Испытание любовью - Дарья Кириченко

Когда я думала о предложении Билли, знала, что видеться с мамой мне будет нельзя. Иногда можно, но это таит в себе опасность. Я не нарушаю правила. Эмма меня не видела с тех пор, как я ушла из дома, но я видела её не раз. Это не было случайностью, я приезжала сюда, наблюдала за ней, могла принести подарок. В деньгах Эмма не нуждалась, но я всегда оставляла их, когда приезжала. Я могла положить их в любом месте: под дверью, на кухне, в её комнате, в ванной, на телевизоре. Наверное, она догадывается, что это я, пытается меня увидеть, но не может. Я приезжаю сюда раз в полгода. Я бы хотела чаще, но привлекать к себе внимание не должна. Билли я о своих поездках не рассказывала. Он не был бы против, просто я не хочу показывать, что не справилась с очередной «трудностью», как он это называет. Я очень её люблю и не могу не видеть.

Рядом с домом росло большое дерево, крупные ветви которого доставали до окон второго этажа. По одной из них я залезла в свою комнату. Окно не было заперто и бесшумно открылось.

Здесь ничего не изменилось. Моя постель идеально убрана, пыли на полках нет, вещи лежат на своих местах. Мама здесь всегда наводит порядок. Мне было очень уютно. Я стояла посреди комнаты, оглядываясь кругом. Чтобы не терзать себя воспоминаниями, надо было уходить. Я начала доставать из сумки конверт, но тут за дверью послышались шаги, и ручка двери повернулась.

Я молниеносно вылезла из окна и забралась на крышу. Мама выглянула из окна. Она недавно покрасила волосы в каштановый цвет, и они блестели и казались бордовыми в лучах заходящего солнца.

– Шарлотта? – в её голосе было столько надежды, что моё сердце рвалось на части.

Она крутила головой по сторонам, вглядывалась в темноту, но больше не сказала ни слова. Я с большим трудом удерживала себя, чтобы не спуститься к ней, крепко обнять и никогда не отпускать. Но этим я только разбила бы ей сердце, потому что в конце концов ушла бы.

Эмма скрылась из виду, окно захлопнулось. Я не решалась спуститься, чтобы оставить конверт. Она знала, что я здесь, и могла остаться в комнате. Не шевелясь, я стояла на крыше. В комнате было тихо. Я даже хотела оставить подарок на кухне, как вдруг услышала тяжёлый вздох, шаги, приближающиеся к окну. Эмма снова выглянула, посмотрела вдаль и ушла, закрыв за собой дверь комнаты. Теперь она точно вышла. Я всегда была уверена, что она умный человек, вот тому подтверждение. Только нельзя объяснить, что это для её же блага.

Эмма хотела меня увидеть, и я решила ей помочь. Знаю, что потом буду жалеть и причиню ей боль, но я очень хотела, чтобы мама увидела, какой я стала. У меня была с собой фотография, где я с Кейт сижу в кафе с видом на море. Взяла я её с собой неслучайно – хотела, чтобы мама знала, что у меня всё хорошо, и зря не переживала. На обратной стороне было написано: «Я и моя лучшая подруга Кэтрин». Сейчас я дописала только несколько слов: «Я очень тебя люблю». Подобравшись к окну, я убедилась, что в комнате пусто, и положила на подоконник конверт и фотографию лицевой стороной, потом аккуратно закрыла окно и спустилась вниз.

Эмма сидела на диване и невидящим взглядом смотрела в телевизор, по щекам у неё катились слёзы. Боясь не выдержать, я развернулась и быстро зашагала к аэропорту. Время поджимало, но на самолёт я успела, спасибо, что его задержали на час.

В шесть утра я была дома, в голове всё путалось, ужасно хотелось спать. В самолёте я уснула только под конец перелёта, и теперь голова была очень тяжёлой. В душе я окатила себя холодной водой, выпила две чашки крепкого кофе, только после этого сон более или менее прошёл. Но стала от боли раскалываться голова. Я выпила таблетку и поехала в офис.

Я хотела зайти к Билли, чтобы узнать, на какое задание он хочет меня отправить. Оно меня уже настораживало, потому что с собой не надо было ничего брать.

Около его кабинета сидела молодая девушка – брюнетка с длинными прямыми волосами и синими глазами, с правильными чертами лица: аккуратный нос, миндалевидные глаза окружены пышными чёрными ресницами, слегка полные губы и чуть округленный подбородок. Девушка казалась миниатюрной и очень хрупкой. Что она здесь делает?

– Здравствуйте, – сказала я, проходя мимо.

– Привет, – откликнулась она мягким сопрано, поднимая на меня глаза.

Потом мило улыбнулась, пару раз моргнула накрашенными ресницами и стала дальше читать журнал. Интересно, а сколько ей лет?

Я вошла в кабинет Билли.

– Привет, – поздоровалась я и плюхнулась в кресло около стола.

– Привет, Шарлотта, – сказал он и внимательно посмотрел на меня. – Как дела?

– Нормально, – улыбнулась я.

По крайней мере, я хотела так думать.

– Да? – он наклонил голову набок и сузил глаза. – А почему не спала?

Я вошла в ступор. Раньше он никогда меня об этом не спрашивал.

– Не поняла вопроса, – растерянно сказала я.

– Что-то случилось? – мягко спросил Билли.

– Нет, – я помотала головой. – Бессонница замучила.

– С чего бы это? – саркастически пропел шеф.

– Билли! – укорила я его.

– Извини, – рассмеялся он, – неудачная шутка. Готова покорять новые вершины?

– Да.

– Точно? – он снова сузил глаза.

– Есть сомнения? – насторожилась я.

– Я шучу, – объяснил своё поведение Билли.

– А с чего такое хорошее настроение? – насмешливо спросила я. Вообще, я была очень за него рада. Пусть у него будет всё хорошо, а мне полезно помучиться, заслужила.

– Погода хорошая, дела налаживаются, люди меня окружают отличные, – перечислял шеф, – что ещё нужно среднестатистическому человеку? А ты за меня не рада?

– Среднестатистическим человеком тебя назвать сложно, – засмеялась я. – Но я за тебя безумно рада.

– Ты помнишь, что я тебе обещал? – произнёс он с видом заговорщика.

– Наказать за плохую работу? – пошутила я, хотя и думала, что следовало бы.

– И это тоже, – Билли попытался сдержать улыбку и стать серьёзным, но у него это не получилось. – Я хотел дать тебе задание.

– Я помню, – сказала я. – Расскажи мне, что это за задание, где ничего не надо брать с собой.

– Это будет трудное задание, слегка необычное, и выполнять его будешь здесь, – объявил он.

– Боюсь предположить, – проговорила я, теряясь в догадках. – Принести из подвала очень тяжёлую коробку. Я поняла, это вместо наказания.

– Почти угадала, – серьёзно сказал Билли, но глаза лучились счастьем. – Ты будешь обучать одну девушку.

– Чему? – я не понимала, о чём он говорит.

– Шпионажу, – сказал он.

– Я не буду, – резко сказала я.

– Не понял, – теперь наступила очередь Билли растеряться. – Это приказ.