что именно курение гашиша помогло мне выжить в этой преисподней. Нюхать кокаин тоже было приятно, но он действовал не так расслабляюще. Я не знаю, стала бы я хронической наркоманкой, если бы задержалась там на длительное время, но тогда наркотики помогли мне избежать самоубийства.

В пять часов вечера потянулась вторая волна клиентов. Люди шли с работы домой. Странно, у многих наших клиентов дома были семьи. Зачем же они ходили к нам? Арон разъяснил, что многим шведам просто не хватает разнообразия. Их жизнь слишком монотонна и слишком хорошо организована. Никаких сюрпризов, ничего неожиданного. Мы для них были как перчик.

– А кроме того, многие из них верят, что они помогают вам, бедным русским девушкам, подзаработать деньжат.

– Ты врешь, – взорвалась я. – Это не может быть правдой!

– Нет, это так, – засмеялся Арон.

– Ты что, серьезно так считаешь? – спросила его Татьяна.

– Естественно, стал бы я шутить. Хотите, сами спросите. Они вам скажут, что занимаются благотворительной деятельностью.

– То есть они думают, что мы занимаемся проституцией добровольно, чтобы заработать деньги? – возмутилась я.

– Вот именно! – подтвердил Арон.

– Но меня же продали! – закричала я. – Я рабыня!

– А кто об этом знает? Многие клиенты думают, что ты получаешь удовольствие от этого занятия.

– Ты не в себе, что ли! – вспылила я и снова убежала в свою комнату. Плевать мне на этих трескоедов, но Арон, зачем же он подзуживает!

Татьяна принесла мне стакан воды, но я не хотела пить. Я закопалась в одеяло и отвернулась к стене. Было такое ощущение, что подруга по несчастью тоже обманывает меня, не принимая мою сторону.

В тот день я не работала. Хорошо еще, что в понедельник не так уж много клиентов. Иначе Арон настучал бы Марату, и все закончилось бы побоями.

На следующий день я работала как обычно, и эту тему мы больше не поднимали.

Спустя неделю приехал Радик и привез еще одну кровать, которую поставил в одну из пустующих комнат. В этой же комнате лежали сумки, которые бросил сюда Марат при переезде, я и забыла об их существовании. Под утро, когда клиенты ушли и все заснули, я зашла в комнату и открыла одну из сумок. В ней лежал тренировочный костюм, кроссовки и полотенце. Ничего интересного, подумала я, но на всякий случай засунула руку поглубже. На дне я нащупала твердый предмет, вытащила его и потеряла дар речи. Это оказался пистолет! Я испугалась и положила его обратно в сумку, закрыв ее на молнию.

Сердце бешено стучало в груди. Я на цыпочках прокралась в ванную и заперлась там. Однажды Радик и Леандр угрожали мне пистолетом, когда мы ездили в Вильнюс. Теперь я вспомнила об этом. Раз у них есть оружие, значит, они могут применить его. А если уже применяли? Я подумала об Эвелине, которая куда-то пропала. Мы-то с Татьяной считали, что ее перепродали другим сутенерам, но, может, ее убили? По моей спине покатились капли холодного пота. Я сидела на стульчаке и дышала как паровоз. Надо срочно что-то предпринять. Каким-то образом надо бежать отсюда. Просто так Марат меня никогда не отпустит. Надо его перехитрить. Надо придумать какой-нибудь план.

Я просидела в туалете больше часа, но так ничего и не придумала. Уставшая, с опухшими глазами, я пошла в свою комнату и заснула.

О своей находке Татьяне я ничего не сказала. Я боялась, что она проболтается Арону или, что еще хуже, выдаст меня Марату. Я решила удрать в одиночку. Татьяна была ненадежным партнером.

Пару дней спустя Марат появился с молодой девушкой. Она была небольшого роста, симпатичная, не старше семнадцати лет. Коротко стриженные темные волосы делали ее еще моложе. Глубоко сидящие кругленькие глазки придавали ей сходство с белкой.

Почему они выбирают девушек, которые выглядят детьми? Я вспомнила Оксану – она была костлявой и угловатой, в точности как эта девчонка.

Марат бросил вещи девушки на свободную кровать и сказал, что скоро приведет еще двоих.