Зеркальный вор - Мартин Сэй

— Деньги? — переспрашивает он и бряцает консервами, встряхивая свой мешок. — У нас тут еды на три дня. Нагрузился так, что еле тащу. На что нам еще нужны деньги?

Лицо Клаудио искажается гримасой, но взгляд остается неподвижным.

— Деньги нужны на жилье, — говорит он. — Чтобы найти подходящее место и там обосноваться.

— Обосноваться? Что значит «обосноваться»? Ты хотя бы понимаешь значение этого слова?

— Я понимаю его значение. И я понимаю, что мы не можем дальше продолжать в том же духе.

Стэнли встает и закидывает вещмешок на плечо.

— Вот, значит, как? Говори за себя, приятель. Я живу таким манером с двенадцати лет. Если тебе это не подходит, очень жаль. Слабак ты гомосячий.

Клаудио бледнеет, но не поддается на провокацию, и Стэнли уже начинает сожалеть о сказанном.

— Я тебе помогал, — говорит Клаудио. — Я помогал искать нужного тебе человека. Теперь твоя очередь помочь мне.

— Ну да, конечно, ты помогал. Ты ведь совсем не хотел повидать Голливуд, верно? Эта поездка была великой жертвой с твоей стороны. Чем я могу тебе отплатить?

Чайки беззвучно парят над ними в прозрачном воздухе; их четкие тени с расправленными неподвижными крыльями скользят по асфальту, как подвески-мобили над колыбелью младенца. Стэнли сходит с променада на песок. Клаудио следует за ним. Ближе к воде ветер становится холоднее; на пляже почти нет людей. Мимо проходят две старухи с вязанками отполированного волнами плавника. Неподалеку голый по пояс худой мужчина в черном берете стоит перед мольбертом, грунтуя холст. Кулики убегают от идущих вдоль полосы прибоя Стэнли и Клаудио, останавливаются, но с их приближением вновь ударяются в бегство.

К югу пляж раздается вширь, и когда они оказываются на достаточном расстоянии от набережной — то есть достаточно далеко, чтобы патрульные копы поленились делать крюк ради каких-то бродяг, — Стэнли садится на песок. Прилив в самом разгаре: высокие волны накатывают на берег, смывая храмы и башни тщательно воздвигнутого кем-то песочного города. Плоская черная деревяшка застряла там, где раньше была главная городская площадь; Клаудио нагибается, чтобы ее поднять. Похоже на обгорелую доску от старого корабля, густо облепленную ракушками и, вероятно, не один год проплававшую в океане. Клаудио бросает находку в следующую волну, которая уносит ее с откатом. Вдали, за пенистыми валами прибоя, море предстает однотонной, мерцающей серебристой полосой.

В конце концов Клаудио присаживается рядом со Стэнли. Тот отряхивает песок с ладони и проводит ею снизу вверх по худой спине приятеля. Клаудио вздрагивает, но потом расслабляется.

— Ты поможешь мне добыть деньги, — говорит он.

Стэнли глядит на горизонт, усеянный солнечными бликами, пока не начинают слезиться глаза.

— Предлагаешь вернуться к трюку с картами? — спрашивает он. — Это давало недурной доход.

— Те гопники снова к нам прицепятся.

— Можем делать это в городе. Переберемся поближе к Голливуду.

— Нет смысла. В каждом районе свои банды.

Клаудио закатывает рваную штанину Стэнли, снимает повязку с голени, молча осматривает рану и вновь ее перевязывает. Кладет руку на колено Стэнли. Потом сдвигает ее на бедро.

Стэнли склоняется к нему и в этот момент замечает что-то на волнах справа от них.

— Ты это видишь? — спрашивает он.

— Что?

— Да вон же! — Стэнли показывает пальцем.

На полпути до линии волнорезов гладкие волны качают, то поднимая, то скрывая, три черных сферических предмета. Они похожи на головы водолазов, всплывших, чтобы понаблюдать за берегом.

— Не вижу.

— Приглядись! Там их три штуки.

Стэнли становится на колени позади Клаудио и кладет ему на плечо руку, вытянутую в направлении непонятных предметов.

— Смотри внимательно, — говорит он. — Вон там.

Так они сидят с минуту. Рука Стэнли приподнимается и опускается в такт дыханию Клаудио. Одна сфера скрывается под водой, за ней вторая, а потом и третья.

— Теперь исчезли. Ты видел?

Клаудио отвечает не сразу.

— Там ничего не было, — говорит он.

Стэнли откидывается спиной на песок. Закрывает глаза.

— Черт побери, — бормочет он, — мне надо поспать.

Солнце греет его лицо, его веки. Рука Клаудио дотрагивается до его живота.

— А как ты добывал деньги в Нью-Йорке? — спрашивает Клаудио.

Стэнли через песок чувствует спиной удары волн, и это убаюкивает его так же, как ранее рокот автобусного мотора.

— Разными способами, — говорит он.

— Какими, например?

— Чтобы такое проворачивать, нужно сколотить команду. Нам эти способы не подходят.

— Неужто нет ничего подходящего для работы на пару? Ты уверен?

Стэнли делает глубокий вдох. Шум моря, как в поднесенной к уху раковине, нагоняет сон.

— Пожалуй, мы могли бы облегчать ужратиков, — сонно бормочет он.

— Кого?

— Ужратиков. Пьянчуг, ужратых в стельку. Избавлять их от бумажников. Это несложно.

— И при этом их бить?

— Не обязательно, разве что они полезут на рожон. Да и тогда они часто падают сами раньше, чем их ударишь. А в большинстве случаев они даже не понимают, что происходит.

— Мне не очень-то нравится эта идея.

— Хорошо. Когда придумаешь что-нибудь получше, дай мне знать.

— У меня есть идеи, — говорит Клаудио.

Стэнли кажется, что он спал всего пару секунд, но когда он пробуждается, чувствуя себя летящим в пропасть, в горле у него пересохло, на губы налипли песчинки, и все вокруг залито оранжевым светом. Солнце раздулось до чудовищных размеров, но его диск не раскален и уже частично погрузился за линию горизонта. Клаудио ушел.

Он с трудом поднимается на ноги, сердце гулко колотится в груди. Прилив отступает, но волны покрупнее еще оставляют пенный след всего в нескольких ярдах от него. В очередной набегающей волне, под самым гребнем, Стэнли видит темный продолговатый предмет, похожий на бревно или ствол пальмы, смытой с какого-то берега. Затем вдруг возникает пара блестящих глаз, и предмет, изогнувшись дугой, стремительно исчезает в толще воды. Чуть подальше среди волн мелькают два его собрата. Тюлени. Морские львы. Вот тебе и давешние водолазы. Стэнли смеется над собой.

На набережной загораются фонари, перед аркадами кипит людской водоворот, слышатся крики и смех. Поодаль в тени сжимают горлышки бутылок угрюмые личности, обшаривая глазами толпу. У входа в павильон Стэнли замечает парочку «береговых псов», но их лица ему незнакомы: должно быть, из нового пополнения банды, совсем еще зеленые. Он опускает вещмешок на скамью, роется в его недрах и на самом дне, среди банок с консервами, находит самодельный кистень с «билом» в виде клинообразного кожаного мешочка, наполненного крупной дробью. Стэнли изготовил его из подручных материалов несколько месяцев назад на одном из ранчо в Колорадо — или в Нью-Мексико. Он засовывает его сзади за ремень джинсов, прикрывает курткой и завязывает мешок.